поглощая эту энергию…», — он сделал паузу для усиления эффекта, — «…ты насытишься, наполнишься местной энергией до краев. И тогда… ты уснешь, присоединишься к ним, к вечному сну в золотой клетке иллюзий. Твоя Мико… твой мир… все, что тебе дорого… исчезнет для тебя навсегда. Ты будешь спать и „видеть“ их, но это будет лишь тень, порожденная системой, чтобы удерживать тебя в плену».
От этих перспектив мне на мгновение поплохело. Вечный сон? Иллюзия счастья, пока моя истинная суть медленно растворяется, питая безумие древних? И все это — из-за моей же глупой гордыни и упрямства? Я лежал здесь, считая себя самым умным, буквально подставляясь под действие усыпления!
Безрассудство. Чистейшее, беспросветное безрассудство.
Мысль о Мико, о ее глазах, полных веры и ожидания, о школе, о королевстве, которое только начало подниматься из руин… она пронзила меня раскаленной иглой. Я не мог позволить себе уснуть. Не здесь. Не так.
Клык почувствовал мою реакцию, мои мысли.Так, похоже, этот манипулятор целенаправленно играл на моих слабостях. И он сразу же воспользовался моментом.
«Видишь? Твоя гордыня ведет тебя к гибели! Но выход есть. Двигайся! Сейчас же! Встань и иди! Я знаю путь! Я чувствую Источник! Там — ключ! Ключ к контролю, к силе, к пониманию этой системы! Там мы сможем…»
«Заткнись!» — мысленно рявкнул я, отбрасывая его навязчивый голос. Мне нужно было думать. Действовать. Не позволять обыграть себя еще раз.
Идея пришла мгновенно, подсказанная его же словами: «Твоя аура… она не поглощает достаточно энергии для мгновенного усыпления». Значит, нужно уменьшить потребление, сделать себя менее затратным, менее… энергетическим.
Я сосредоточился изо всех сил. Я вспомнил ощущение плоти и крови, тяжесть костей, упругость мышц, биение сердца. Я вспомнил запах земли после дождя, вкус чая из «Золотой Подковы», шероховатость деревянного столба в форте «Рассветная Стража». Я вызвал из памяти материальность моего мира. Я заставил свою Волю Дракона — силу порядка — сжаться, уплотниться, возвращая мне максимальное подобие материального тела.
Золото-ало-белая аура вспыхнула, а затем начала стремительно сжиматься, уплотняться, терять сияние. Она обретала очертания. Сначала смутные, расплывчатые, но это определенно были очертания человеческого тела: руки, ноги, туловище, голова. Я вспоминал всё, что читал о пятой стадии — откровения других адептов. В обычной жизни недостаток энергии подгонял их к принятию материальной формы. Мне же надо было заставить себя принять максимально экономичную форму существования посреди океана разлитой энергии. Я должен заставить себя голодать, находясь в окружении вкуснейшей, но ядовитой еды.
Адептов шестой стадии подставляли их аппетиты. Их возможность к поглощению энергии была на порядок выше моей, и стоило им вдохнуть полной грудью, попав сюда, как они засыпали. Да и как тут сдержаться, чтобы не сделать глубокий вдох настоящей, пронизывающей все вокруг силой! Они ведь столько времени к этому стремились! Кстати, говоря о времени, а сколько его у меня в материальной форме? Год? Месяц? Час? Тут вообще есть время?
«И как ты планировал выживать здесь, поменяв сосуд? Как ты планировал защититься от этого, находясь в адепте шестой стадии?» — спросил я, вновь улегшись и ощутив приятную прохладу камня. Всё же, это был камень.
Клык не отвечал. Однако у меня были подозрения, что это связано как раз с возможностью демонов управлять внешней энергией. Можно как-то ее трансформировать, нейтрализуя усыпляющую силу? Клык вроде бы намекнул именно на это. Если он не расскажет, придется экспериментировать, хоть это и жутковато.
«Если ты еще не понял, то в этой форме я поглощаю минимум. У меня теперь… пусть и не вечность, но времени гораздо больше, чтобы пробовать и экспериментировать. Лучше расскажи сам», — я мысленно усмехнулся, ощущая, как он бьется в бешенстве, продолжая молчать.
«Ладно, если ты против этой темы, поговорим о другом. Твое истинное тело тут тоже спит?»
Клык немного помолчал, но в этот раз все же соизволил ответить:
«Да. Но мой сон отличается. Я оставил двенадцать частичек себя в нижнем мире и могу влиять на слабую реальность того мира, сплетая судьбы и используя части себя. Но никчемные смертные…»
Вот оно что. Айрхен тоже упоминал судьбу. Нити судьбы… Но их нельзя было трогать слишком сильно. Система могла заметить и отправить пациента в более глубокий сон? Безымянный оставил внизу… Гробницу. Может, есть что-то еще? Да, в принципе, сейчас это не так важно.
«Значит, ты стремишься захватить сосуд шестой стадии, а что потом? Разбудить свое основное тело?»
«Ты мыслишь узко, Керо! Не упрямься!», — ого, он обратился ко мне по имени! Что-то новое. — «Вместе мы сильнее! Мы сможем вершить судьбы миров! Ты и я, как двое равных! Места и ресурсов хватит обоим! Посмотри, куда я указываю», — я приподнял голову и увидел, как небольшое количество черной энергии сформировалось в стрелочку, — «Там, в паре дней пути, есть спуск к ядру. Я его чувствую. Согласись, и я научу тебя не засыпать при использовании местной энергии».
Я усмехнулся. Ставки повышаются. Сначала предлагал стать слугой, теперь вот равным… Но предатель есть предатель. Как только он перестанет нуждаться во мне, он избавится от меня без лишних слов и размышлений.
Я перевернулся на спину и закинул руки за голову, устраиваясь поудобнее. Я по-новому взглянул в это фиолетовое небо, пытаясь что-то разглядеть. Раз Клык чувствует тут что-то, то и я могу. Главное, получше прислушаться к этой тишине. Как там шестая стадия называется? Осознание вселенской гармонии? Думаю, созерцая вот это небо, вполне можно что-то осознать. Или свихнуться.
«Выкладывай, как тут дышать полной грудью и не засыпать. И дальше мы пойдем, когда я́ сочту нужным… Если я сочту это нужным. Как тебе такой договор?» — обратился я к Клыку.
«Глупый, упертый баран!» — взорвался гневом паразит.
«Если я усну тут, ты уснешь со мной. Поднимется ли сюда кто-то еще из одиннадцати кусочков? Или они все уже спят тут? Чувствую, я твой единственный ускользающий шанс. Так что выжимай из него максимум. Или не выжимай. Мне насрать», — пошел я ва-банк. — «Мне терять нечего, в отличии от тебя. Я все равно не знаю дороги домой.»
Клык молчал.
Пользуясь тишиной в эфире, я продолжил. — «Знаешь, я даже восхищен твоей гениальностью. Разработать настолько сложный план и воплотить его в жизнь… Ты идешь к тому, что для тебя действительно важно. Даже обидно, что такой план разрушится лишь из-за гордости создателя».
Клык молчал.
Замолчал и я. Не найдя другого занятия, я пытался вслушиваться в
