Летом 2008 года будущее казалось ясным и радужным: 15 млн австралийских долларов, первоначально вложенных Брэнсоном в Virgin Blue, создали авиакомпанию, стоимость которой на какой-то стадии составляла 2,5 млрд австралийских долларов (1,9 млрд долларов США). Virgin America несла убытки, но ее можно было сделать прибыльной. И благодаря царившему в ВА хаосу прибыли Virgin Atlantic в 2008 году должны были удвоиться и достигнуть 68,4 млн фунтов стерлингов. ВА, напротив, понесла убытки в размере 401 млн фунтов стерлингов. Но потом фортуна неожиданно изменила Брэнсону.
Будущее Virgin Atlantic всегда было сомнительным, но авиакомпания выживала, привлекая пассажиров, завороженных обещаниями безостановочной вечеринки, которая начиналась в зале ожидания аэропорта. Характерное для Брэнсона дерзкое пренебрежение правдой все еще находило поклонников. «Я всегда путешествую с баром, набитым шоколадом Cadbury с орехами», – сказал Брэнсон журналисту, который брал у него интервью. После чего журналист спросил: «Летаете первым классом?» Брэнсон ответил: «Нет, всегда беру билеты в экономкласс». К тому времени Брэнсон регулярно летал на своем «Фалконе» и практически отказался от популярной привычки приветствовать пересекших Атлантику пассажиров Virgin Atlantic, стоя в аэропорту с блокнотом, в который записывал их замечания. Усиливающееся отстранение Брэнсона от повседневного бизнеса получило отражение в размещенной в Интернете жалобе пассажира на питание на борту самолета Virgin, совершавшего рейс из Мумбая в Хитроу.
«Я люблю бренд Virgin, – писал этот пассажир в послании, отправленном по электронной почте Брэнсону. – Действительно люблю, почему и продолжаю пользоваться самолетами Virgin, несмотря на ряд неприятных ситуаций, возникших за последние несколько лет. Но последний случай перешел все границы. К концу полета я был бы рад заплатить тысячу рупий за одно сухое печенье после проклятого кулинарного путешествия, на которое меня обрекла ваша компания». К своему посланию пассажир приложил фотографии взбитого десерта, который подали с помидором и горошком и груды желтой жидкой массы, которую пассажир счел сладким заварным кремом, тогда как на самом деле это было горчицей. «Горчицы было больше, чем человек может потребить за месяц», – писал этот пассажир. Страдая от голода, он в смятении потянулся за печеньем, лежавшим на подносе, который ему подали каким-то «озадачивающим, странным образом». Фотография, писал пассажир Брэнсону, позволяет предположить, что печенье было «мешком доказательств, собранных на месте преступления. Преступления, совершенного против чертова кулинарного искусства. Либо этого, либо того, что печенье было незаконно сделано на каких-то задворках вооруженным маньяком из его личных запасов дрожжей… Представьте, Ричард, что вы вгрызаетесь в кусок латуни. Латунь была бы мягче, чем этот сухарь». Измученный пассажир попытался утешиться «вашими прославленными на весь мир развлечениями на борту». И приложил фотографию этих развлечений. «Узнать лицо Бориса Джонсона[9] на экране, по которому вверх и вниз бежали белые полосы, было неимоверно трудно… Я был голоден как никогда за всю мою взрослую жизнь, а от попыток рассмотреть изображение на растрескавшемся экране у меня голова раскалывалась от боли и едва не развилось косоглазие». Письмо пассажир заканчивал так: «Мой единственный вопрос: как вы можете мириться со всем этим безобразием? Не могу вообразить, чтобы в вашем доме подавали подобные обеды. Это должно быть что-то такое, чего не передашь документальными кадрами». Извинения Отдела отношений с клиентами компании Virgin были формальными: сотрудник отдела выразил удивление тем, что пассажиру не понравилось «заслужившее награды питание на борту самолета Virgin. Это питание пользуется популярностью на наших индийских рейсах».
Эта жалоба была дурным предзнаменованием: осенью 2008 года злорадство по поводу кризиса, постигшего ВА в Хитроу, сменилось озабоченностью собственными несчастьями. Финансовый крах, случившийся летом 2008 года, опустошил бюджеты авиакомпаний Virgin, как и многих других авиакомпаний. Прибыли, которые Virgin Atlantic получила за счет BA, превратились в 2009 году в 158 млн фунтов стерлингов убытка. Всего через три года после начала полетов в Мумбай они были прекращены в целях экономии средств. Провалилась и экспансия Брэнсона в Африке, а в Нигерии он стал жертвой того, что назвал «мафиозной тактикой».
Перспективы заманчивых прибылей соблазнили Брэнсона на создание новой авиакомпании в славящейся коррупцией Нигерии. Разбогатевшие на добыче нефти нигерийцы платили ВА бешеные деньги за доставку стиральных машин и других тяжелых грузов, отправляемых с перевесом из Хитроу в Лагос. Хотя Брэнсон скажет, что сам Кофи Аннан[10] в 2004 году призывал его наладить надежные рейсы в Нигерию, для которой были характерны авиакатастрофы с человеческими жертвами, Брэнсона привлекали еще и перспективы получения прибыли. Он планировал открыть авиакомпанию Virgin Nigeria, самолеты которой совершали бы полеты по всей Африке и привозили пассажиров на рейсы Virgin Atlantic, вылетающие из международного аэропорта Лагоса в Лондон и оттуда – в Нью-Йорк.
В 2005 году Брэнсон лично заключил сделку о создании Virgin Nigeria с президентом Нигерии Олусегуном Обасанжо. Президент предложил Брэнсону концессии на добычу нефти и других ископаемых в качестве стимула к инвестированию 24 млн фунтов стерлингов в обмен на 49-процентную долю в новой авиакомпании. Брэнсон согласился с тем, что большая часть акций должна принадлежать нигерийским бизнесменам. Virgin Atlantic арендовала 6 самолетов «Боинг-737» и передала их новой нигерийской авиакомпании. Однако вскоре между Брэнсоном и его партнерами возникли споры: нигерийцы хотели, чтобы самолеты Virgin Nigeria совершали полеты в Лондон и Нью-Йорк, а Брэнсон не желал появления конкурентов для своей авиакомпании. Подвергшись определенному давлению, Брэнсон согласился создать рейс между Лагосом и аэропортом Гатвик. Полеты должен был совершать старенький «Аэробус-340». Один из партнеров сказал Брэнсону: «Вы желаете неудачи нашей авиакомпании».
Через четыре года президент Обасанжо ушел с поста главы государства. Его преемник, президент Яр-Адуа предполагал, что у Брэнсона и бывшего президента были близкие рабочие отношения. Видя, что сотрудничество Брэнсона с нигерийскими партнерами рухнуло, один из членов окружения президента решил силой отобрать инвестиции Virgin. «Правительство Нигерии пренебрегло нашим соглашением и отправило в аэропорт Лагоса громил, которые молотами расколошматили наш зал ожидания», – жаловался Брэнсон. Он обратился к президенту Яр-Адуа с просьбой предоставить защиту от действовавших насильственными методами «убийц мечты», но это обращение президент отверг. Миллиардер смирился, ушел из авиакомпании и понес убытки. «Думаю, Брэнсону надо было понимать местные условия», – заметил купивший развалины зала ожидания нигерийский бизнесмен Джимо Ибрагим.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
