Но беседа внезапно прервалась истошным воплем Вероники. Мы с Костей рванули в гостиную и застали Веронику в кресле, в котором она теперь стояла и в ужасе смотрела на пол. По гостиной на четвереньках ходили финны и мычали.
– Откуда они появились? – спросил Костя.
– Из-за дивана, – показала рукой Вероника и стала присматриваться к четвероногим гомо сапиенсам. – Я их знаю, – сказала наконец. – Их мы тоже искали, как и тебя, Абдулла.
– Вероятно, о делах вы с ними сможете поговорить только в России или Финляндии, – заметил Костя.
– Или когда водка кончится, – добавил Абдулла и кивнул на ящик, привезенный сегодня из супермаркета.
– Я умею протрезвлять мужиков, – заявила Вероника. – И от водки я их отлучу. Завтра. Решим проблему с Васькой – займемся финнами. Будут у меня как огурчики. Ладно, поехали Ваську пугать. План есть какой-нибудь?
– Будем действовать по обстоятельствам, – сказал Костя, который вообще-то представлял государственные органы и явно понимал, что проникновение в чужой дом незаконно. – Абдулла, кем ты хочешь быть, быком или медведем?
Абдулла выбрал бычью голову, так как в их стране медведей не водится и он их видел только на фотографиях и по телевизору.
– А в зоопарке? – спросила я.
– Я не хожу по зоопаркам, о несравненная Катя Левченко, – ответил арабский шейх. – А вот на корриде был. И коровы с быками у нас есть.
Правда, когда Абдулла примерил бычью голову, мне показалось, что это скорее голова какой-то нечисти, чудовища из потустороннего мира.
– Так, погоди-ка! – воскликнула Вероника, приглядевшись, потом подошла к Абдулле и что-то сделала с маской.
Загорелись красные глаза! Цвет был жуткий, мигал в раздражающем ритме, и мне стало как-то не по себе. Вероника пояснила, что специальные лампочки включаются сбоку, и показала Абдулле как, чтобы он мог это сделать сам. Вероника рассказала, что у ее ребенка была маска какого-то инопланетного существа с подобной зеленой подсветкой.
Костя предложил идти пешком. А то где оставлять машину?
И он оказался прав еще и потому, что на подъездной дороге к дому Василия валялся очередной камень с надписью «Налево пойдешь?», но нарисованная на нем стрелка почему-то указывала направо (на дом Василия). Интересно, кто-то из проходивших или проезжавших мимо граждан завернул по приглашению?
Глава 24
Дом стоял, погруженный во мрак.
– Надеваем маски, – шепотом приказал Костя. – Только ничего пока не включай, Абдулла.
– Фонарик у тебя есть? – вспомнила Вероника.
– Есть, – кивнул Костя.
Я подозревала, что у него еще много чего с собой есть, но промолчала. В руках Костя ничего не нес. Но, наверное, у него было много карманов. Я вспомнила про мобильный и на всякий случай выключила его, хотя он тут и находился вне зоны.
Дверь оказалась заперта, Вероника спросила Костю про отмычки, он покачал головой и предложил осматривать окна. Как показала практика, они тут не везде хорошо закрыты. Но мы нашли черный ход, расположенный с другого торца, который почему-то не заперли. К нему была протоптана дорожка, правда, уже немного заметенная, но было маловероятно, что сюда пожалуют воры.
Мы все уже были в масках. Шли в них по улице. В новогоднюю ночь масками никого не удивишь. Правда, мы никого не встретили по пути. Похоже, что и дом пустовал. Интересно, Василий Токлеус и Лена-Гюльчатай все еще на курорте? Может, празднуют где-то в гостях? Или сидят в ресторане, танцуют на дискотеке?..
Меня в этот дом заносили в бесчувственном состоянии, выходила я из него с другой стороны, поэтому часть, прилегающую к черному ходу, не видела вообще. Кругом стояла тишина. Костя включил фонарик.
Мы осмотрели первый этаж, оформленный «под старину». Наверное, замок был одним из оставшихся в этих местах со старых времен. Владимир Станиславович говорил, что в округе имеются замки возрастом по несколько веков. Их, конечно, периодически реставрируют, но стараются сохранить дух того времени, когда они были возведены. Сносить подобные строения запрещено. Это только в Петербурге можно уничтожить свыше ста исторических зданий – и вроде так оно и надо. В других странах за подобное чиновники не только бы должностей лишились, но и на долгие сроки отправились бы на нары.
Единственное, что я бы изменила в этом замке, – это провела отопление. Или оно тут есть и включается по желанию, а в остальное время тепло экономят? Во многих странах обогрев постоянно не работает. Но сейчас даже в зимней одежде было холодно. Возможно, в старину каждый день топили печи и камины, и с утра до вечера, но теперь это явно не делалось – хотя бы из-за недостатка дров. В этой стране активно защищают зеленые насаждения, и никакому чиновнику не придет в голову давать разрешение на вырубку парка и сада, чтобы какая-нибудь строительная фирма возвела очередной бетонный монстр. Дрова есть, но они очень дорогие. Углем камин топить не будешь. По большей части дома в Европе отапливают газом. Камин держат как элемент интерьера. Иногда в нем устанавливают муляжи с электрической подсветкой. Если сидишь не у самого камина, то кажется, что горит настоящий огонь. Владимир Станиславович также как-то рассказывал мне, что видел в продаже в Англии некие бруски – специально для каминов. В ряде европейских стран уже организовано производство таких брусков из отходов деревообрабатывающей промышленности, которые закупают у нас по дешевке. Их прессуют по специальной технологии, они ровные и гладкие и разных размеров. Вероятно, при производстве используются еще какие-то отходы.
Правда, когда я сама находилась в этом доме в предыдущий раз, Василий топил камин настоящими дровами. Но он же наш человек, пусть и греческого происхождения. Вполне мог где-то срубить дерево на дрова. Хотя они сейчас влажные стоят… Но, может, нашел?
– Костя, а в этой стране дрова купить можно? – спросила я. – Или баснословно дорого?
– А ты в супермаркете не обратила внимания? – удивился он.
Я покачала головой.
– Упаковка шесть килограммов. Я их в нескольких европейских странах видел. И специальный уголь продают для каминов.
– И у нас продают, – вставила Вероника. – В дорогих супермаркетах. В магазинах экономкласса не найдете. А вообще я обалдела, когда впервые увидела. Причем у нас три килограмма угля дороже, чем шесть килограммов березовых дров. В Европе наоборот. И дороже совсем не в два раза.
На первом этаже мы никого не обнаружили. Вход в подвал имелся на кухне, и Костя даже туда слазал с фонариком. Вернувшись, объявил, что увидел там только какие-то пустые полки, хлам и толстый слой пыли. То есть под этим домом точно никого не держали. В соседнем с кухней помещении стоял огромный бойлер. Видимо, дом обогревался с его помощью.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
