Анна улыбнулась и, положив ему голову, счастливо зажмурилась.
— Прости.
Инга смахнула с глаз выступившие от смеха слёзы, и залпом опрокинула стакан. Голову приятно вело, но до предела возможностей ещё далеко. Изаму начал повторять, тоже допил залпом. Ничего не говорил, но испытующе смотрел. О, нет. Не заставляйте вспоминать.
Давид сначала глянул на неё, улыбнулся уголками губ чему-то своему, а после посмотрел на него.
— Ещё налить?
— Нет, пожалуй, хватит, — Изаму сжал виски пальцами. — Завтра есть дела, поэтому я пойду. Спасибо за компанию.
Кристиан в этот момент оторвался от поцелуев с Анной. У обоих блестели глаза, а зрачки расширены.
— У нас тоже дела, — Анна убрала прядь за ухо и закусив губу, скользнула взглядом по торсу Кристиана.
— Да, очень срочные. До завтра, — он взял Анну на руки и оба вышли.
Саймон стащил с тарелки кусок сыра и грустно пожевал.
— Блин, жрать хочу, — он повернулся к Инге, — пойдёшь или в тебе ещё недостаточно бухла?
— Недостаточно.
— Понял, — он встал, сдёрнул с пояса полотенце и закинул его на плечо. — Зайду на обратном пути.
— Сама дойду, — огрызнулась в спину Инга.
Она прикрыла глаза и поднесла к губам стакан. У Давида наверняка тоже есть какие-то дела, а это значит у неё появилась минутка тишины. Блин, зря дала Крису портсигар. Может у кого из слуг найдутся сигареты? Давид и вправду поднялся, чтобы подтащить ящик с бутылками поближе.
— Раз он собрался заходить, ожидание нужно заполнить. Вино, виски или какая-то штука с травами?
— Боюсь, расстанусь с головой, если стану понижать. Как думаешь, трава легче виски?
— Чуть вкуснее, но легче вряд ли, — Давид наполнил стаканы им обоим. — Что за внезапная мрачность накатила? Вспомнила о пандах? Не хватает их тёплых объятий?
Глава 18 — Тени прошлого
— Просто вспомнила, сколько у нас проблем и как мало вариантов решений, — Инга прочесала волосы пальцами. — Панды классные, но от них нужно отдыхать.
— Да, от обилия милоты может и стошнить. — Давид сделал глоток, медленно откинулся на спинку лавочки и повернул голову к Инге. — Что до проблемы, решение одно — поднять Дани на ноги и научить пользоваться силой.
— Я собрала ему книжек про дэви. Раз поместье не превращается в каток, значит, не балуется. Другая беда — подружка Майера. Не знаю, сколько Рик сможет водить её за нос.
Давид постучал пальцами по стакану:
— Дани был не против с ней поговорить, выяснить, что она знает о порталах. Может, назначить с ней встречу в общественном месте? Чтоб она не знала, где мы.
— Чутьё подсказывает, с ней лучше не встречаться, — Инга отпила. — Но, похоже, что придётся. Силу Дани, почему-то, найти могу только я. Ни Рик, ни Барсик ничего не ощущают. Понять бы, почему сдержаться не может. Если эта женщина поможет… — она поморщилась. — У тебя бывает ощущение, что если ты сделаешь что-то, то будет… не знаю, не конец света, но схожее по масштабу? Примерно это я чувствую, когда думаю про встречу с ней. Не знаю, чего ждать. И как готовиться.
— У меня такого чувства не было. Не внушаемый, интуиция отрублена напрочь, — он осушил стакан, налил себе ещё и выпил. — А жаль. Дважды я мог спасти тех…, — Давид недоговорил и в очередной раз отхлебнул. — Неважно. Раз у тебя есть, буду полагаться на неё. Дани весь в расчётах, к такому не прислушается. Что скажешь? Не подпускать эту «подругу»?
— Не хочу сваливаться в категоричность. Может оказаться так, что она ваш единственный шанс вернуться. Будем решать проблемы по порядку. Сперва поставим Дани на ноги, попробуем научить его чему-то. Главное, чтоб суть почувствовал, дальше разобраться должен. Завтра-послезавтра попробуем. Параллельно послушаем, что эта Дезель говорит. Рик сказал она с приветом. Если выдаст что-то в духе «чтобы вернуться домой, нужно всадить каждому по железному пруту в грудину», то на хрен такая помощь.
— Ну, она не соврёт. Мы и правда вернёмся туда, откуда пришли, — Давид ухмыльнулся. — Можешь ускорить обучение Дани? Это в твоих интересах. Мы свалим и жизнь снова станет простой.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Из того, что я успела понять, в вашем мире магия и физическая сила не связаны. Здесь не так. Есть определённые программы, чтобы вернуть дэвиану боевую форму, но не думаю, что здоровье Дани позволит, — она раскрыла ладонь и над ней заплясал язычок пламени. — Чтобы делать так, я должна мыслить ясно, понимать, что и для чего. Через пару бутылок, когда речь станет невнятной и путаной создать огонь я не смогу. Всё это происходит на рефлексах, тело тоже участвует. Раз Дани не нужно было развивать физические навыки, то попав в наш «физичный» мир, он сбивается.
— Лучше с ним разговаривать. Знаю одно — он охренительно сильный. Это тоже повод научить его быстрее, если сила из-под контроля выйдет, я не могу предсказать, что произойдёт. Он на моих глазах тысяч пять противников в ледяные статуи превращал.
— Ого, — одобрительно кивнула Инга. — Мы, кстати, обсуждали… Блин, ты бы видел это лицо, когда я сказала про физические упражнения, — она посмеялась. — Показалось, он передумал лечиться. Ладно, не суть. Сперва попробуем основы. Если пятилетки справляются, Разум точно сможет.
— О, я представляю. Такое лицо он всегда делает, когда ему нужно выйти из комнаты, — Давид посмеялся. Без издёвок, скорее как добрая шутка.
Кто б мог подумать, что он так умеет?
— Всё будет хорошо, — Инга пыталась убедить то ли его, то ли себя. — Вернётесь, будете рассказывать о худшем, но интересном путешествии.
— Да ладно, раз я выпил, скажу честно — вы не так ужасны, как я говорю, — Давид потряс бутылку. — Видишь, каким мягким и открытым меня делает алкоголь.
— Кошмар, — посмеялась Инга, а после помолчала. — Анион — многогранная империя, есть хорошее, плохое, просто кошмарное. Вспомнить хоть карликов.
— Будь я трезвым, непременно б сказал, последнее преобладает. — Давид усмехнулся и качнул головой. — Но сейчас скажу другое. То, что давно должен был.
Чёрные глаза, кажется, смотрели вглубь мыслей, её самой. По спине пронёсся холодок. Сейчас он очень напоминал тень из прошлого, возможно, выпивка тому виной. Инга сдержалась, напомнив себе, что это настоящее. Давид не делал ей ничего плохого, не считая проверки нервов на прочность. Всё в порядке. Он не Карл. Просто у них лицо одного типа. Похожий нос, форма губ, ширина скул, да и Давид старше, серьёзнее.
— Я редко это говорю, но спасибо, — он улыбнулся. Мягко, без высокомерия, чем подчеркнул разницу между прошлым и настоящим. — За Дани, за Рамиреса, за то, что возишься с нами до сих пор, хотя мы приносим проблемы. Особенно семейка Рамиресов.
— Пожалуйста, — смущённо улыбнулась она. — У меня тоже есть корыстный интерес. Вы повод не возвращаться Домой к скуке и рутине. Хоть чувствую полезность того, что делаю, — Инга вздохнула и выпила. — Надо возвращаться в проходчики. Не моё это, бумажки перекладывать.
— Иди в Елховку, там столько дел и ни одного связанного с бумажками. Разве что для растопки печи, — Давид развернулся на весь корпус. — Как насчёт загадок? Просто интересно, что ты о нас всех думаешь. Кто мы вообще такие и что делаем в Ландории.
— Хм. Я поняла, что вы вроде как национальные герои, завершившие войну. Если тебе интересно, как много я знаю, то расслабься, вряд ли я смогу это использовать. Разве что придумать мелким пару сказок.
— Мне просто интересно, как далеко ты зашла в рассуждениях, — Давид чуть повернул кисть. — Вам и правда нет разницы, кто мы такие.
18.2
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Инга усмехнулась:
— Ладно. Если брать за основу войну, то каждому из вас выдали по навыку, способствующему победе. У солдат в той или иной степени они развиты, но когда ты «профи в одной области», то можешь больше среднестатистического. У Криса адаптация к возможностям противника, у тебя иммунитет к психическому воздействию. Если Дани — мозг команды, то Анна… вроде вдохновения, морального духа или около того. Могу предположить, что в случае вас это гиперболизированные качества.
