Понимаете, Зоя, заболел учитель Дубрен, детей раньше отправили по домам. Обычно я оставляю их у соседки, или пускаю в кондитерскую. Но соседка уехала, управляющий Хюльс запретил приводить в лавку детей. Если оставить их дома одних, они опять начнут плавить свинец на солдатиков. Это опасно. Можно, они посидят у вас в лавке до вечера? Вы проследите, чтобы они выполнили чистописание и арифметику. А они вам помогут по хозяйству – воды натаскают, посуду помоют. Они ребята хорошие, только баловаться любят.
– Конечно, можно! – просияла я. – Баловаться я и сама люблю. Готова возглавить это дело.
– Я тоже с вами побуду за компанию! – встряла Кинни.
– Спасибо! – Марисса порозовела от радости. А потом, спохватившись, протянула мне коробку:
– Небольшой гостинец!
Коробка оказалась полной кусков печенья и крошек. Месиво одуряюще пахло ванилью, у меня даже слюнки потекли.
– Это остается в подносах. Ломаный товар. Но он хороший, свежий!
– Спасибо! То, что нужно к чаю.
Эх, сюда бы еще сгущенки и какао! И сделать пирожное «картошку».
– Побегу обратно. Перерыв подходит к концу... – Марисса заторопилась, но я ухватила ее за рукав:
– Вы знаете Таффиту, колдунью, что живет около прачечной?
Марисса беспокойно моргнула и спросила:
– Зачем она вам?
– Хочу познакомиться. Посмотреть на настоящую волшебницу. В моем мире нет магов.
– Таффита вас на порог не пустит. Она дряхлая, злобная старуха. Ни с кем не общается в городе, хотя живет здесь очень давно. Говорят... – Марисса закончила шепотом: – Она была ведьмой. Черным магом. Ее судили и сослали к нам. Но никто ничего толком не знает. Мы даже не знаем, чем она питается, потому что в лавки она не заглядывает! Мы стараемся держаться от нее подальше.
Краем глаза я заметила, что мальчишки с хитрым видом переглянулись, как будто вспомнили совместную проделку.
Любопытно!
– Спасибо за сведения. Не буду вас задерживать!
– Пусть мальчишки после семи бегут домой. Как вы тут все прибрали! И пахнет замечательно! Я расскажу горожанам, как все изменилось в лавке с новой хозяйкой.
Марисса ушла, а я обратилась к мальчишкам:
– Ну, выкладывайте. Что вам известно о Таффите?
– Ничего, – с невинным видом пролепетал Гайре и похлопал ресницами.
– Они покупают для нее продукты, – тоном отличницы доложила Кинни. – Она дает им деньги, чтобы в город не ходить, а они покупают. А за это ведьма показывает им фокусы, да, Гайре?
Гайре украдкой погрозил Кинни кулаком, а Трен показал ей язык и прошипел:
– Ябеда!
– Ну и молодцы! Помогаете старушке, – я посмотрела на пацанов с уважением.
Ишь какие тимуровцы!
– Только маме не говорите, она ругаться будет.
– Не буду. Ну, скажите, какая она – Таффита? Злая или добрая?
– Добрая, – уверенно сказал Трен.
– Злая, – с легким восхищением сказал Гайре.
– Она странная, – заключила Кинни. – С ней лучше не связываться.
– А какие фокусы она вам показывает?
– Магические! Заставляет цветы моргать, колодец говорить. А однажды сделала так, что у Гайре шли розовые сопли из носа.
Мальчишки захихикали, а потом посерьезнели.
– Вы это тоже никому не рассказывайте! Таффите запрещено колдовать.
– Чтоб мне сдохнуть, не расскажу. Ладно, ребята... чем мне вас занять до вечера?
– Рассказать сказку!
– Можно и сказку... но потом.
Меня осенило.
– Ну-ка, посидите тут... ешьте печенье. Я сейчас!
Достала из ящика ножницы и вытащила из шкафа атлас лошадиных болезней. Книга была неимоверно потрепанной, половины страниц не хватало. Но напечатана она была на плотной бумаге, и имелись в ней яркие картинки лошадей.
Выдрала лист с картинкой и разрезала на кусочки: квадратные, треугольные, ромбические! А потом высыпала на стол перед детьми.
– Что это? Мусор? – удивилась Кинни.
– У нас это называется «паззл». Из этих кусочков нужно составить картинку лошади. М-м-м... рахитичного жеребенка, – уточнила я, вспомнив подпись к иллюстрации. – Вот, смотрите.
Я нашла пару квадратиков и составила часть лошадиной головы.
– Кто первым найдет следующий кусок?
– Я нашел! – крикнул Трен с набитым ртом, плюясь крошками от печенья, и живо приставил нужный квадратик.
Игра пошла полным ходом, а я вернулась к каталогу. Но вскоре его отложила, и, чтобы детям было веселее, стала рассказывать им о путешествии Элли в Изумрудный город. Но эта история их не особо заинтересовала. А вот рассказы Носова про Мишкину кашу пошли на «ура».
Эленвейлским детям очень нравилось слушать о жизни их сверстников в нашем мире.
Время от времени в голове у меня звучал голос Эвана, который требовал рассказывать громче, потому что ему в шкафу плохо слышно.
Когда лошадь была собрана, я выдрала карту из атласа беспошлинных дорог и сделала еще один паззл. Поскольку дети в школе проходили географию, занятие оказалось не только приятным, но и полезным. Когда с паззлом было покончено, мне удалось уговорить детей вытащить учебник арифметики и решить пару заданных примеров.
Идиллия продолжалась до самого вечера. Небо за окнами потемнело и пожелтело, дети утомились и начали зевать. Когда часы на ратуше пробили семь, мальчики заторопились.
– Нам пора! Встретим маму у кондитерской.
– Завтра придем к вам сразу после школы, – строго заявила Кинни, ни секунды не сомневаясь, что я обрадуюсь этому известию. – Вы нам еще паззлов сделайте, ладно?
– Ладно, – кивнула я, а сама подумала: «Надо нарисовать им карту игры-ходилки! А то скоро все книги Бармалана окажутся изрезанными на кусочки».
Я проводила детей до двери. И когда собралась ее запирать, осознала, что ни один покупатель ко мне сегодня не пришел, и выручка от торговли составила
