Читаем без скачивания Послание - Джек Керли

Гарри высадил меня перед входом, и я направился к передней двери. Войдя, я обернулся и увидел, что он остановился позади машины Барлью и выскользнул из машины с отмычкой под рубашкой.

Голова на столе для аутопсии выглядела плачевно: темная плоть свисала с нее, как наполовину отслоившаяся резиновая замазка. Клэр осторожно снимала ее с помощью сияющих инструментов. Скуилл стоял у стены, прижимая к носу три свернутые и сложенные вместе маски. Я подозреваю, что он был в морге второй или третий раз в жизни.

– Где, черт побери, этот Наутилус? – спросил Скуилл, и даже слои маски не могли скрыть его раздражения.

– Он заскочил в туалет, капитан.

Скуилл выглядел раздосадованным, но я не могу сказать, было это связано с запаздыванием Гарри или со зловонием, исходившим от разложившейся головы. Барлью был невозмутим, и его челюсти крушили очередной клочок бумаги.

– Это определенно голова Питера Дэшампса, – сказала Клэр, поднимая на свет рентгеновский снимок. – Картина совпадает с записями от стоматолога.

– Имеются на голове следы повреждения, доктор? – спросил я.

Она поморщилась.

– Она находится здесь менее часа, Райдер. Могу сказать, что я обнаружила отверстие в теменной части, по размеру соответствующее входному отверстию пули калибра.22 или.25. Выходное отверстие отсутствует, и если только пуля не вылетела через ухо или ноздрю, что тоже случается, хотя и редко, то готова поспорить, что она находится внутри.

– Она тарахтит, как маракас? – спросил Гарри, появляясь в дверях. Запах ударил ему в нос, и он полез за носовым платком. Потом подмигнул мне. Он стянул папку.

– Нет, детектив, не тарахтит.

– А можно увидеть другие повреждения или признаки нападения? – спросил я. – Я имею в виду, если у вас будет достаточно времени, чтобы осмотреть ее, доктор Пелтье. Следы ударов, например?

– Я еще раз подчеркиваю, что мы только что начали. Но прямо сейчас все выглядит так, будто голову просто отделили и выбросили.

– Не очень-то он обрадуется, обнаружив, что папки нет, – рискнул предположить я. На этот раз я сидел на переднем сиденье, слишком переполненный адреналином, чтобы растянуться сзади.

Поскольку ничего грандиозного в морге обнаружено не было, Скуилл распустил войска. Мы с Гарри возобновили удаленную слежку за Барлью. Мы держались от него на расстоянии трех четвертей квартала, позади других машин. Гарри сказал:

– Он сунул эту штуку далеко под сиденье. И не полезет за ней, пока не доедет до места назначения. До дома, судя по всему.

Барлью притормозил и повернул на улицу, где жил. Аккуратный среднего размера двухэтажный особнячок, построенный в пятидесятые годы, стоял в тени высоких деревьев. Зеленые лужайки были хорошо политы. Седая женщина прогуливала лоснящегося ретривера. Все было красиво, как кадр из фильма, – просто диснеевская улица. Пока Гарри не выяснил адрес Барлью, я считал, что он живет в каком-нибудь грязном домишке вроде ранчо в одном из полубандитских пригородов, построенных в пятидесятые. Или в пещере.

Гарри выполнил короткий разворот, и мы остановились, не доезжая до дома Барлью.

– Встань где-нибудь в сторонке, – сказал я, – и давай взглянем, что за рыбку мы поймали.

Мы припарковались в двух кварталах оттуда за начальной школой. Я надел перчатки и вынул пачку бумаг и конверт двадцать на двадцать пять сантиметров. Я просмотрел бумаги, нашел страничку, вырванную из отдела личных объявлений «НьюсБит», и прочел ее вслух:

– Эффектный мужчина ищет любящего друга – ОБМ, двадцать два, бисексуал, надежный. Голубые глаза, темно-каштановые волосы, очень привлекательной внешности, мускулистый, плотное телосложение, прекрасная улыбка, может быть тихим или диким, действовать традиционно или экспериментировать, любит путешествовать и является прекрасным компаньоном. Ищет мужчину постарше, утонченного и щедрого…

– Объявление Нельсона, – сказал Гарри. – Щедрого? Это означает именно то, что я подумал, Карсон? Подбрось немного денег и доберешься до меда?

Я кивнул и принялся читать дальше, там было еще несколько красочных описаний и требование прислать фото.

– Есть что-нибудь, напоминающее объявление Каттера? – спросил Гарри. – Или что-нибудь от Лосидор?

Я нашел еще одно объявление, очень похожее на первое, но адресованное женщинам. Оба письма были неотразимы, и я подумал, что Нельсон, немного потренировавшись, вполне мог бы зарабатывать написанием подобных текстов.

Но, похоже, это все, что имело отношение к нашему делу. Больше ничего интересного, как будто это была просто пачка разных бланков, скрепленных вместе для удобства хранения. Я отложил бумаги в сторону и открыл конверт.

– Держу пари, там снимки Нельсона, – сказал Гарри. – Улыбается для публики.

Из конверта вывалилась кипа фотографий и коробочка с негативами. Я посмотрел на фото. Потом на другое. И стал тасовать их, как игральные карты.

– Блин… – сказал я, протягивая их Гарри.

Он просмотрел несколько штук, потом отбросил их в сторону.

– Толстые пачки, полные тачки, – согласился он.

Глава 25

– Это тяжело… – сказал Зейн Пелтье. Он сидел на красном бархатном диване, уставившись в восточный ковер на полу. Фотографии лежали перед ним в файле на стеклянном столике лицевой стороной вниз. Гарри сидел на круглом стульчике перед фортепьяно, а за его спиной поблескивал черный «стейнвей». Я стоял, опираясь на высокую спинку витиеватого стула в стиле Луи какого-то там. Всю жизнь я путаю этих Луи по номерам.

Клэр сидела в кресле с широкой мягкой спинкой сбоку от мужа. Зейн поднял на нее влажные глаза. Она смотрела в сторону. Их дом был расположен на восточном берегу бухты Мобил, в Дафне, на высоком утесе с видом на залив. Дом Пелтье представлял собой удивительное сочетание колонн, арок и высоких разукрашенных потолков. Хрустальные люстры здесь смотрелись как норма, и свет из высоких окон играл на бесконечных гранях свисающих подвесок. Меблировка полностью соответствовала обстановке: великолепный рояль, огромные гардеробы, буфеты из редких пород деревьев с мраморным верхом. На пюпитрах, расположенных на высоте глаз, красовались картины импрессионистов. Белоснежный ковер лежал на полу так идеально, что, казалось, был вылит туда, а не уложен. И все же, несмотря на обилие предметов и эффектов, я не заметил единства обстановки, не было ощущения того, что здесь живут два человеческих существа, и почти не чувствовалось наличие жизни вообще. Единственный намек на живую искру исходил от кроссовок для бега, стоявших под шезлонгом. Женских кроссовок.

Дело шло к вечеру – время, когда влага, испарившаяся б заливе, движется к земле и оседает здесь. Это слепые дожди: с восточной стороны светит солнце, а с западной падают тяжелые крупные капли. Через вытянутое, как в соборе, окно я видел протянувшуюся до горизонта густую облачность и дождевые тучи с провисшими, словно беременными, животами. Между облаками кое-где видны были прожилки синего неба, почти незаметные, пока не окажутся прямо над головой. Гарри поерзал на табурете перед роялем. Я прокашлялся и обратился к Зейну:

– Вы вели всю бумажную работу, – сказал я.

Зейн смотрел слезящимися глазами на свои блестящие черные туфли.

– Я бизнесмен, а Клэр доктор.

– Но организовывали все вы.

– Она время от времени оценивала оборудование для производителей. Я предложил, чтобы она превратила это дело в настоящий бизнес, с налогами и всем прочим. Бей-сайд Консалтинг.

Я взглянул на Клэр. Лицо у нее было каменным, и я просто не мог представить, что за ним скрывается. Мы пришли поговорить с Зейном, но тут появилась Клэр и выхватила папку. Она посмотрела три фотографии, – этого ей оказалось вполне достаточно, чтобы представить общую картину, – после чего молча протянула их мужу.

Это было десять очень долгих минут назад.

– Увидев тело Нельсона в морге, вы были шокированы, потому что узнали его, – сказал я.

– Его руки. Его кожа. Его… – Зейн закрыл лицо руками. Его ногти сияли, как чешуйки слюды. Он носил небольшое обручальное кольцо и еще одно серебряное, побольше, на мизинце. Клэр вздрогнула и отвела глаза в сторону.

– Когда вам нужно было прикрыть поездку в Билокси, – сказал я, – вы оплатили ее от компании «Бейсайд».

Клэр никогда не заглядывает в бумаги.

Он потер переносицу.

– Когда приходит время платить налоги, она подписывает пару бланков.

– Вы познакомились с Нельсоном через «НьюсБит»?

– Однажды я просматривал эту газету. И увидел объявление… – Он посмотрел на Клэр. – Я хотел просто поговорить с кем-нибудь, только поговорить.

Руки Клэр начали дрожать, но это быстро прекратилось. Зейн продолжал:

– Мы с ним встретились, и вот тогда все и началось. Это было… я не знаю…

– Вы не имеете отношения к его смерти, не так ли? – спросил я.