Всегда любила мастерить. Дома я успела посетить мастер-классы по изготовлению витражей, бусин из муранского стекла, гончарному ремеслу до того, как плотно подсела на украшения.
Спустя полчаса я стояла у дома Дарена, надеясь, что он уже проснулся и не выйдет меня встречать в пижаме и домашних тапочках, хотя зрелище было бы занимательное. Вопреки моим опасениям, он выглядел бодрым и собранным. И полностью одетым.
– Госпожа Танита! – он широко улыбнулся и пропустил меня внутрь. – Так и знал, что вы придете.
– Я, конечно, бесконечно благодарна за ваш подарок. Но впредь не стоит так делать, чтобы не ставить меня в неловкое положение, – я остановилась и заглянула ему в глаза.
Для этого пришлось запрокинуть голову. И какой только кашей его откармливали в детстве? Если в нем и течет кровь иной расы, то точно не гномья.
Дарен молча глядел на меня, слегка сощурившись, как хитрый кот. Я заволновалась.
– Или это не подарок? Я не рассчитывала на подобные траты.
– Вы слишком подозрительны для обычной женщины, – произнес он. – Хотя, какая же вы обычная, верно? Вы мне ничего не должны, это был жест доброй воли. Небольшое извинение за то, что напугал вас новостью о долгах Малкольма.
– Тогда вы очень любезны.
Мне все равно было неловко. Но если посмотреть с другой стороны, в хозяйстве все пригодится, а магические штучки на дороге не валяются. Ладно, выдыхаем, но не раскисаем.
– Рад, что вам понравилось. Я сам пользуюсь подобными светильниками, работают безупречно. Но все-таки не советую засиживаться по ночам. Что может быть лучше крепкого сна?
– Как вы помните, у нас с вами пари, и я должна приложить все силы, чтобы его выиграть. Для этого нужно много работать.
Он сокрушенно покачал головой.
– Заставляете меня чувствовать себя каким-то чудовищем, злобным драконом, который мучает бедную деву.
При упоминании драконов я дернулась.
– Драконом?
– Ага. Таким чешуйчатым монстром, который восседает на горе сокровищ.
Он проводил меня в мастерскую и пропустил вперед.
– А в вас, и впрямь, есть что-то драконье, – я внимательно поглядела ему в лицо, стараясь высмотреть хоть какой-то намек. – Любите золото и самоцветы.
Он басовито рассмеялся, взъерошив гриву каштановых волос.
– Тогда у нас пол страны драконов, красавица. Кто же их не любит? Вот взять хотя бы моего товарища Леорга. Только он не дракон, а, скорее, шустрый змееныш.
Дарен проследовал к рабочему столу и взял в руки знакомую коробочку. И тут мне в голову пришел неожиданный вопрос.
– Господин Ингеррам, а вы знаете человека по имени Рейбон Клавиц?
Судя по тому, как изменилось его лицо, скользкого прощелыгу он точно знал.
– Уже успели познакомиться? Этот хлыщ везде пролезет, – его рот скривился в брезгливой гримасе. – Такие, как он, сами не способны ничего создать, зато пытаются примазаться к успеху других. Есть торговцы, я ничего против них не имею. Этот же самый настоящий торгаш. А что, он вам что-то предлагал?
– Свою помощь.
– Помощь, – Дарен хмыкнул. – Обдерет вас, как куст малины. Даже не думайте с ним связываться. Я и Малкольму говорил, что нечего с ним дела водить. Вот только ваш братец если что-то в голову вбил, его никакими силами было не переубедить. Клавиц и ко мне заявлялся, когда я только переехал в этот город. Предлагал организовать бизнес на двоих, расписывал радужные перспективы, но получил только пинка под зад.
Забрезжила надежда узнать больше о прошлом моего “брата”, о Клавице и их общем деле по открытию филиалов в других городах. Там точно было что-то нечисто.
Я начала осторожно:
– Малкольм почти не посвящал меня в свои дела. Может, вы знаете, что у него было этим человеком?
Дарен недовольно произнес:
– Клавиц помогал Малкольму сбывать украшения, больше я ничего не знаю. Этот поганец умел расположить к себе.
А вот с последним я могла поспорить. Мне он сразу не понравился своей назойливостью.
– Не будем портить настроение разговорами об этом проходимце. Прошу, госпожа Танита, занимайте рабочее место, – он галантно отодвинул табурет перед столом с внушительного вида станком.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Я смерила его настороженным взглядом.
– Что, мне нужно сесть за него? А как же вы?
– Я буду помогать.
Ну как говорится, глаза боятся а руки делают. Я заняла рабочее место и стала ждать дальнейших указаний.
Дарен достал из коробочки самый крупный из найденных камней – сердолик, и встал у меня за спиной. Сидеть, когда над тобой нависает гора, не слишком комфортно, но я постаралась отключиться от лишних ощущений и сосредоточиться на деле.
– Сначала надо подготовить срез. Большинство станков до сих пор приводит в движение ножная педаль, но мои оснащены магией.
Дарен, как настоящий мастер, говорил о своем оборудовании с теплом, как будто оно было живым. Один миг – и дисковая пила пришла в движение, заставив меня вздрогнуть. По тонкой стеклянной трубочке побежала вода, которая должна была охлаждать инструмент.
– Чего вы испугались, госпожа Танита? – вкрадчиво спросил он и придвинул второй табурет. Сел за моей спиной и положил руки на стол, так что я оказалась в капкане. – Как и обещал, пальцы останутся целы. Если, конечно, не будете дергаться.
Чтобы прогнать упорно лезущие картины того, как страшная пила ампутирует мне половину руки, я медленно выдохнула и прикрыла глаза. Поздно трусить, сама согласилась.
– И что теперь?
– А теперь берете камень и пилите его. Это не сложнее, чем порезать батон.
С губ сорвался нервный смешок, но Дарен уверенно взял мои руки в свои, заставив крепче сжать самоцвет. Я не успела понять, как вращающийся диск разделил сердолик на две половинки.
– Теперь снова…
Вжух – и у меня в пальцах оказался ровный срез в полсантиметра толщиной.
– Ну вот, а вы молодец. Рука не дрогнула, – похвалил он меня.
Несколько секунд я оценивала результат. На спиле вились и сплетались нарисованные природой медово-алые узоры – должен получиться красивый кабошон. Двойняшкам наверняка понравится, и я дам им самим придумать украшение для этого камня.
Дарен снял с полки трафареты и протянул мне медную иглу.
– Выберите подходящий и очертите границы.
Границы мне точно не помешает… очертить, кхм. И речь сейчас не только о камнях.
Я выбрала идеально подходящий овал, игла, скрипнув, оставила на срезе след. Я чувствовала, что Дарен внимательно за мной наблюдает и не даст совершить ошибку.
– Теперь его необходимо подготовить, для этого я использую шайбу с алмазным напылением. Поочередно обтачиваете каждый край, убирая лишнее.
В этот раз он доверил мне вести дело самой. От звуков закладывало уши, но сердолик поддавался охотно. Постепенно формировался ровный овал, несколько раз Дарен брал мои руки в свои, заставляя вспоминать сцены из бессмертного фильма с Патриком Суэйзи. Только там была глина.
Кыш-кыш из моей головы! Я деловая попаданка, мне не до сантиментов.
– Это потрясающе! – все-таки не смогла сдержать восхищенного возгласа, когда увидела вполне симпатичную заготовку.
Дарен изменил наклон стола и начал сыпать профессиональными терминами, которые я понимала интуитивно. Позади осталось только пол дела, надо еще закруглить верхушку.
Все шло на удивление быстро и ладно, труд увлек, а проблемы остались за дверью. Вот она, целительная сила творчества!
В мастерской была уйма баночек с алмазными пастами разной зернистости, шлифовальных дисков, луп и прочих не слишком женских вещей. Тем не менее, с таким интересом я не разглядывала даже косметику.
Постепенно, шаг за шагом, сердолик обретал форму и блеск.
– Ну как? – спросил Дарен с гордостью в голосе, когда мне на ладонь лег идеально ровный медово-алый кабошон.
Сердолик считался солнечным камнем, теплым, добрым. Поневоле вспоминался рассвет над морем и мед, когда я смотрела на него.
– Очень красиво, – ответила я завороженно.
