— Но кое-что работает?
— Кое-что — да. Хоть я так и не уловил принцип работы.
— Не скромничай, — штурман включил обзорный экран в режиме радара. Космос в мертвых зонах светился тускло-фиолетовым — гном заботливо пометил нерабочие участки. Остальные казались полированными плитами черного мрамора с едва заметными прожилками созвездий. — Готардо, какая тут чувствительность?
— В астероид влететь не должны. В остальном… — архижрец пожал плечами.
— Понятно, — дроид провел пальцами по сенсорной панели, отчего та издала противный писк, а звезды на экране закружились в безумной круговерти. — Тогда, пожалуй, лучше пойти в обход. Целее будем.
— Я бы вообще загнал старушку в док. На профилактику, — отозвался Готардо. Он вспомнил, какой разрухой встретила его техническая палуба, и содрогнулся. Гарин, не смотря на свой рост, кинулся чинить древнее оборудование с отвагой сказочного драконоборца — гном в течение недели перебирал рассыпающиеся блоки, нещадно потроша остальное — охранных дроидов, остатки спасательных шлюпок, разведкатера — все, где могли оказаться нужные детали. Демон научно-технического прогресса в очередной раз сыграл с кораблем дурную шутку — суперсовременное оборудование лабораторий давным-давно разучилось производить столь архаичные модули.
— А деньги? — резонно заметил дроид. — Наш золотой запас уже третий день маринуется в космопорте Сан-Мишеля. А то, что мне перечислили за… — штурман смущенно заскрипел, — в общем, остальное мы уже потратили. Лючия — очень недешевый курорт.
Готардо кашлянул — слишком демонстративно, чтобы это сошло за проявление нездоровья.
— Я, так понимаю, ты хочешь что-то сказать? — некромант на секунду оторвался от какого-то особо сложного пасьянса — на широком основании голопроектора лежали больше полутора сотен карт.
— У меня… — архижрец, явно смущаясь, принялся теребить край мантии. — В общем, могу поделиться. В долг. Если уж очень надо.
— Как интересно, — задумчиво отозвался колдун. — Может, ты еще и нужное место знаешь?
— Так получилось, — Готардо изо всех сил попытался состроить невинное лицо. — Нечаянно.
* * *
Веер торпед-прилипал, проколов пространство, ощерился гроздьями сенсоров. Космос безмолвствовал — ему нечего было ответить шедеврам шпионской техники.
— Ты должен их найти! — крылья Лейны сыпали ослепительными искрами, оставлявшими в пластике покрытия уродливые дыры. Остатки жреческого воинства, которое богине удалось выковырять из щелей, опасливо жались по углам. Шор, которого богиня крепко держала за ворот, лишь мучительно жмурился, раздумывая — есть ли в бункере аптечка с противоожоговым кремом, или ему придется бежать в аптеку. — Должен, понимаешь?
— Да, Матриарх.
— Отговорки не принимаются, — Лейна швырнула старика в кресло и решительно развернулась. Шор едва успел пригнуться, и огненное крыло лишь чиркнуло по его реденькой шевелюре, наполнив воздух вонью паленой шерсти.
— Прикажете приступать?
— Ты еще здесь? — богиня взвизгнула. — Работать, работать!
Дел, действительно, накопилось преизрядно. Сброшенный рефрактор медленно падал на планету, и, если не принять срочных мер, примерно через сутки он должен был войти в зоны орбит спутников связи. Жречество частью разбежалось, частью — попряталось, не зная, как реагировать на низвержение Пресвятой Лейны, а еретики всех девяти разломов, напротив, высунули голову, уже предвкушая дележ наследства. Вместе с обителью богини исчез бесконтрольный доступ к информационным архивам, а прочих лазеек в системах безопасности у перепуганных сектантов не оказалось. Даже сама богиня не могла помочь — Лейна наделила себя способностью вскрыть любой терминал, но только в личном контакте. И с ним же были самые большие проблемы.
Нечеловеческое очарование богини бесследно испарилось вместе с угнанным кораблем — теперь перед Шором расхаживала престарелая блондинка, кожа которой больше напоминала розовый пластик, чем живую плоть. Возможно, так оно и было — огненные крылья определенно были плазменными разрядниками антиграва, стальные ушки на голове — рецепторами портативных сканеров, а что еще скрывалось внутри увесистого «корпуса» богини, оставалось только гадать.
Впрочем, не все оказалось так плохо, как выглядело — оставшиеся с богиней сектанты были наиболее упертой частью жречества, которая никак не мыслила себя без Пресвятой Лейны. А потому, пока Шору верила богиня — старик мог смело распоряжаться крошечной, но очень сплоченной армией. И именно они рассказали безопаснику о торпедах-прилипалах — мечте любого межзвездного шпиона.
Их конструкция была проста до гениальности — двигатель, комплект сенсоров и отсоединяемый зонд с алмазным буром. Торпеда могла годами находиться в космосе, без устали разыскивая цель. Время от времени она совершала гиперпрыжки, стараясь попасть в наиболее оживленные места. Там она, выбрав самый медленный корабль, пристыковывалась к нему, после чего, взломав корпус, беззастенчиво воровала у «хозяина» информацию и топливо. Рано или поздно попадалось что-нибудь интересное — и тогда участь цели оказывалась незавидной.
К счастью, в тайнике таких ракет оказался целый десяток. Шор приказал запустить их все, справедливо рассудив — лучше сейчас сделать больше, чем доложить разъяренной богине о провале.
* * *
Полвека назад Галактическому содружеству пришлось туго. Одна из корпораций, размахивая убедительными данными о повальном снижении преступности, уговорила Совет резко урезать финансирование спецслужбам. В итоге патруль резко усох, большая часть кораблей отправилась на консервацию, и целые сектора пространства совершенно выпали из-под контроля властей. Впрочем, вскоре выяснилась и цена статистике, и степень миролюбия некоторых корпораций.
Первым начал войну концерн «Энцо-Меличи». Внезапным ударом «силы внутренней безопасности» разгромили добрый десяток баз Галактического патруля, установив границы нового государства. Почин оказался заразительным, и буквально через пару лет содружество принялось трещать по швам, раздираемое на клочки метастазами «суверенных держав».
Как ни странно, спасло ситуацию именно то, что и чуть не погубило — непомерная жадность свежеиспеченных президентов. Уже через пять лет бесконтрольного владычества, когда припертый к стенке Галактический совет уже был готов примириться с текущим положением, новые державы взаимно передрались — причем с таким успехом, что три из восьми государств исчезли без следа буквально за неделю, а остальные на месяц войны ослабли настолько, что даже остатков патруля хватило на ликвидацию мятежников.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
