— Подожди, — остановила меня Кая.
Вынужденно замерла.
— Есть кое-что ещё, что ты должна знать, — вернула она себе хмурый вид, убедилась в том, что я её внимательно слушаю и продолжила: — Я прибыла в Амарну, потому что меня беспокоило случившееся на тебя нападение. Хотела выяснить, что же на самом деле произошло.
— Адамина сказала, что ты хотела помочь мне, — кивнула я. — Правда, не таким образом. Со шкатулкой.
— Да, я им сама так сказала, когда уходила, — отказалась Кая. — Иначе бы они меня точно не отпустили. Помочь собрать шкатулку — звучит более безобидно, чем встревать в очередную войну против ведьм.
— Причём тут ведьмы? — нахмурилась я.
— Что, если на тебя напали, потому что ты именно ведьма?
Утверждение мне не понравилось. В первую очередь потому, что та же ари Элора использовала очень близкий к тому предлог, когда отправилась на мои поиски.
— Ты что-то узнала? — напряжённо спросила я.
Послышался обречённый вздох.
— Нет, ничего такого, чтобы можно было утверждать наверняка, — сокрушённо пробормотала Кая. — Я была в том переулке. Там мало что уцелело. Свидетелей тоже не нашла. Когда драконье пламя обрушилось, все попрятались, иначе не спастись. А стрелы, как сказали цветочницы, забрали триарии. Передали императору. Су Таерар… в их доме такой траур, что вообще никто не разговаривает. Даже друг с другом.
Услышанное не понравилось мне ещё больше, чем предыдущее.
— Су Таерар держат траур, — повторила я за ней.
По кому он?
Спрашивать вслух не пришлось.
— Ари Элора не выжила при родах, — посмотрела на меня с нотой изумления Кая. — Ты не знала?
Разумеется, нет. Ведь на мои расспросы о том, чем всё закончилось, супруг сказал, что… а собственно что?
«Ребёнок сделал первый вдох. Целители справились…» — вот что он сказал мне тогда.
То есть, не соврал?
Это я неверно истолковала. А он не разуверил.
Нарочно?
Всё равно, получается, фактически обманул.
— Не знала, — обронила я совсем тихо.
Меня пошатнуло. Так неудачно я отступила назад, разворачиваясь, чтоб всё-таки уйти. А может всё дело было не в моей неуклюжести, в том, что довольно трудно себя контролировать в принципе, когда руки и ноги немеют, а в голове воцаряется полный раздрай.
— А малыш? — так и не ушла, развернулась обратно к ведьме.
— Мальчик в порядке. Полном. Когда он родился, рука его матери светилась фиолетовым светом, как я услышала от цветочниц. Ты спасла ему жизнь, Злата.
Кивнула. Ничего не ответила. Опять отвернулась. И опять не ушла.
— Не вини себя, ты бы всё равно ничего не могла с этим сделать. Сила проклятья слишком сильна. С каждым поколением драконья кровь становится всё слабее… — донеслось мне в спину. — Ты ведь это понимаешь?
Да, вероятно. Но если бы не было проклятья, то и тогда ари Элора была бы жива. И как раз в том, что оно до сих пор есть — часть моей вины в самом деле. Может, и я не я причастна к тому, как оно появилось, но и бездействие порой тоже — тот ещё вред.
— Злата, — позвала меня вновь Кая, когда я не откликнулась.
Но я уже не остановилась.
— Я вернусь, тогда и обсудим, — бросила напоследок.
— Да, конечно, — судя по интонации, улыбнулась Кая.
Я больше не стала оборачиваться к ней. Руны невидимости, и те активировала на ходу. Тогда же вспомнила о своих сообщницах, с которыми пришла в темницу, и которые до сих пор верно следовали за мной.
— Будет снова нужна ваша помощь. Отвлечёте стража на входе, чтобы я смогла выйти? — спросила у них. — Но это может быть очень опасно, — предупредила.
Белые пушистые попки только хвостиками махнули, прежде чем согласно пропищать и унестись вперёд.
Глава 14.6
К тому моменту, как и я добралась до стальных прутьев, преграждающих путь, надзиратель при входе вовсю за ними гонялся. Возможно, и не стал бы так заморачиваться, но они ж тоже о таком возможном исходе подумали, потому нагло стащили у него часть его ужина, вместе с которым улепётывали от догоняющего, не забывая его время от времени им дразнить.
— И-ии-и-иии!!! — только и звучало на всю округу.
Не от охранника. От мышек. То ещё занятие удирать от здоровенного бугая, даже если учесть, что у каждой малышки было всего по небольшому кусочку. Мне даже в какой-то момент показалось, вот-вот попадутся.
Не попались!
А он так увлёкся в достижении своего возмездия, что не заметил, как я прошмыгнула мимо них всех. Тогда и мышки прекратили наглеть, быстренько убежали совсем. Но о том я узнала не сразу. Встретила их по пути в лазарет. Всех шестерых. Не была уверена, что именно там найду городских стражей, которых мне предстояло разбудить, но в пыхнувшие опасения не оправдались. Каждый находился в отдельной комнате, почему-то привязанный к кровати, а ведущие к ним двери к моему облегчению были настежь открыты. Но всё равно пришлось притормозить прямо посреди коридора, когда навстречу попались парочка целителей в хламидах.
— Ведьму сегодня будут сжигать на главной городской площади? Боюсь, не успею, ещё столько дел… — покачал головой первый.
— Успеешь, — утешил его второй. — Не на площади. Император запретил устраивать зрелище. Костёр складывают в большом саду. Закончим с бальзамами, и вместе пойдём. Как раз успеем к закату.
На лице первого вспыхнуло одобрение.
— Ну да, в большом саду теперь всё равно сжигать больше нечего, — ухмыльнулся он. — А почему запретил, не знаешь? — озадачился следом.
Собеседник покачал головой.
— Может, не хотел, чтоб начались народные волнения, раз ведьмы снова вернулись. А может, не желает портить настроение своей новоиспечённой жене. Очень уж заботится о ней. А она очень уж сердобольная, говорят. А все ж потом обсуждать будут. Недаром, наверное, с утра заперлась в своих покоях и никуда не выходит, как про ведьму стало известно. Не терпит жестокости. Ну, или боится ещё одного покушения. Целых два ведь ей перепало в столь юные годы, за такой короткий период. Кто ж нам о том скажет наверняка?
— И то верно.
Они ушли, но этот их короткий диалог отпечатался в моём разуме, как то же пламя, которое они обсуждали. Припекало в мозгах и груди с такой силой, что хоть вой.
Хорошо, у меня было полно других забот!
И они являлись куда более важными.
Когда опустилась на край постели рядом с первым из стражей, до которого добралась, а потом использовала припасённый из своей спальни грифель, рисуя на тыльной стороне ладони знак, которому меня научила Кая, я очень переживала, что могла запомнить неправильно или же что-то ещё пойдёт не так, и тогда я могу только навредить пребывающему без сознания мужчине.
Вдох-выдох…
Всего одно слово. Руна знакомо вспыхнула фиолетовым, активируясь. Растаяла за мгновение. Стёрлась.
И…
Ничего!
По крайней мере, не сразу. До первого более глубокого вдоха, после которого мужские ресницы дрогнули и распахнулись, я чуть с ума не сошла от неизвестности. Хорошо, он меня не видел, как и реальность до сих пор осознавал плохо, с видимыми усилиями шевелил головой, пытаясь понять, где находился, не то бы точно ошалел, когда заметил мою полную непомерной радости улыбку.
Получилось, да!
А значит, пора навестить и вторую жертву моей ведьминской инициативности. Как и всех остальных.
С ними я проделала всё то же самое. Разве что дожидаться их пробуждения не стала. И хорошо, что поторопилась, когда я заканчивала с восьмым из них, первый оклемался настолько, что начал громко кричать и звать к себе на помощь. Не понравилось ему на привязи.
К тому моменту, когда я покидала лазарет, в коридоре было уже не протолкнуться, все целители сбежались на крики, и не только первого, что я разбудила.
Вот так захочешь быть героиней, никто и не узнает…
Но ничего!
Как только я вернусь к ведьме, а потом закончу это своё маленькое приключение, кое-кто всё-таки точно узнает. А мне мало не покажется. Ещё бы придумать, как вернуться в покои, чтоб опять незаметно для триария Тиамата и триария Сорена. И желательно так, чтоб император тоже не успел ещё в покои прибыть.
