Из моей комнаты и ниоткудова я тебя не изгоняла. В омерзении же век быть не можешь. Я стократно тебе сие повторяю и повторяла. Перестань беситца, зделай милость для того, чтобы мой характер мог вернуться к натуральной для него нежности. Впрочем, вы заставите меня умереть».
Потемкин понял, что Екатерина хочет сохранить его как друга, соратника, крупную политическую фигуру, он убедился в своей судьбе, навеки связавшей его с этой сильной и гордой женщиной.
В начале июня Екатерина пишет Потемкину: «Изволь сам сказать или написать к Елагину, чтоб сыскал и купил и устроил дом по твоей угодности». Она хотела приобрести для своего друга собственный дом, ведь до того времени он занимал покои в Зимнем дворце, теперь они предназначались для другого. Потемкин сначала хотел получить дом А.И. Бибикова в Москве, но Екатерина II, не желая так далеко отпускать от себя князя, покупает у графа К.Г. Разумовского Аничков дворец в Петербурге, некогда принадлежавший бывшему фавориту императрицы Елизаветы Петровны — Алексею Разумовскому.
До сих пор потемкинский период в судьбе этой жемчужины Петербурга — Аничкова дворца — был обозначен лишь именем в череде его владельцев.
Во время триумфального шествия Екатерины Алексеевны в Зимний дворец в знаменательный день дворцового переворота 28 июня 1762 г. конногвардейцы присоединились к ней именно между Аничковым дворцом и Казанским собором. Разве мог тогда юный Григорий Потемкин представить себе, что настанут времена, когда он будет рядом с императрицей, а этот великолепный дворец гостеприимно встретит его как нового хозяина?! Пожаловав дворец Потемкину 22 июня 1776 г. «в вечное и потомственное владение», императрица выделила еще 100 000 рублей для его ремонта и благоустройства.
Смирившийся со своим новым положением князь, несколько официально, поблагодарил Екатерину II. «По сообщению Ивана Перфильевича (Елагина. — Н.Б.), — говорится в послании Потемкина, — о пожаловании мне дома Аничковского я лобызаю ноги Ваши. Приношу наичувствительнейшую благодарность. Милосерднейшая мать, Бог, дав тебе все способы и силу, не дал, к моему несчастию, возможности знать сердца человеческие. Боже мой, внуши моей государыне и благодетельнице, сколько я ей благодарен, сколько предан и что жизнь моя в Ея службе».
Потемкин так и не сумел полюбить Аничков дворец, всегда напоминавший ему «смутные» дни в отношениях с императрицей. Тяжелые воспоминания, а также частые разъезды по делам государственного управления привели к тому, что Потемкин не жил постоянно в Аничковом дворце, изредка давая в нем и специально сооруженном Итальянском павильоне великолепные празднества. Тем не менее Потемкин поручил своему любимому архитектору И.Е. Старову переделать Аничков дворец в стиле классицизма и разбить английский сад. Потемкин был большим любителем парков и садов в пейзажном английском стиле. Состоявший при нем английский садовник Уильям Гульд организовывал их на юге Российской империи: в Екатеринославле, Херсоне, Николаеве, на пути следования императрицы в 1787 г.; в Петербурге в Таврическом и Аничковом дворцах, на Островках, в Осиновой роще; словом, везде, где вельможа устраивал усадьбы.
Стараниями Старова к Аничкову дворцу был пристроен Зимний сад и терраса, разобраны галереи и ограда, засыпана гавань и пруды. В усадьбе построили Итальянский дом с галереей (предназначенный для празднеств), театр и колоннаду. Екатерина, радуясь, что Потемкин согласился с пожалованием Аничкова дворца и остается при дворе в Петербурге, заботилась о ходе реконструкции новой резиденции князя. «Слышу я, что кровли на дом князя Потемкина свести не умеют, — говорится в одной из записок Екатерины, адресованной, по-видимому, к дворцовому чиновнику, — здесь и в моей службе плотниской мастер Валтер, сей человек зделал кровли на одной зале пятидесяти сажени длинника и девятнацать сажень поперечника».
Потемкин с головой погрузился в государственную деятельность, став проводником политического курса Екатерины II и ее ближайшим соратником. Уезжая из Петербурга на юг, он продал Аничков дворец и усадьбу, вероятно, в 1777—1778 гг., купцу Шемякину, тот некоторое время отдавал дворец внаймы торговцам, а павильон, где при Потемкине помещался театр, сдавал иностранным «комедиантам».
Решив наградить Потемкина за успехи в освоении Новороссии и Крыма, Екатерина II выкупила Аничков дворец и снова подарила его князю. В заботах государственной важности не забывал он свои обширные вотчины, дворцы, дома, наполняя их книгами, изысканной мебелью, редкими произведениями искусства. Бывая в Петербурге, Потемкин давал великолепные балы в Аничковом дворце, устраивал маскарады. Сохранившееся свидетельство очевидца бала 8 февраля 1779 г. позволяет представить великолепные галереи Аничкова дворца, обставленные тропическими растениями и цветами, украшенные висячими гирляндами и свечами. Большой любитель и ценитель музыки, Потемкин занял более ста музыкантов, которые инструментальной, духовой, роговой и вокальной музыкой сопровождали маскарад. Праздник удался: Екатерина II, двор и иностранные министры танцевали, играли в карты, ужинали — веселились от души.
Еще один маскарад в честь императрицы, запомнившийся всему Петербургу, устроил Потемкин в Аничковом дворце 27 февраля 1785 г. Именно здесь состоялся первый выход в свет шестнадцатилетней красавицы — Екатерины Федоровны Барятинской, пленившей сердце Потемкина в 1790 г. в военном лагере близ Бендер. «В вечеру, в 7-м часов Ея императорское величество, — зафиксировано в “Камер-фурьерском журнале”, — при свите дежурных фрейлин и кавалеров изволила выход иметь в Аничковский дворец к Его светлости князю Григорию Александровичу Потемкину в маскерад, почему Ея императорское величество изволила быть и в свите обретающиеся особы были ж в маскерадном платье». Екатерина II пробыла во дворце до 9 часов и в сопровождении дежурного генерал-адъютанта князя Репнина вернулась в Зимний дворец. Посетили потемкинский маскарад и цесаревич Павел Петрович с супругой, пробыв на час дольше императрицы.
Любопытным свидетельством того, как готовился костюмированный бал, являются скупые, но очень емкие, делопроизводственные бумаги домовой канцелярии Потемкина. В «Ведомости, сколько для маскераду в Аничковом доме забрано у разных людей материалов и вещей» подробно записано, сколько товаров и на какую сумму было куплено для угощения гостей. Это сахар, «кофий», чай, «шекелад», лимоны, сливки, горчица, перец, сыр (швейцарский, пармезан, голландский), «уксус ренский», масло «парванское», хлеб «пеклеванный и французский», кренделя, масло сливочное и многое другое.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
