Кульминацией этих мероприятий явились крупные учения на базах за день до вторжения, хотя настоящие десантные соединения уже вышли в море, направляясь в район высадки. Были приняты меры по радиолокационному противодействию путем подавления германских радиолокационных станций и создания на их экранах изображения соответствующих движению крупных конвоев и боевых кораблей.
Сэр Джон Мастмен позже писал: «Участвуя в маскировочных мероприятиях по операции „Оверлорд“, мы максимально использовали те преимущества, которые нам предоставил полный контроль над немецкой разведывательной сетью в Англии. Поэтому мы могли с уверенностью сказать, что немцам известно и что неизвестно о нашей подготовке к вторжению». Так, немцы имели мало информации или не имели ее вообще, об искусственных портах («Малбери»).
Однако было невозможно скрыть от противника все чрезвычайные меры, которые приходилось принимать по мере приближения дня вторжения. Например, 9 февраля 1944 г. все поездки гражданских лиц из Англии в Ирландию были запрещены, чтобы перекрыть утечку информации к немецким агентам в Дублине. 1 апреля был запрещен въезд без специальных пропусков в десятимильную прибрежную зону южной Англии, где концентрировались войска вторжения, а 17 апреля — предпринят беспрецедентный шаг, когда дипломатические привилегии иностранным дипломатам были урезаны, а дипломатическим курьерам был запрещен въезд в Англию и выезд из нее. Была также усилена цензура корреспонденции. Тщательно продуманный план дезинформации работал очень хорошо: даже после того как вторжение произошло, германское командование продолжало верить, что главный удар будет нанесен в районе Па-де-Кале.
Глава 3
Воздушное наступление союзников
Решающим фактором успеха высадки в Нормандии стало абсолютное превосходство союзников в воздухе. К началу марта 1944 г. Бомбардировочный комитет союзных экспедиционных ВВС составил перечень 75 основных железнодорожных объектов, подлежащих бомбардировке, в который вошли основные обслуживающие и ремонтные депо железных дорог в Северной Франции и Бельгии.
В ночь на 7 марта 263 самолета британского Бомбардировочного командования сбросили 1258 тонн бомб на железнодорожный узел Трапп юго-западнее Парижа. Железнодорожные пути, паровозные депо и подвижный состав получили такие тяжелые повреждения, что более чем на месяц вывели из строя этот железнодорожный узел. В течение марта Бомбардировочное командование провело еще восемь налетов на железнодорожные узлы, в каждом из которых участвовало от 80 до 300 бомбардировщиков.
Бомбардировки железнодорожных узлов производились с нарастающей силой в течение апреля и мая. До 3 июня, когда союзники вторично бомбили железнодорожный узел Трапп, бомбардировщики английской и американской стратегической авиации произвели 8800 самолетовылетов, сбросив на 33 железнодорожных узла, расположенных во Франции и Бельгии, 42 тысячи тонн бомб. Разрушения, причиненные бомбардировкой, были очень большими, и, хотя немцам удалось быстро отремонтировать железнодорожные пути и, таким образом, возобновить перевозки по одной или двум железнодорожным линиям, проходящим через эти узлы, пропускная способность железных дорог в целом сильно сократилась.
До конца апреля 8‑я американская воздушная армия подвергла бомбардировке только один из 45 выделенных для нее объектов. Тем не менее до начала вторжения американская авиация сбросила на 23 объекта 11 648 тонн бомб.
К началу высадки союзных войск в Европе английская и американская бомбардировочная авиация произвела 21 949 самолетовылетов, в ходе которых было сброшено 66 517 тонн бомб на 80 объектов. Из этого количества свыше 51 объекта были отнесены к категории «А», то есть считались разрушенными до такой степени, что исключалась всякая необходимость нанесения по ним повторных ударов, по крайней мере, до тех пор, пока не будут проведены серьезные восстановительные работы. 25 объектов относились к категории «В» — были сильно разрушены, но имели ряд зданий, не пострадавших от бомбардировки; по этим целям необходимо было наносить повторные удары. Только четыре объекта из числа 80 относились к категории «С», то есть получили незначительные повреждения или совсем их не имели.
В результате интенсивной бомбардировки передвижение немецких войск и грузов по железным дорогам было сильно затруднено еще задолго до высадки союзных войск в Европе. Немцы были лишены свободы передвижения на значительной части территории Франции и Бельгии. Для них стало трудно, даже почти невозможно быстро перебрасывать свои войска для решающего контрудара, когда вторжение союзных войск стало свершившимся фактом.
Потери Бомбардировочного командования при проведении операции «Транспортейшн Плэн» за период с 6 марта по 3 июня были небольшими и составили 203 самолета на 8795 самолетовылетов.
За период, предшествовавший вторжению союзных войск в Европу, самолеты Вторых тактических ВВС проделали большую работу. Вторые тактические ВВС состояли из 83‑й и 84‑й истребительных авиагрупп, вооруженных самолетами «Спитфайр», «Тайфун» и «Мустанг», 2‑й легкобомбардировочной авиагруппы и 34‑го разведывательного авиакрыла, вооруженного самолетами «Москито», «Мустанг» и «Спитфайр»[47].
По мере приближения дня вторжения размах авиационного наступления нарастал, охватывая самые разнообразные объекты. Союзники решили парализовать работу радиолокационной сети немцев, созданной им с большой тщательностью на всем протяжении Западного фронта, от Норвегии до испанской границы.
Ближайшие к британским аэродромам радиолокационные станции противника находились на северо-западе Франции и в Голландии. Система расположения этих станций была заимствована немцами у англичан и состояла из цепи радиолокационных станций, расположенных на побережье, и нескольких станций в глубине континента.
Между Дюнкерком и Брестом размещалось 66 немецких радиолокационных станций различных типов. Уничтожить все эти станции было практически невозможно, даже учитывая имевшиеся в распоряжении союзников крупные силы авиации. Поэтому было решено наряду с налетами на эти станции затруднить их работу путем создания радиопомех.
Налеты на немецкие радиолокационные станции должны были проводиться как можно ближе к дню высадки, чтобы у противника не осталось времени отремонтировать их или установить дополнительное оборудование. 10 мая был проведен первый налет на РЛС, предназначенные для наблюдения за самолетами противника. Через неделю союзные самолеты приступили к налетам на РЛС наведения ночных истребителей и станции управления огнем береговых батарей. В последнюю неделю перед вторжением были проведены налеты на 42 радиолокационные станции, а за три дня до вторжения были нанесены удары по шести РЛС, в подавлении которых были заинтересованы военно-морские силы, и по шести другим станциям, в подавлении которых были заинтересованы военно-воздушные силы. Кроме того, бомбардировке подверглись две наиболее важные радиолокационные станции службы земного обеспечения самолетовождения, одна из которых находилась в Сюртенвиле, южнее Шербура, а другая — в Ланмёре, близ Морле. Налеты на радиолокационные станции проводились в большинстве случаев истребителями «Тайфун» и «Спитфайр» из состава 83‑й и 84‑й авиагрупп.
Одновременно Бомбардировочное командование произвело воздушные налеты на четыре немецкие радиотелефонные станции. В ночь на 1 июня 105 бомбардировщиков «Ланкастер» сбросили 474 тонны бомб на радиотелефонную станцию в районе Булони, имевшую 60 радиопередатчиков. В результате прямого попадания 70 тяжелых бомб станция, представлявшая собой цель размером 135 × 270 метров, была буквально стерта с лица земли. Однако наиболее важным для союзников было уничтожение радиоузла в районе Шербура, на котором располагался штаб немецкой радиоразведывательной части, обслуживавшей северо-западную часть Франции. 99 тяжелых бомбардировщиков сбросили на этот радиоузел 509 тонн бомб. Уничтожение этого радиоузла оказало огромное влияние на ход боевых действий, начавшихся через два дня после налета, и стало одной из главных причин слабого противодействия авиации противника в день вторжения и в последующие дни.
Результаты воздушных налетов на немецкие радиолокационные станции были вполне удовлетворительными. Все шесть РЛС дальнего обнаружения, расположенные южнее Булони, были уничтожены накануне дня высадки союзных войск, а 15 других РЛС, расположенные в этом же районе, были выведены из строя. Таким образом, по мере приближения дня вторжения на значительной части побережья Ла-Манша немцы не имели действующих радиолокационных станций.
Из всех немецких радиолокационных станций, расположенных в Северо-Западной Франции, ко дню высадки союзных войск нормально функционировало не более 18 % от общего количества радиолокационных станций, а в течение ночи накануне дня вторжения — только 5 %.
