— Красавцы, — причмокнула цыганка. — Умеешь ты парней выбирать.
Вера съежилась и стала рыться в записной книжке мобильного. Выдержать прямой взгляд начальства было выше ее сил.
— Японцы? — Собеседница все никак не отставала.
— Один — кореец, — неожиданно для себя ответила Вера. — А другой — наш, местный, только из столицы. Ну, по крайней мере, до недавнего времени все выглядело именно так.
— Умереть — не встать! — всплеснула руками женщина, браслеты на ее пухлых запястьях звякнули. — У тебя не жизнь, а сериал какой-то. И на ком из них сердце успокоилось? Выберешь которого, спрашиваю?
— Там о любви разговора не идет, — грустно улыбнулась Вера. — А значит, от моего выбора ничего не зависит.
— Ты чего тут крошечку-хаврошечку изображаешь? — зло зашептала цыганка, придвигаясь почти вплотную. — Разговоры всегда только о любви ведутся, а уже потом — об остальном. Руку дай! Кому говорю!
Вера протянула в сторону раскрытую ладонь.
— Вот сразу бы так! — Руки женщины были морщинистыми и сухими. — Посмотрим… Как зовут тебя, болезная? Вера? Хорошее имя. Главное, редкое. Что у нас здесь? И дорога дальняя и страдания сердечные. Денег у тебя при себе много? Если немного, с карты сними. Тут за углом банкомат новый поставили, любую сумму снять можно…
В висках ломило, девушка поняла, что сопротивляться она не в состоянии. Захотелось немедленно дать этой милой женщине денег, и побольше — стопочку новеньких хрустящих купюр. Вера даже ощутила запах денег — металлический, похожий на запах свежей крови. Что там Королев про подчинение через прикосновение говорил? Редкая способность? Это, может, в столицах редкая, а у нас вон каждая бродяжка так колдовать умеет. Очки съехали на переносицу. Вере показалось, что ее рука испещрена мелкими буковками какого-то незнакомого языка. Разноцветные чернила — красные, лиловые, черные. Орнамент или все-таки текст?
Цыганка вскрикнула и выпустила Верину ладонь.
— Прости! Черт попутал! Я не знала, что ты под защитой.
Девушка поправила очки и удивленно посмотрела на женщину. А та суетливо поднялась, сдернув с лавки влажную шаль, и попятилась.
— Ты меня не видела, я тебя не видела. Слышишь? И заболтать я тебя не пыталась.
Вера вытерла ладонь, которой касалась цыганка, о шершавый твид юбки.
— Подождите. Я хочу спросить…
Но цыганка, позвякивая браслетами, уже убегала через площадь.
Вера пожала плечами и уткнулась в мобильный. Надо позвонить дяде Гере, а то ей опять что-то странное мерещится, кажется, пора очки менять.
Пак Мин Джун развернул стул, чтобы сидеть вполоборота к окну.
— Выкладывай все свои игрушки. Что там у тебя? Подчинение, морок?
Дзиро улыбнулся холодной улыбкой Платона Андреевича, поправил на коленях безупречные брюки, опустил руку во внутренний карман безупречного пиджака и осторожно положил на столешницу блестящую черную сферу.
— Подчинение и защита. Морок, уж извини, снимать не стану — местные девушки склонны доверять мужчинам именно с такой внешностью.
— Тебе виднее.
Пак Мин Джун провел ладонью над амулетом. Тот раскрылся черной розой с острыми кромками лепестков, зажужжал, вращаясь вокруг своей оси, и сложился обратно в шар. Дышать сразу стало легче.
— Зачем?
Деактивированный амулет посерел и как будто съежился.
Дзиро пожал плечами.
— Я не был уверен, что ты не полезешь в драку.
— Ты мог испугать Веру, она что-то почувствовала.
— Это всего лишь вопрос времени. Рано или поздно…
У столика появилась официантка, Дзиро не глядя ткнул пальцем в карту напитков.
Разговор возобновился после того, как девушка ушла.
— Что нужно от меня достойному сыну Пак Вон Ки? Слышал, папочка лишил тебя части семейных акций?
— Интересуешься биржевыми спекуляциями или конкретно мной? Дзиро, неужели я тебе нравлюсь? — Пак Мин Джун уложил свой подбородок на ладонь и стрельнул в собеседника кокетливым взглядом. — Тогда не скрывайся, открой мне свое сердце.
Принесшая напитки официантка тихонько кашлянула.
— Теперь я понимаю, почему Белого Тигра не зовут сниматься в кино. — Дзиро тронул пальцем бумажный зонтик, украшающий бокал с коктейлем. — Актер ты никудышный.
— Один древнегреческий философ сказал, что никто не становится хорошим человеком случайно, — холодно улыбнулся Пак Мин Джун, опираясь локтями о столешницу и приближая свое лицо к лицу собеседника. — Забавно, но его звали Платон, так же, как тебя сейчас… Оставь в покое девушек — Веру и ее подругу, Зою Опалову. Не заставляй меня с тобой сражаться.
— Думаешь, твой папочка и здесь сможет тебе помочь?
Мужчины сцепились взглядами намертво.
На висках Пак Мин Джуна набухли вены, кривая улыбка Дзиро тоже выдавала напряжение. Прошло минуты полторы.
— Еще чего-нибудь желаете? — материализовалась у стола официантка. — Десерт?
— Нет, спасибо. — Пак Мин Джун тяжело дышал.
Его соперник перевел взгляд за окно, туда, где на влажной после дождя скамейке сидела причина их встречи — русоволосая девушка Вера Лисицына.
— Трудно без видящего, да, тигренок? Ки Юна подбросила тебе проблем своей смертью? Неполную группу никто не согласится использовать в операциях.
— Ты — козел, Дзиро. Хотя для тебя это не новость. Я заберу Веру с собой.
— Чтобы потерять и ее?
Пак Мин Джун сдержал уже поднявшуюся для удара руку.
— Пустой разговор. Если ты попытаешься мне помешать, я задействую все свои ресурсы.
— Папочку?
Мин Джун неожиданно расхохотался — искренне и очень громко.
— Хозяюшка, — подозвал он официантку. — Мне, пожалуйста, еще вон тех вкусных пирожных принесите, штучек пять. И кофе моему угрюмому другу. Объясни мне, — спросил парень, слизывая кремовое облако начинки, — какой у тебя во всем этом интерес? Мои планы тебе известны. А ты, Дзиро, почему здесь?
Собеседник поставил кофейную чашечку на блюдце.
— Судьба. Смешно, что моя половинка оказалась так далеко.
Мин Джун фыркнул:
— К сожалению, здесь я не могу дать тебе ни единого шанса. Время поджимает. Попробуй возобновить ухаживания в Сеуле.
— Мне не требуется твое разрешение. Ты получил согласие девушки? Она будет с тобой работать?
— Она пока не в курсе, ей предстоит на многое посмотреть по-новому. Кстати, мы говорим о Вере, а как же Зоя?
— Меня она не интересует.
— Какое совпадение — меня тоже. Но это ты привязал к ней демона, значит, несешь ответственность за ее теперешнее состояние.
— Ты этого демона убил.
— И что теперь? Зоя получила какие-то силы?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
