семейном собрании в его кабинете. — Если убийцу будут пытать наши люди, он наверняка сознается в том, кто на самом деле его нанял и велел солгать.
— Ты ещё слишком мало знаешь и практически ничего не понимаешь о жизни, — тяжело вздохнул Виктор, мельком взглянув на сына. Несмотря на то, что его сердце всё ещё грохотало в груди, он наконец нашёл в себе силы упасть в кресло, чтобы перевести дух. — К сожалению, пытками в нашем мире можно решить далеко не всё. Александр не пошёл бы на это, если бы была хоть малейшая вероятность того, что его человек в конечном итоге сломается и проговорится. Раз он в нём настолько уверен, значит, на то есть довольно веские причины.
— А что если вытащить из него правду с помощью ментальной магии? — Продолжил рассуждать Сергей. — Думаю, вам, отец удастся получить разрешение.
— Ничего не выйдет, — уверенно заявил глава семьи. — На памяти наёмника стоит защита уровня архимага. Чтобы её разрушить другому архимагу придётся потратить ни один месяц, и то не факт, что получится. В любом случае, у нас нет столько времени.
— И что же в таком случае делать? — Лариса, которую отец срочно вызвал из академии, поинтересовалась со следами явной паники на лице. — Неужели это конец?
— Нет. Ещё нет, — покачал головой Виктор, в первую очередь пытаясь убедить в этом самого себя. — Нужно найти способ доказать знати и, главное, императору, что слова этой черни в тюрьме безосновательны и на них не стоит обращать внимание. Как вариант, указать им на его внешность и напомнить о том, что выходцы из Нагуры не заслуживают доверия. Но самое главное: у всех нас должна быть одна согласованная история, — Виктор окинул свою семью многозначительным взглядом. — Кто бы и что бы у нас не спросил, мы должны отвечать одинаково. В особенности это касается Виктории. К слову… Где она всё ещё шляется?! — не выдержав внутреннего напряжения, Виктор вновь перешёл на повышенный тон.
— У неё свидание с наследником Нестерова, помнишь? — ответила Светлана спокойным и тихим голосом, очевидно стараясь не рассердить мужа ещё сильнее. — Как только Виктория вернётся в академию, её тотчас доставят сюда. Я отправила твоего личного дворецкого. Надеюсь, ты не против этого.
— Нет, — задумчиво произнёс Виктор, сокрушаясь от того, что забыл о столь важном моменте. — Ты правильно сделала, что не стала выдёргивать её с прогулки. Сейчас поддержка рода Нестеровых нам нужна как никогда раньше. Хорошо, если от Виктории наконец хоть какой-то толк будет.
Только сейчас Виктор заметил, как сильно изменилось лицо Ларисы при упоминании о сестре: в мгновение ока оно стало в два раза белее, чем было до этого. Одновременно с тем глаза дочери слегка расширились; дыхание стало прерывистым, в основном через слегка приоткрытый рот; а по виску медленно скатилась капля холодного пота, отлично демонстрирующая тот спектр неприятных эмоций, который Лариса сейчас испытывала. Пожалуй, Виктор подумал бы, что это банальная ревность к сыну герцога, если бы не одно «но»: лица Сергея и Светы изменились примерно так же. Понять, о чём именно все они думали, не составило большого труда. Поэтому, нервно хмыкнув, Виктор спросил с улыбкой, чем-то напоминавшей оскал:
— Я так понимаю, у вас есть ко мне парочка вопросов? Ну так спрашивайте, — подать голос никто не решился, и Виктор продолжил. — Вы ведь хотите знать, не было ли это правдой? Боитесь того, что я действительно организовал покушение на свою дочь? Что я и вправду попытался убить её ради своих интересов?! А может, вы страшитесь, что вас ждёт та же участь, если вы в чём-то провинитесь?! Так? — пристальным взглядом он прошёлся по каждому из присутствующих, после чего тяжело вздохнул. — Честное слово, я был о вас лучшего мнения.
— Виктор, я… мы так не думаем, — наконец возразила ему Светлана. — Мы лишь беспокоимся о том, что на Викторию столько всего свалилось, а ведь она только недавно пришла в себя и…
— Очень на это надеюсь, — перебил её муж. — Вы должны знать, что я никогда не наврежу своей семье. Вы — моя плоть и кровь, моё будущее и наследие. Я могу быть вами недоволен, могу быть строг к вам, но всё это лишь ради того, чтобы однажды мои дети стали достойны не только имени Шереметьевых, но и императорской короны. Какой бы проблемной и непутёвой не была Виктория, она всё ещё моя дочь! И я никогда не пожелал бы ей смерти! — интонационно выделил он конец своей воспитательной речи.
— Это радует, — вдруг услышал он знакомый голос со стороны двери. — Приятно, когда твоя семья не хочет твоей смерти.
Виктория с распущенными волосами и довольной улыбкой стояла у распахнутой настежь двери, одетая в синее свободное платье. Она с любопытством рассматривала собравшихся, как будто думая о чём-то своём. Медленно переводила взгляд с матери, брата и сестры, сидящих на диване у дальней стены, на Виктора в кресле за столом, и обратно. Его дочь была настолько поглощена этим делом, что даже не подумала сделать приветственный реверанс перед отцом. И что вообще творится у неё в голове? После разборок с сыном Александра, Виктор перестал считать Викторию совсем уж бесполезной. Вот только для того, чтобы он окончательно изменил мнение о ней в лучшую сторону, ей нужно было ещё постараться.
— Виктория, что ты такое говори… — после того, как дворецкий закрыл двери с внешней стороны, Света бросилась к дочери, однако тут же и отстранилась, сморщив носик от неприятного запаха. — Перегар? Ты пила?
— Да, — не стала отрицать Вика. — Сын герцога решил угостить меня семейным напитком, и отказывать было невежливо. Но не волнуйтесь, я в порядке и способна трезво мыслить. Незачем тратить время на визит в медпункт. По дороге меня ввели в курс дела, и как я понимаю, у нас есть дела намного важнее.
— Как прошло свидание с наследником Нестерова? Надеюсь, ты ничего не натворила? — Виктору не понравился дерзкий тон дочери, однако он решил пока на него не реагировать.
— Нет, всё отлично, — вызывающе улыбнулась ему Виктория. — Мне удалось наладить с сыном герцога тесный контакт. Кроме того, уважаемый Никита пригласил меня и сестру на приём в свою резиденцию на следующей неделе.
