когда членов экипажа не проверяли на благонадежность, а пассажиров при посадке не идентифицировали, это была поразительно эффективная тактика: несмотря на все старания, в период с 1921 по 1929 год жертвами таких пиратов стали пассажиры почти тридцати судов{395}. После каждой успешной операции грабители просто уходили в китайские территориальные воды, чтобы избежать британского морского патруля. Как и их предшественники, эти пираты демонстрировали восхитительную способность в полной мере использовать лазейки в неуклюжих колониальных соглашениях, где разница возможностей и интересов Великобритании и Китая создавала для пиратства особенно благоприятные условия.
Сегодня потенциальные члены экипажа должны проходить проверку, а пассажиры, прежде чем попасть на борт, предоставляют паспорта или удостоверения личности, по крайней мере в теории. И все же шансы на то, что пираты — или, как в данном случае, террористы — смогут пробраться на корабль незамеченными и без особых проблем, остаются. На практике далеко не все судоходные линии соблюдают меры предосторожности должным образом: основательная проверка экипажа занимает много времени, а тщательный контроль пассажиров может привести к задержке рейса, не говоря уже о том, что удостоверения личности и паспорта могут быть фальшивыми.
Пираты или просто случайные преступники, проникающие на борт незамеченными либо под каким-либо предлогом, либо по фальшивым документам с целью совершить так называемую «кражу на якоре», — серьезная угроза для неосторожных яхтсменов, многие из которых не относятся к пиратству с должной серьезностью. Известны случаи пиратских налетов на яхты, когда преступниками оказывались наемные матросы или арендаторы, фрахтовавшие борт, — они использовали доступ к судну, чтобы захватить его владельцев и либо связать их, либо сразу убить. В Карибском море подобные нападения совершаются ради приобретения подходящей яхты для контрабанды наркотиков в США. В некоторых случаях захваченные суда пропадают навсегда. Немецкий шлюп Nordstern IV вместе со своим экипажем из двух человек и четырьмя пассажирами таинственным образом исчез после того, как 18 марта 1977 года покинул Антигуа в ходе трансатлантического плавания в Лиссабон. Некоторые подозрения вызывает то, что владелец шлюпа, гражданин Германии, имел много долгов и знал, что его судно по прибытии в Португалию будет арестовано властями. Прошло более четырех десятилетий, а вокруг этого дела по-прежнему много споров и слухов. Спустя двадцать пять лет после инцидента один из экспертов предложил следующее объяснение: «Nordstern IV могли использовать в качестве быстроходного курьерского судна для перевозки наркотиков из Колумбии в США — это было время разгула контрабандистов. Я считаю, что шлюп угнали пираты, а экипаж был ликвидирован»{396}.
Список угроз для яхт и яхтсменов не исчерпывается наркоторговлей. На борт пришвартованных частных судов в маленьких гаванях с символической охраной или в бухтах, где она и вовсе отсутствует, нередко проникают преступники, которые просто пользуются предоставившейся возможностью. Так, в начале марта 2016 года вооруженные люди в масках побывали на двух яхтах, принадлежавших гражданам Германии и стоявших на якоре в заливе Валлилабу у острова Сент-Винсент[44]; в один и тот же день были совершены две не связанные между собой «кражи на якоре». На первом судне был застрелен его владелец, Мартин Грифф, а на втором — получил пулю в плечо Рейнхольд Зеллер. Неясно, действовала ли в этих двух инцидентах одна та же банда и оказывали ли жертвы сопротивление{397}.
Сент-Винсент не единственное место в Карибском море, где необходима бдительность; яхтсменам рекомендуется проявлять осторожность во всем Карибском бассейне. «Некоторые зоны абсолютно безопасны. В других же люди могут попасть в серьезную беду»{398}. Печально известна подобными нападениями и Амазонка. Седьмого декабря 2001 года знаменитый чемпион мира по парусному спорту новозеландского происхождения сэр Питер Блейк получил смертельное ранение на борту своей яхты Seamaster, пытаясь защититься от семи или восьми вооруженных речных пиратов, которые незаметно пробрались на борт около 10 часов вечера{399}. А совсем недавно, 13 сентября 2017 года на берегу реки Солимойнс (так называют верховья Амазонки до ее слияния с Риу-Негру) погибла британская байдарочница Эмма Келти — предположительно от рук речных пиратов. За день до нападения она опубликовала в соцсетях пугающее сообщение: «Прошла поворот (реки) и увидела 50 парней в моторных лодках, со стрелами!.. Ладно, 30 парней… но в любом случае… как-то много людей в лодках, со стрелами и винтовками для одного места»{400}. Согласно ее собственным постам, Келти, опытная байдарочница и искательница приключений, получила предупреждение о том, что на этом участке возможны нападения пиратов, по крайней мере за три дня до смертоносного нападения, но, похоже, она не придала этому значения: «Мою лодку украдут, а меня убьют. Мило»{401}.
Беззаботная атмосфера отдыха в Карибском море и захватывающая красота Амазонки немало способствуют недооценке этих мест как зон повышенного риска пиратства. Лишь некоторые инциденты освещаются в западных СМИ, поэтому неудивительно, что яхтсмены забывают о мерах предосторожности, и порой это приводит к непоправимым последствиям. Такое непонимание опасности, судя по всему, относится и к тем яхтсменам, которые отправляются в Южно-Китайское море, Малаккский пролив или Аравийское море, то есть в самые известные на сегодняшний день очаги пиратства. Рассказывают, что, даже когда яхтсмены знали об угрозе, они считали, будто пираты не тронут их, поскольку на их лодках не было никаких ценностей или крупных денежных сумм, да и вообще, как добавляли некоторые, лодки были их единственным достоянием. Однако молодым пиратам из Сомали, Нигерии и Индонезии картина видится иначе: сама идея отправиться в развлекательное плавание по миру на собственном судне для них — свидетельство большого, очень большого богатства, и это превращает яхты и их экипаж в крайне соблазнительную цель.
Шок и трепет сегодня
При всех новшествах, связанных с неуклонным развитием технологий, одна непреложная для моряков и пиратов истина остается неизменной: необходимо обнаружить подходящую жертву, чтобы атаковать и захватить ее, прежде чем она ускользнет или — с помощью радиотелеграфных систем или азбуки Морзе (со второй половины XIX века до конца XX века), радио (начиная со второй половины ХХ века) и спутниковых телефонов (в наши дни) — экстренно свяжется с властями, которые окажут ей помощь. Так что современные пираты, как и их предшественники, по-прежнему отдают предпочтение заводям, маленьким бухтам и скалистым мысам, и по той же причине: такие места позволяют им прятаться в засаде, внезапно появляться и нападать прежде, чем облюбованное судно успеет отреагировать — умчаться прочь или позвать на помощь. Вплоть до начала Второй мировой войны греческие острова в Эгейском море, на которых скрывались такие корсары, как Алонсо де Контрерас, служили укрытием для немногих уцелевших греческих и левантийских пиратов. В восточных водах некоторые места по сей день весьма популярны среди пиратов — это острова Южно-Китайского моря и Малаккский пролив, один из самых
