Полтавская победа и утверждение России на берегах Балтийского моря создали предпосылки для появления новых проектов «американской коммерции» и организации русских торговых факторий в Южной Америке. Они шли из Англии, Голландии, Германии, Швеции, Испании, а также составлялись русскими авторами — Ф. С. Салтыковым, И. К. Кирилловым, М. Г Головкиным и др.
Среди них необходимо отметить проект английского купца Руперта Бека «Об учреждении в Западной Индии коммерции», который был связан с так называемым «курляндским наследством» в Южной Америке. Юрисдикция этого дела заключалась в том, что остров Тобаго с середины XVIII в. являлся колониальным владением курляндских герцогов. В связи с намечавшимся браком курляндского герцога Фридриха-Вильгельма с племянницей Петра Анной Ивановной, некоторые иностранцы, находившиеся на русской службе, «решились поддерживать у царя убеждения, что он имеет право на остров Тобаго в Вест-Индии». Основываясь на этом, Руперт Бек и предлагал Петру организовать на острове Тобаго центр русской торговли в Америке.
Но еще большей радикальностью отличался проект голландского пастора Абдиаса Гаттинга, призывавшего царя довершить колониальный раздел Южной Америки. Автор указывал, что многие территории этого континента «по се число не от какого европейского короля не завоеваны, и в тех землях находятся многие драгоценные товары, яко сахар, кока, кошениль, индиго, табак, кожи, свинец, олово, селитра, ртуть. А особливо зело богатые мины (рудники. — В. Б.) золотые и серебряные, такоже золотой песок в земле, а во многих реках жемчужная ловля». По мнению Гаттинга, завоевание этих земель не представляет особой сложности, если «надлежащая европейская армия туда прибудет». Десять русских кораблей и 12 тыс. солдат будет вполне достаточно для успешного осуществления этой операции.
Все эти колониальные проекты были, однако, отвергнуты русским правительством. Петр, конечно, не мог не увидеть за их внешней привлекательностью те огромные практические трудности и политические преграды, стоявшие на пути их реализации. Авантюристическим идеям «русского утверждения» в Южной Америке Петр противопоставил реалистичный план изучения и освоения русскими людьми северо-восточных районов Америки. «Не будем ли мы в исследовании такого пути, — говорил Петр, — счастливее голландцев и англичан, которые многократно покушались обыскивать берегов американских». Этот путь действительно оказался счастливым для России. Русская Америка, возникшая во второй половине XVIII в. как следствие русских географических открытий на востоке Азии и в северной части Тихого океана и походов русских землепроходцев, стала неотъемлемой частью государственной территории России XVIII и XIX вв.
Заключение
Конец XVII — первая четверть XVIII в. — переломный период в истории нашей Родины, ознаменованный значительными сдвигами в экономике, государственном строительстве и культуре. Но особенно разительным было изменение роли России в международных отношениях. Именно в эту эпоху Россия, по словам А. С. Пушкина, «как спущенный корабль, при стуке топора и при громе пушек» ворвалась в европейскую политическую систему, укрепила свои позиции на Каспии и Дальнем Востоке, стала тихоокеанской державой.
Основным содержанием внешней политики России петровского времени была борьба за выход к морям, на широкие торговые пути. Осознание ее необходимости для жизненных интересов страны и ее практическая реализация явились огромной исторической заслугой Петра Великого. Начавшаяся в конце XVII в. сражениями за Азов, эта борьба переместилась затем в Прибалтику, где и должна была решиться историческая судьба России.
Победа России в Северной войне стала событием всемирно-исторического значения. Заключение Ништадтского мира означало решение наиважнейшей задачи русской внешней политики, стоявшей перед нашей Родиной на протяжении двух столетий.
Утверждение России на берегах Балтийского моря создало благоприятные предпосылки для развития постоянных и беспрепятственных экономических, культурных и политических связей с передовыми в те времена странами Западной Европы, что привело к существенным сдвигам в социально-экономическом развитии России и имело прямую связь с ростом производительных сил страны, укреплением элементов буржуазных отношений, которые к концу XVIII в. сложились в капиталистический уклад.
Изменение политической ситуации в Восточной Прибалтике объективно отвечало интересам и западноевропейских держав. Устранение искусственного барьера между Россией и Европой в лице феодальной Швеции в равной мере содействовало их взаимообогащению в области экономики, политики и культуры, что явилось прогрессивным фактором в историческом развитии стран Европейского континента.
Результаты Северной войны привели к существенной перестройке европейской политической системы. Непосредственным итогом военного разгрома Швеции стало усиление роли России в международных отношениях и закрепление за ней ранга великой державы. Это новое положение нашло свое отражение в стремлении крупных европейских государств установить с ней прочные дружественные и даже союзные отношения. В европейских столицах теперь отчетливо понимали, что Россия — это не прежняя, практически изолированная от запада Московия, поэтому внимательно присматривались к ее внешнеполитическим планам и считались с ее мнением по тем или иным вопросам международной политики. Россия прочно включилась в систему европейских государств, оказывая существенное и все возрастающее влияние на расстановку сил и общее развитие международных отношений в Европе в XVIII в.
Приобретение Россией ранга великой державы нашло свое юридическое отражение в официальном признании ведущими державами Европы императорского титула за русскими государями. Признание России империей, не отделимое в сущности от признания ее новых границ, определенных Ништадтским миром, способствовало укреплению внешнеполитического престижа России и свидетельствовало о ее возросшем международном авторитете.
Победа России в Северной войне была обусловлена, с одной стороны, ростом экономического могущества страны, с другой — справедливым характером этой войны. Из длительной ожесточенной борьбы со Швецией Россия вышла несравненно более сильной и окрепшей, чем была в начале века. Возросшая обороноспособность страны явилась прямым отражением значительных успехов в развитии ее экономики и культуры. Созданная в ходе войны крупная металлургическая и военная промышленность, обеспечившая вооруженные силы первоклассным вооружением, стала той базой, на основе которой была реорганизована русская армия и военно-морской флот.
Справедливый характер Северной войны был обусловлен тем, что русский народ в союзе с братским украинским и белорусским народами не только решил жизненно важную внешнеполитическую задачу, но и отстоял свою национальную независимость, а также обеспечил безопасность своих северо-западных рубежей.
Северная война показала превосходство русской армии и военного искусства ее полководцев над одной из лучших европейских армий — шведской. В ходе войны русские солдаты и моряки овладели наиболее передовыми для того времени средствами и методами ведения войны и развили их на основе лучших традиций русской военной школы. Высокие боевые качества, патриотизм и беспримерное мужество и стойкость русских войск, вызывавшие удивление и восхищение всей Европы, также явились важным фактором достижения победы. Лесная и Полтава, Гангут и Гренгам положили начало славным боевым традициям русской регулярной армии и военно-морского флота.
В трудной и сложной военно-политической обстановке периода Северной войны успешно действовала и русская дипломатия. Выдающиеся русские дипломаты во главе с Петром I — Ф. А. Головин, Г. И. Головкин, Б. И. Куракин, П. П Шафиров, А. А. Матвеев, П. А. Толстой, В. Л. Долгорукий, А. И. Остерман, А. П. Волынский и другие отлично ориентировались в международной политике того времени, внимательно следили за ее развитием, определяли главные задачи и проявляли большое мастерство в их разрешении. Русская дипломатия сыграла значительную роль в успешном выполнении программы, поставленной в Северной войне, искусно закрепляя успехи русского оружия и умело расстраивая планы противников России, стремившихся лишить ее плодов побед, добытых громадным напряжением сил русского народа.
После окончания Северной войны европейская политика правительства Петра I определялась задачами закрепления за Россией Восточной Прибалтики, достижения благоприятных условий для развития русской балтийской торговли и сохранения политической стабильности на западных рубежах страны. В достижении этих целей русская дипломатия руководствовалась идеями Петра I о необходимости преодоления Россией относительной внешнеполитической изоляции путем создания разветвленной системы военно-политических союзов. Договоры со Швецией (1724 г.) и особенно с Австрией (1726 г.), ставшие важными этапами осуществления данной политики, значительно укрепили международные позиции России на Европейском континенте и создали благоприятные внешнеполитические условия для проведения ее дальнейшей политики в балтийском, польском и турецком вопросах.
