— Можешь занять кровать, — предложил он. — Я лягу на диване.
— Послушай, ты не обязан. Ты же не можешь сделать меня еще раз беременной или типа того.
Не похоже, чтобы ее слова его обрадовали.
Кассандра сократила расстояние между ними и взяла его за руку.
— Пошли, Здоровяк. Нет необходимости втискивать это чрезвычайно высокое тело в маленький диван, когда тебя ждет прекрасная большая кровать.
— Я раньше никогда не спал с женщиной.
Она выгнула бровь в ответ.
— Чтобы спать, — пояснил он. — Я никогда не проводил ночь ни с одной.
— Ни разу?
Он покачал головой.
Черт возьми, а они похожи намного больше, чем она могла себе представить.
— Ну что же, ты еще не слишком стар для нового опыта. Ну, может быть, ты и стар, но в большинстве случаев это утверждение верно.
Его хмурый взгляд помрачнел до знакомого выражения.
— Тебе всё шутки шутить?
— Нет, — честно призналась она, подводя его к кровати. — Однако юмор помогает мне справляться с ужасами моей жизни. В смысле, какого черта! Тут или плачь, или смейся, да только слезы отнимают слишком много сил, которые мне нужны, чтобы пережить день, понимаешь?
Она отпустила его, чтобы заплести волосы.
Вульф удержал ее руки своими, не позволяя закончить косу.
— Мне не нравится, когда ты так делаешь Девушка проглотила комок в горле, вызванный голодным взглядом его полночных глаз. Она испытала странное ощущение дежа вю, находясь здесь, в этой комнате, когда на его лице было это выражение. Хотя Кассандре и не следовало поддаваться этому чувству, тем не менее, ей нравилось видеть огонь в его темном взгляде. Нравилось ощущение его рук на ее руках.
Или еще лучше, ощущение его рук на ее теле…
Вульф понимал, что он не имеет права быть с ней, не имеет права делить с ней постель или что-то еще, и все же не мог удержаться.
Ему хотелось прикоснуться к ее коже, на этот раз по-настоящему. Хотелось, чтобы ее ноги обернулись вокруг него, пока он не успокоит свое истомившееся сердце в жаре ее тела.
Не вздумай.
Приказ был так отчетлив, что он почти последовал ему, но Вульф Трюггвасон никогда не прислушивался к приказам.
Даже своим собственным.
Он приподнял голову Кассандры так, чтобы иметь возможность видеть страстный огонь в ее зеленых глазах. Он опалял Вульфа. Ее губы приоткрылись, приглашая.
Сильные пальцы скользнули по линии ее нижней челюсти, пока он не зарылся ими в ее рыжевато-белокурые волосы. Тогда он прижался к ее губам. На вкус она была сама нежность.
Девушка притянула его ближе к себе, жадно и требовательно пробежалась руками по мускулистой спине. Его тело вспыхнуло, плоть мгновенно затвердела.
Застонав, он сгреб Кассандру в объятия. К его удивлению, она обвила ногами его талию.
Ее реакция заставила Вульфа смеяться, даже, несмотря на обжигающий жар его тела. Ее сокровенное местечко было прижато к его паху, давая ему полное представление о том, насколько эта ее часть была близка к нему.
Глаза Кассандры потемнели от страсти, она рывком стащила с него футболку через голову.
— Проголодалась, виллкат? — пробормотал он ей в губы.
— Да, — выдохнула девушка к его удовольствию.
Вульф уложил ее на кровать. Она протянула руку между их телами и расстегнула его брюки. Низкое рычание зародилось глубоко в его горле в тот миг, когда ее ищущая рука пробралась вниз и прикоснулась к нему. Ощущение нежных пальчиков ласкающих его плоть, сотрясло каждую клеточку его тела. Она даже запомнила, какие прикосновения он любит. Какие ласки.
Он едва не расплакался от чуда, которое она творила с ним. Возможно, стоило взять в любовницы девушку-Аполлита или оборотня еще несколько веков назад.
Нет, подумал он, зарываясь губами в основание стройной колонны ее шеи и вдыхая аромат роз. Они не были бы Кассандрой, а в этом случае им также не хватало бы того, в чем он нуждался.
Что-то в этой женщине импонировало ему. Заставляло его гореть так, как он никогда раньше не мог.
Только ради нее он мог бы нарушить кодекс, запрещавший брать в свою постель девушек-Аполлитов.
Кассандра подняла руки, и Вульф стянул с нее футболку через голову. Ощущение его жаркого обнаженного тела, прижимающегося к ней, заставило девушку застонать от удовольствия. Вся эта восхитительная мужская кожа была божественным пиршеством для ее глаз.
Он провел костяшками пальцев по ее грудям, заставляя их напрячься и заныть. Взял правую грудь и принялся так смаковать ее, что сердце девушки неистово забилось. Его язык легко и нежно порхал вперед и назад. Ее живот трепетал от непередаваемого удовольствия, которое он дарил ей.
Затем он поцелуями выложил дорожку вниз по ее животу. Он остановился, пощипывая губами ее выступающую тазовую косточку, пока его руки стягивали с нее спортивные брюки.
Кассандра приподняла бедра, чтобы он мог полностью их снять. Вульф кинул одежду на пол, затем руками широко развел ее ноги.
Она уставилась на него в нетерпеливом ожидании, пока он смотрел на самую интимную часть ее тела. Он выглядел алчущим и диким. Собственником. От его вида по телу девушки прокатывались электрические волны.
Кассандра зашипела, когда он провел пальцами по нежной расселине сверху вниз. Его прикосновение дразнило и возбуждало ее. Оно было божественным, успокаивающим и провоцирующим одновременно.
Вульф наблюдал за удовольствием, отразившимся на ее лице, когда она скользила по его руке. Он наслаждался тем, как она отвечала ему. Ее абсолютной открытостью и незащищенностью.
Взобравшись на кровать, он вытянулся всем телом на Кассандре, потом перекатился вместе с ней. Она обернулась своим телом вокруг него, пока они жадно целовались. Их тела скользили друг по другу в чувственной гармонии, от которой он воспламенялся еще сильнее. Вульф сел, держа ее на коленях. Девушка обвила ногами его торс, лаская его голову, запутавшись пальцами в его волосах.
Он по-настоящему испугался того, что почувствовал, когда она приподнялась и приняла его в свое тело. Кассандра исступленно двигалась на нем, ее тело выжимало из него все соки, в то время как она брала то, в чем нуждалась, и отдавала ему то, что он требовал.
Он не хотел ее отпускать. Не хотел когда-либо снова покидать эту постель.
В экстазе от того, что Вульф действительно находился внутри нее, Кассандра закусила губу. Он был такой твердый и большой. Во плоти он ощущался даже лучше, чем в ее снах.
Легкие волоски на его груди дразнили ее чувствительные груди, когда он взял ее под ягодицы и подстегнул ее движения. Она неотрывно смотрела в его глаза, потемневшие от страсти.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
