Читаем без скачивания Великий Ужас - Ольга Воскресенская

— Хорошенькое дельце, — скривилась я. — Это что ж, нам придется всю мебель и вещи там облапать?! И как ты себе это представляешь? Как мы вообще попадем во дворец, где нас только и ждут?

— Переоденемся горничными! — пришла в голову Илэр «гениальная» идея, и девушка с огромным рвением принялась претворять ее в жизнь, пока мы обсуждали другие варианты.

Раскопав в кладовых купца пару тюков с товарами, Илэр вернулась к нам в комнату жутко довольная, нагруженная ворохом тряпья и с мешком позвякивающих флаконов. Она сгрузила все это на пол, взяла парик из длинных белокурых волос и, не обращая внимания на протесты, натянула его мне на голову. Светлые пряди свесились до самого пояса, пышная челка закрыла лоб и глаза. Я раздраженно подула вверх и тряхнула головой. Парик тут же съехал набок, еще больше перекрыв мне обзор.

— Ну, мы его как-нибудь закрепим, — успокоила меня девушка. — Главное, он тебе прекрасно подходит. И сразу меняет весь твой облик.

— Ага, — ухмыляясь, подтвердил Дейкон. — Ты в нем на растрепанную кикимору стала больше похожа, чем на себя.

Илэр бросила на брата укоризненный взгляд и поправила на мне парик.

— Зато половина лица закрыта! — припечатала она. — Золия, то есть Льера, мы же не на бал идем, так что можно и потерпеть! Я сейчас еще платье с передником тебе дам.

Девушка развернулась к куче барахла на полу и извлекла из нее бледно-розовое простенькое платье и белый кружевной фартук.

— Опять! — простонала я.

Илэр подняла на меня недоуменный взгляд.

— Не хочу розовое! Я это не надену! Сколько можно?! — разошлась я. — В мире что, других цветов больше нет?!

— Так красиво же, — пробормотала себе в оправдание Илэр. — Не нервничай! Хочешь канареечно-желтое?

— За что мне это?! — простонала я, навзничь падая на софу. Парик опять съехал со своего законного места куда-то на затылок.

Дейкон нагло расхохотался и вытащил из кучи одежды на ковре малиновое платье с ненавистными мне оборочками.

— А может, это? — с невинным видом поинтересовался он.

— Придушу! — прошипела я.

— Не получится, — хмыкнул дроу.

— Попрошу Ингрема телепортировать тебя в соседнюю комнату! — пригрозила я.

— О! Это уже угроза посерьезнее, — согласился Дейкон. — Ингрем, ты не обижайся, но ваши телепорты — это нечто! Нечто такое, что простой организм, отличающийся от эльфийского, вынести не может! — уточнил он.

— Ты сначала уши спрячь, а потом бросайся такими заявлениями, — заметил ему Кейн.

— Да что все ко мне с этими ушами цепляются? — поморщился дроу. — Рогатые их уже и так чуть не открутили. Еще и вы… Садисты! Золия, я же не виноват, что у вас с моей сестрой разные вкусы. Надо было тебе самой что-то выбрать, раз решила изображать горничную.

— А что делать, — вздохнула я. — В обычном виде мне теперь даже в город высунуться нельзя. Лучше действительно замаскироваться. Хотя я бы предпочла каштановый парик и черное платье.

Но лично перерыв все кладовые запасливого купца, я была вынуждена констатировать, что его вкус во многом сходится со вкусом Илэр. Платья для продажи он закупал только кричащих расцветок, а парики вообще все оказались блондинистые! Даже рыжего для разнообразия не нашлось. Я уже и на седой была согласна! В комнату, где наша компания устроила штаб, я вернулась мрачная и злая. Если бы не выдержка, выработанная мною с помощью счета до ста, я бы уже давно сияла, как комета. Эх, расколдовать, что ли, купца и дать ему в нос? Мелочно, но оч-чень хочется!

Я бросила на софу травянисто-зеленое платье, передник, чепчик и парик какого-то ненатурального светло-пшеничного цвета. В таком облачении хоть за кадку с папоротником спрятаться можно будет. Во всяком случае, я на это очень надеялась. Все же лучше, чем сверкать аляповатым малиновым пятном на фоне солидной, умеренной окраски стен. В таком случае проще было бы повесить на себя табличку с жалобной просьбой: «Не замечайте меня, пожалуйста, я невидимка», — чем реально спрятаться.

— А я тогда в розовом! — обрадовалась Илэр.

— Тебе во дворце вообще нечего делать, — сурово свел брови к переносице Дейкон. — Ты все равно не поймешь, где там артефакт. Это Золие, то есть Льере, и Кейну надо туда идти.

— Минуточку, — спохватился Кейн. — А мне каким образом маскироваться? Я-то на горничную не потяну.

— Если хорошо подобрать платье и парик и наложить грим — потянешь, — уверенно сказала Илэр. — Хочешь малиновое?

— У-у-у! — взвыл Кейн, старательно изображая обморок, хотя прежде чем падать, не забыл убедиться, что за спиной стоит софа. Приземлился он, естественно, на выбранное мною платье.

— Эй, помнешь ведь! — возмутилась я. — Смотри, гладить сам будешь! Заодно и потренируешься исполнять обязанности горничной, — усмехнулась я.

— Может, я лучше гвардейцем переоденусь? — приподнял голову Кейн.

— Ты не находишь, что на гвардейце странно будет смотреться парик и грим? — усмехнулся Дейкон. — А без маскировки к дворцу тебе лучше и не приближаться.

— А сам-то ты как пойдешь? — поинтересовался в ответ Кейн. — Или будешь здесь прятаться? Но кто тогда предупредит слуг в замке, чтобы они нас не выдали? Да и не патриотично это.

Дейкон помрачнел, затравленно посмотрел на парики и кучу одежды и ласковым голосом сообщил:

— Золия, солнышко, а тебе зеленый цвет не идет…

— Даже не надейся, не отдам! — разгадала я его ход. — Выбирай из того, что осталось!

В итоге через пару часов по улицам Дельноры к дворцу направлялись четыре блондинки, две из которых, несмотря на усилия Илэр, выглядели, на мой взгляд, неказистыми. На Дейконе и Кейне платья болтались, как на сиротках, одетых с чужого плеча. Оба смущенно горбились, постоянно одергивали подол и раздраженно откидывали лезущие в лицо пряди волос. С их стороны то и дело слышались тяжелые вздохи. Свое преображение парни переносили плохо.

— Это издевательство! — тихо возмутился Кейн. — Просто ужас! Я в первый раз воспользовался помадой и румянами!

— Я тоже, — проворчала я. — Самой не нравится. — Мой вздох присоединился к двум другим.

Одна Илэр ничуть не переживала и сияла улыбкой, а мне даже позлорадствовать над мучениями Дейкона не хотелось! Наоборот, было жалко его, бедняжку! Чтобы я, и упустила случай сделать ему какую-нибудь гадость?! Странно все это и неправильно…

Мы старательно шарахались от каждого василиска. Интереса к нам рогатые не проявляли, зато всех замеченных черноволосых дроу подвергали немедленному тщательному сканированию мыслей.

Ингрем с нами не пошел. Он решил выбраться по тоннелям купца за город и, очутившись на просторе, телепортироваться в свои Леса, как только это станет возможным. Пригрозил, что посетит нас с Дейконом, когда рогатые покинут наши владения. Ну, вернее, он просто пообещал нас навестить. Это уже мы записали его обещание в угрозы. Мне вполне хватает лабиринта под замком, не хочу получить еще один на поверхности! Дроу тоже не лучился восторгом. Нет, мы, безусловно, были благодарны Ингрему за то, что он задержался и вытащил нас из лап Тавроса, но не могли не напрягаться при мысли о способах эльфийских благодеяний.

Вход во дворец поражал тишиной и безлюдностью. Даже гвардейцы, которым по долгу службы полагалось здесь стоять, отсутствовали. Нам не пришлось никому представляться, раскрывая истинные сущности, некому было потребовать разрешение на вход. Василиски тоже самоуверенно пренебрегли мерами безопасности, сочтя их излишними. Да и кто из местного населения в здравом уме добровольно полезет во дворец, где рогатых больше, чем деревьев в городе? На наш визит, похоже, тоже никто не рассчитывал.

Дейкон провел нас в хозяйственную часть замка, нашел главного распорядителя над слугами и быстро с ним переговорил. Дворецкий, мягко говоря, был сильно удивлен, поняв, кто перед ним. Он постоянно нервно сглатывал и кривил лицо в странных гримасах. На всякий случай я ухитрилась прочесть его мысли и поняла, что он боится не за себя в случае нашего разоблачения, а за правителя с сестрой. И еще дворецкому очень хотелось рассмеяться над видом Дейкона, но он не осмеливался. Он пообещал поддержать нас, хотя в поисках артефакта участвовать отказался. Странно будет, если дворецкий лично начнет бродить по комнатам, хотя раньше этого никогда не делал. Помочь нам советом распорядитель так и не смог. Он не заметил ничего необычного, у него не было никаких догадок насчет того, где василиски могут хранить артефакт. Ни одну комнату тщательно не охраняли от постороннего внимания, слуг для уборки и обслуживания пускали всюду без исключений, еще и подгоняли окриками, тычками и пинками. Рук у дворецкого не хватало. Многие слуги оказались нетрудоспособными вследствие травм разной тяжести. Наемники даже не старались соизмерять силу, чтобы избежать этого. Для них все обитатели дворца были расходным материалом, который легко заменить.