— Ну, Долли, пора! — проговорил я, задыхаясь от волнения. — Без нашей помощи беднягам не уйти. Смотрите, как быстро настигают их враги. Несчастные жертвы, видимо, выбились из сил!
— Капитан, — крикнул Сэт Баркер, — разбойники приготовляют револьверы. Ах, Господи, они перестреляют несчастных, как уток, на наших глазах!
— Да стреляй же, ради Бога, Долли! — отчаянно закричал я.
У бедного юноши слезы стояли в глазах.
— Не могу, капитан, — почти простонал он. — Бесполезно будет! Они держатся вне выстрелов. Мерзавцы осторожны и умеют рассчитывать дистанции. Наши снаряды не долетят на несколько сот шагов до их лодки. Мы ничем не можем помочь беднягам, капитан!
Я невольно закрыл лицо руками, чтобы не видеть ужасного зрелища резни беззащитных людей. Для меня было ясно, что бедным жертвам уже не уйти от преследователей, которые спокойно начали приготовлять оружие для своего кровавого дела. Одно чудо могло спасти несчастных. — И это чудо совершилось. По чьей чистой молитве? Про то знает милосердный отец небесный! Я же знаю только то, что меня заставил опомниться радостный крик Сэта Баркера, не отрывающего бинокля от глаз.
— Капитан, смотрите, какая история! Лодка разбойников остановилась. Они перестали грести. Что-то у них случилось? Вишь как они переполошились и оружие побросали. Постойте, да никак они воду выкачивать принялись? Верно, капитан! Смотрите сами, у них в лодке течь. А вот и молодцы поняли свое счастье. Ишь, как навалились на весла. Теперь они успеют удрать. Второму катеру их не догнать, далеко больно! — весело кричал Сэт Баркер, сообщая подробности мучительной драмы, разыгрывающейся на море. Одним прыжком очутился Долли около него, и оба принялись с восторгом размахивать платками для ободрения спасающихся. Я уже хотел последовать за ними, как вдруг меня остановил голос Питера, зовущий меня снизу:
— Капитан Бэгг, подите на минуту сюда. Я не хочу кричать. Меня послал доктор Грэй предупредить вас!
В одно мгновение очутился я внизу.
— Что случилось, Питер? С мисс Руфь что-нибудь?
— Нет, не с ней. Хуже! Доктор Грэй разбудил меня, послал к вам. Женщины, ходившие за провизией куда-то вниз, слышали чужие голоса. Не в том зале, где были заперты негодяи, а в каких-то других помещениях. Их ведь здесь черт знает сколько!
— Боже мой, они разбили двери и ворвались туда, где женщины!
— Об этом не беспокойтесь, капитан. Доктор Грэй приказал сказать вам, что он принял все предосторожности. Между верхними комнатами и .машинным этажом чуть не полдюжины железных дверей, которые не так легко выломать. Мы их все крепко позапирали. Доктор Грэй боится другого!
— Чего же? Не томите, Питер, говорите скорей!
Но Питер, видимо, медлил и колебался.
— Доктор Грэй боится, как бы негодяи не испортили машин, а главное, воздушного насоса. Мисс Руфь объяснила нам, что он должен действовать регулярно в известные часы, иначе мы все погибнем от недостатка воздуха, которого хватает не более, как на сутки!
— Ну, значит, еще есть время, Питер! Успеем прогнать негодяев, хотя бы их оказалась целая дюжина! — отвечал я, стараясь казаться спокойным, хотя в душе моей начинала зарождаться мысль о невозможности спасения. Каждый новый день открывал новые опасности. Не об этой ли говорила мисс Руфь сегодня утром? Или, может быть, завтра найдется другая неведомая опасность? Тяжело было у меня на душе, пока я поднимался обратно на лестницу, сопровождаемый верным ирландцем. К счастью, наверху меня ждало утешительное известие.
За короткие минуты нашего разговора с Питером катер разбойников уже настолько наполнился водой, что безвыходность их положения стала вполне очевидной. Откуда взялась течь, спасшая несчастных беглецов, усиленно гребущих, спеша подплыть к нашей скале, я не берусь решать. Долли уверял нас, что узнает катер, который пробовал атаковать нас сегодня ночью и в котором, вероятно, спасся кто-либо из раненых разбойников.
Если юноша не ошибался, то один из наших выстрелов легко мог повредить лодку недостаточно сильно для того, чтобы повреждение сразу бросилось в глаза, особенно ночью, но достаточно для того, чтобы оказаться опасным, когда наполненная людьми шлюпка глубже опустилась в воду. Как бы то ни было, но вода так быстро наполняла катер, что разбойники даже не пытались вычерпывать ее. Они только отчаянно кричали, размахивая руками и призывая товарищей, слишком отдаленных для того, чтобы поспеть помочь вовремя. Как прикованный, следил я в бинокль за ужасной картиной отчаянной борьбы со смертью. Исказившиеся, обезображенные страхом лица разбойников выражали ужас и озлобление. Ни одного проблеска человеческой мысли, ни одной искры раскаяния или христианского умиления не видно было на зверских лицах, выражающих только скотский ужас и злобное отчаяние. Больно было смотреть на эти исковерканные страхом, озверелые физиономии. Больно и противно было слушать их проклятия и богохульства. Вода в катере все подымается. Она уже омывает ноги разбойникам, отчаянно ругающих изменников. Еще минута, — и он покачнулся, зачерпнув бортом, и еще раз выпрямился. Последний бешенный взрыв безобразных проклятий донесся до нас. Еще раз зачерпнула лодка носом, затем погрузилась в воду кормой, и вдруг сразу исчезла. На поверхности моря показались искаженные, мертвенно бледные лица. В воздухе мелькнули судорожно сжатые руки... еще и еще раз поднялись к небу сжатые кулаки, точно угрожая самому Богу. Синее море навсегда сомкнулось над погибшими. Они нашли могилу в тех самых волнах, в которых утопили столько несчастных, невинно погибших ради их обогащения. Да, грозен гнев Божий! И если иногда кажется медленной Его высшая справедливость, то тем ужаснее поражает она преступников! Мы не имели права жалеть этих погибших. Их смерть спасала девять человеческих жизней!
Четверть часа спустя лодка с несчастными беглецами причалила к нашей скале. Быстро сбежали мы на помощь истомленным пассажирам сгоревшего судна. Сэт Баркер бережно вынул из лодки бесчувственную женщину своими сильными руками и, как ребенка, снес ее в нижний этаж, где уже ждал доктор Грэй, готовый оказать помощь пострадавшим. Мы же, растроганные и счастливые, крепко обнимали спасенных мужчин и благодарили Бога за неожиданное чудесное увеличение маленького гарнизона, защищающего подводный замок от армии мистера Кчерни.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ТРЕТЬЯ
В которой передаются записки Джэспера Бэгга о шестидесятичасовом ожидании нападения.
Около полудня, в субботу, мы спасли несчастных беглецов, а в понедельник после полуночи окончилось наше заключение в подводном замке. Это короткое время наполнено было столькими событиями и ощущениями, что никогда бы я не смог рассказать их, если бы, по счастью, не сохранил старой записной книжки, в которую заносил час за часом все случившееся в продолжение этих шестидесяти часов. Передавая эти записки в той самой бесхитростной форме, в какой они были набросаны под влиянием минуты, я лучше всего передам и впечатление пережитого.
