Читаем без скачивания Кровавая Валькирия - Маруяма Куганэ

Если бы приказал создатель, она бы дралась со всей силы. Она бы не колебалась, даже если бы весь Назарик стал её врагом. Но сейчас всё по-другому. Сколько бы она ни ломала голову, ответ не приходил. Однако она не могла остановиться. Голос ей шептал, говорил убить, используя всю свою силу.

Шалти посмотрела «Анализом магии» на то, сколько у Аинза осталось очков магии. Подавляя посыл засмеяться, она применила обращение времени, чтобы восстановить здоровье.

Могущественные заклинания стоят дорого. И среди них, учитывая соотношение урона и затраченных очков магии, «Рассечение реальности» было ужасно неэффективно. Раз он использует его подряд, значит решил, что исход битвы зависит от того, насколько он измотает Шалти, прежде чем битва перейдёт в рукопашную схватку.

Верно. Стремиться к короткой битве — верная мысль, потому что в противном случае у меня будет преимущество… хотя я не знаю, насколько эффективной будет магия ослабления против нежити.

Шалти сузила глаза, глядя на то, как противник одно за другим применяет могущественные заклинания.

Хорошо. Тогда мне последовать вашему примеру?

Одни навыки Шалти могла использовать бесконечно, другие — ограниченное количество раз. Восстановление через обращение времени она могла применять три раза в день, как и Очищающее копьё. Нечестивый щит сегодня использовать осталось лишь раз.

Но сохранять их смысла нет. С самого начала Шалти считала, что битва закончится в ближнем бою. Её очки магии и навыки предназначались лишь для того, чтобы лишить очков магии Аниза.

Я сражаться без очков маги могу, но вот если вы, владыка Аинз, лишитесь возможности применять магию, это для вас будет смертельно.

Шалти, которая сражалась, полагаясь как на очки жизни, так и на очки магии, против Аинза, который был вынужден сражаться, исключительно полагаясь на очки магии. С самого начала между ними двумя была подавляющая разница.

Она смотрела на Аинза, который не мог выбрать ничего кроме магии, с нежностью. Но это, скорее, была не нежность матери, которая волнуется за ребёнка, а сострадание сильного к слабому.

Использовав последнее Очищающее копьё и получив в ответ «Рассечение реальности», Шалти перешла ко второй стадии битвы.

— Тогда как насчёт этого? «Десятиуровневый призыв монстра».

— Будто я тебе позволю! «Великое подавление»!

Призванный монстр исчез в мгновение ока. Аинз с гордостью заговорил:

— Я не позволю тебе тянуть время, Шалти.

Не смейся, Шалти. Он просто использовал свои очки магии после моего навыка!

Пытаясь сохранять невозмутимое лицо, Шалти бросила свою магию:

— Неужели? Тогда, может, мне атаковать вас прямо? «Усиленная магия: Вермилионовая нова».

— «Тройная усиленная магия: Призыв великого грома».

Аинза обволокло тёмно-красное пламя — его слабость. И в то же время три огромные молнии, собранные из множества нитей, пронзили Шалти. Вместе с уменьшением здоровья Шалти впервые за бой показала недовольное выражение лица.

Он увеличил сопротивление огню?

Каким бы сильным человек ни был, невозможно иметь полное сопротивление к каждому атрибуту. Даже если есть сопротивление от расы, профессии и даже экипировки божественного класса, всё равно есть предел. Однако, если полностью убрать сопротивление одному атрибуту, станет возможным приобрести полный иммунитет к другому. Это верно, даже если человек выберет атрибут, против которого у него слабость.

Другими словами, Аинз отказался от какого-то атрибута, чтобы увеличить сопротивление огню.

Как раздражающе, я не знаю, какой это атрибут.

Единственный способ это узнать — «Анализом жизни» смотреть на его очки жизни и атаковать заклинаниями каждого атрибута, чтобы увидеть, когда жизнь уменьшится.

Будто я сделаю нечто столь хлопотное. Тогда попробуем атрибут, к которому он определённо слаб…

— «Усиленная магия: Сверкающее сияние».

— «Усиленная магия: Истинная тьма».

Тело Аинза начало очищаться священным светом, а Шалти охватила тёмная пустота.

В тот миг… Шалти этого не пропустила. На мгновение он затрясся. Но он быстро взял себя в руки и сделал вид, что ничего не было. Но никто не попадётся в такую очевидную наигранность. То была дрожь тела, которое пытается вытерпеть боль.

Шалти, не показывая это на лице, рассмеялась от того, что нашла его слабость. Нет, это само собой разумеется. Нежить критически слаба к святому атрибуту. Очень трудно убрать эту слабость. А если экипировкой он поднял сопротивление огню, это совершенно невозможно.

Глядя друг на друга, они двое применили следующую магию. Конечно, Шалти выбрала то же «Сверкающее сияние».

Сколько ещё раз им придётся обменяться заклинаниями? Даже Шалти потеряла значительную часть здоровья. Если бы она тайно не использовала навык, который ослабляет магические эффекты в обмен на постоянное уменьшение очков магии, то её очки жизни, скорее всего, опустились бы до нуля.

Как я и думала, он невероятен… как в нападении, так и в защите владыка Аинз превосходит меня в битве магии. Даже когда я непрерывно применяю священную магию, он, скорее всего, получил меньше повреждений, чем я. Но всё равно… он потратил довольно много очков магии.

Она своими глазами видела, что у Аинза теперь осталось намного меньше магии. Но, несмотря на это, его глаза всё равно яростно горели пламенным духом.

Ах, тело покалывает. Какой чудесный человек, я хочу посмотреть, как он будет выглядеть, когда проиграет и его дух сломается.

Шалти подавила чувство, хлынувшее снизу живота. Будь она в своей комнате, то, наверное, даже позвала бы вампирскую невесту. К сожалению, сейчас тут нет ни одной. И, само собой разумеется, вряд ли она могла себя сексуально удовлетворить здесь и сейчас.

Тогда остаётся лишь… довольствоваться битвой.

Глаза увлажнились, с похотью Шалти глядела на Аинза, облизывая губы. Какую реакцию он покажет, если она ещё больше увеличит своё преимущество?

— Тогда я себя вылечу. «Усиленная магия: Великое лишение жизни».

Живых следует лечить позитивной энергией, и наносить урон негативной. Нежить наоборот. Вот почему «Великое лишение жизни», вливающее внутрь много негативной энергии, стало величайшей лечащей магией для нежити Шалти.

— Ты права. Я тоже потерял много здоровья. «Великое лишение жизни».

Шалти несколько раз моргнула. Она не могла поверить в то, что происходит. Но она видела своими глазами, как его раны затягиваются, потому ей ничего не оставалось кроме как принять это.

— …Э? Владыка Аинз, «Великое лишение жизни» ведь священная магия, как вы можете ею пользоваться? Она была в списке изучаемых навыков вашего класса?

— Нет, к сожалению, эта сила не моя собственная, а магического предмета. Он позволяет применять всего лишь одно особое заклинание. Ради этого мне пришлось пожертвовать одним из слотов для экипировки. Его невозможно использовать с навыком «Усиленная магия» и эффект не такой большой, как от оригинального класса. В этом не так уж и много хорошего.

Видя, как Аинз во второй раз применил «Великое лишение жизни», жалуясь о хлопотах, Шалти признала, что график немного изменился. Впрочем, разница не такая уж и большая, поскольку одна из её задач — чтобы Аинз быстрее тратил очки магии — оказалась успешной.

Рассудив так, Шалти снова активировала «Великое лишение жизни» и вылечила раны. Поскольку она была сотого уровня, полное восстановление заняло некоторое время.

И последний раз…

— «Усиленная магия: Великое лишение жизни».

— «Тело лучезарного берилла».

Пока она залечивала раны, Аинз применил на себе защитное заклинание.

Шалти, кроме информации о заклинателе веры, не так много получила от Пэроронтино. Потому она не знала, какие эффекты у «Тела лучезарного берилла». Видя, что Аинза обволок зелёный блеск, она рассудила, что это защитная магия.

Правильное решение. Я как раз собираюсь напасть на тебя лично.

Как раз когда Шалти собиралась взяться покрепче за Шприцевое копьё, услышала будто пророненную случайно жалобу:

— Подумать только, что я буду в таком невыгодном положении.

Ошеломлена полностью. Шалти ослабила хватку и подумала:

Вы только сейчас это поняли?

Впрочем, она посчитала, что говорить такое мастеру, владыке Аинзу, будет дерзко и не открыла рот.

…мастеру? Владыке Аинзу?

Её озадачили слова, которые уже несколько раз во время боя всплывали в уме. Она хотела знать, почему должна направлять клинок на владыку Аинза. Впрочем, много вещей в мире она не понимала. И это лишь одна из них.

Но хоть она так думала, она посчитала, что её действия против Аинза не согласуются с этой линией мышления. Вот почему спокойным голосом, не подходящим для разгара битвы, она с ним заговорила: