12. Растопка для печей и костров – тут без комментариев. Мысль, что кто-то за деньги купит баллон жидкости для розжига, не могла родиться в головах наших людей. Вы реально заелись.
13. Ну конечно же папиросная бумага, куда без неё. У нас до сих пор кто-то табак покупает в пачках или даже махорку. А вот папиросной бумаги в магазинах практически нет. Да и не нужна она, коли самому можно оторвать кусочек от газеты и свернуть цигарку. Козья ножка, кстати, самая удачная схема, как некоторые считают – табак меньше просыпается.
- Такая вот петрушка выходит, Света. Газета советского человека – это больше, чем просто газета. У нас это такая вездесущая субстанция, без которой строитель коммунизма не может обойтись ни в одной сфере своей жизни. Настолько универсальная, что многие её и вовсе не читали – сразу применяли по прямому назначению.
- Погоди, Коль, а если не читать, то зачем тогда выписывали? Неужто специально на все эти выверты? Ты же сам говорил, люди над каждой копейкой тряслись, а тут рубля два-три за подписку пойди и отдай.
- Умеешь, ты вредные вопросы задавать. Я тебе про строительство коммунизма, а ты про отдельные недостатки.
- В смысле?
- Понимаешь, у нас людей частенько заставляли их выписывать. Если ты комсомолец, то обязан выписывать «Комсомолку», а если партийный – то «Правду». С «Правдой» похуже, там же только правду печатают. Так что ни статей интересных не бывает, ни программы телепередач… Зато в ботинки «Правда» особенно хорошо идёт, у неё же три листа, а не два как у «Комсомолки», плотнее набивка выходит.
Сейчас Николай прямо с умилением вспоминал эти разговоры про новое-старое. Они со Светкой даже не спорили, пытаясь сравнивать аспекты жизни в обеих эпохах, а сами для себя искали ответ на вопрос: «Как лучше?» Ответ, однозначный честный ответ так и не нашёлся. Вернее, оба понимали, как лучше. Лучше всего для всех и каждого было бы, чтоб цели и пути, декларируемые в Союзе, были реальными целями, реальными путями их достижения. Но всю прелесть планов сгубило их исполнение, как это часто бывает. В красивый фантик пропаганды завернули очередную какашку. Хуже того, пытались кормить ею народ, а когда он морщился, как маленькому и доверчивому ребенку попытались объяснить, что это шоколад. Народ у нас хоть и доверчивый, а сумел различить вкус разных субстанций. Правда, потом опять повелся на очередную обёртку, в этот раз импортную с иностранными буквами. А потом наученный горьким опытом еще быстрее осознал – ему подсунули очередное говно! И опять начал кричать об этом в голос. Весь мир вздрогнул, мол как так? Всем нормально, а этим говно? Все жуют, а эти нос воротят.
Блин, опять в политику ударился Николай. Даже руки опустились. Или это мозг не отдал команду куда спрятать аккумулятор? А еще надо бы заныкать японские часики в количестве три штуки. Четвертые, купленные для личного пользования, завтра наденет. И по-хорошему надо бы деньги спрятать. Они настоящие, вопросов не вызовут, зато могут вызвать желание их скомуниздить, особенно у того, кто проникнет в квартиру в отсутствие хозяина. А такое может случиться? В этом мире может случиться абсолютно всё – это Николай ощутил на своей шкуре в полной мере. Сменить место жительства с теплого солнечного Донецка на суровый Урал? Легко! Стать героем истории про путешественников во времени? Запросто!
Теперь бы не попасть в криминальную сводку… а их еще нет. Если какая-то информация и просачивается в средства массовой информации, то не как хроника войны с преступностью, а в колонке «Родина знает своих героев». И пишут там про то, как отважный милиционер или храбрый пятиклассник вступил в неравную схватку с дерзким уголовником. Почему схватка милиционера с уголовником неравная, про то не уточняется. А настоящие новости преступного мира в родном времени Николая проходят по системе связи ОБС – «Одна Бабка Сказала». Леденящие душу подробности с вырванными сердцами и килограммами уворованного золота вперемешку с описаниями одноглазых бандитов с вот-такенными ножиками.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Однокомнатная квартира в хрущевке, тем более на втором этаже, совершенно не подходит для обустройства тайников. Тем более, способных вместить что-то вроде нескольких часов или пачки денег. Ну про пачку денег – это явный перебор, в своё время из будущего Коля пронёс тысячу двести двадцать рублей разными купюрами. Можно было собрать и больше, но ему не хотелось сильно заморачиваться. Опять же байка про коллекционера раритетов советской эпохи одно, а версия про съемки фильма и потребность в большом объеме купюр – совсем другое. Кто-то может заинтересоваться и начать копать. А еще дело в том, что Герасимов даже с помощью Селезнёвой не смог найти достойный вариант конвертации ценностей из двадцатого века в наличность двадцать первого. Сначала не смог, а потом как-то противно стало. Почему-то он сам себе напомнил стервятника. Да не грифа в пустыне, а классическую ворону, жирующую на трупе павшей лошади. Не хочется ему становиться падальщиком, с души воротит!
Глава 24 Домой
Тайник в конце концов Герасимов придумал. Придумал и устроил тут же. Непонятно, насколько он надёжный, но точно оригинальный, во всяком случае в кино такие не показывают. В прихожей у него весьма холостяцким образом образовалась пара резиновых сапог на случай плохой погоды. А раз таковая порой случается, то неудивительно, что были те сапоги слегка грязные, не помытые с прошлого раза. В один сапог легли деньги и часы, во второй батарея. А сверху закладки оказались прикрыты грязными носками, благо найти такие в его квартире было нетрудно.
Не подумайте плохого, но с мужчинами такое иногда происходит, я про наличие грязного белья. Это у женщины оно меняет статус на свежевыстиранное сразу, как теряет контакт с телом, а у мужчин всё не так. Стоит снять носок или, пардон, трусы, как данные детали костюма приобретают свободу воли и норовят шмыгнуть в самый укромный, самый дальний угол квартиры. Самое странное, что такие места бывают еще и самыми пыльными. Так что даже если кто-то и попытается сунуть руку в сапог-тайник, сначала ему придётся пробиться через слои грязи и ношеных носок. Такое секретное место не нашлось бы в доме женатика, там вообще всё сложно.
Был такой грустный эпизод у Коли. Ведь что самое обидное, ты как дурак стараешься изо всех сил, а без толку. Тебя обвиняют в несоответствии тому идеальному образу, который твоя избранница выдумала и вскормила в своем воспаленном воображении. Как ему бывшая однажды выдала: «Миленький, ты уборку сделал без меня? Как здорово!» А уже через час перевернула комнату вверх дном, делая уборку по-новой со словами: «Я не могу жить в таком бардаке!» Но в чём-то женщины правы, иногда уборка просто необходима. Решение было непростым, но оно было принято. Так что Николай аккуратно отставил на газетку секретные сапоги и начал наводить порядок в своей квартире. Глупо, конечно, особенно с учетом его дальнейших планов, но пусть. В конце концов это дисциплинирует, как зарядка по утрам.
На работе Николай держался целых два дня, пытаясь делать вид, что ничего не произошло, но получалось как-то не очень. Коллеги за спиной шушукались, обсуждая даже не само происшествие в походе, со всяким такое может случиться, а реакцию Герасимова на свой промах. Хотя некоторые продолжали говорить, что недоработка всего отряда. Все эти попытки сделать вид, что ничего не происходит привели к неожиданному результату. Когда Николай пришёл к директору автоколонны с заявлением на очередной отпуск, то не случилось обычной для такого случая долгой осады с приведением аргументов, контраргументов, шантажа и угроз. Начальник прочёл заявление, сказал, что да, Герасимов тоже человек и имеет право на отдых, и завизировал Герасимовскую бумажку. Это было слегка неожиданно, но Николай никак не прокомментировал ситуацию. Поблагодарил шефа и хотел уже уходить.
- Николай, куда-то решил поехать отдыхать?
- Нет, Пал Палыч, к родителям скатаюсь, навещу их. Давно не видел.
