своем, сокровенном.
На станции Раздолье состав стоял всего лишь три минуты. Семерка искателей приключений едва успела выгрузить свой объемный багаж, как поезд чуть вздрогнул и потихоньку пополз вдоль перрона, оставляя их наедине с их будущим.
— Ну, что же, как и несколько дней назад, обратного пути нет, — улыбнулся Сергей Алексеевич, — первый шаг сделан. Я уверен, всё будет хорошо.
Путешественники осмотрелись. Железнодорожная станция Раздолье оказалась небольшим аккуратным свежевыкрашенным в салатовый цвет зданием, каких тысячи на железных дорогах страны. Они были единственными пассажирами, сошедшими с поезда. Перрон был пуст, только вдалеке маячила одинокая мужская фигура, видимо, работника станции.
— Давайте сориентируемся, — продолжил Савельев, — Лэймос сказал, что мы должны будем пройти около трех километров, миновав поселок. Для этого нам нужно будет сейчас перейти железнодорожные пути и пойти перпендикулярно дороге по одной из улиц Раздолья.
Так они и сделали. Спустившись с перрона по металлической лестнице, исследователи оказались на небольшой привокзальной площади. Лэймос Крэст явно всё продумал, когда выбирал место их будущей встречи. Также, как и перрон, площадь была пуста, за исключением двух беспородных собак, бродивших неподалеку от здания станции, так что высадившаяся из поезда группа не привлекла ничьего внимания. Сам поселок был совсем небольшим, состоящим из нескольких улиц с деревянными одноэтажными жилыми домами и двухэтажным зданием администрации.
— Вот она, настоящая России, глубинная, самодостаточная, рассчитывающая только на себя, а не на помощь из центра, — задумчиво произнес Андрей.
— Так оно и есть, — поддержал Рудников. — Россия не только Москва, Санкт- Петербург и Сочи. Больше половины населения страны живет в таких вот небольших городках и поселках, совсем небогатых, не особо обустроенных. Но они живут в таких местечках, рождаются, умирают и не думают о другой жизни.
— Ладно, ребята, хватит философствовать, — произнес Сергей Алексеевич. — Пошли потихоньку. Три километра с грузом, с рюкзаками и чемоданами — это не шутки.
Атлантидовцы довольно быстро миновали поселок и вышли на его окраину, на дорогу, которая уходила как раз перпендикулярно железной дороге. Вначале путь не вызывал особых затруднений, но с каждой последующей сотней метров идти становилось всё трудней. Поклажа была довольно значительной. Досталось всем без исключения, включая Наташу Кольцову, хотя мужчины постарались отдать ей самые легкие вещи. Попутный транспорт использовать было нельзя из-за строгой секретности предприятия.
Поселок оправдал свое красивое название. За крайними строениями показались раздольные поля, зеленеющие разнотравьем. Вдалеке, как раз километрах в трех от поселка, темнел хвойный лес. Вот к этому лесу и вела путешественников единственная выходящая из Раздолья в нужном направлении дорога.
Понемногу лесной массив приближался. Два раза руководитель экспедиции объявлял привал, и все семеро с удовольствием рассаживались на обочине дороги на свою поклажу.
Поселок скрылся из вида. У путешественников возникло ощущение, что в этом мире существуют только они одни и эта бесконечная асфальтовая трасса, на которой им не встретилось ни одного автомобиля.
Наконец, миновали около трех километров. По-прежнему дорога была совершенно пустынна. Видимо, в этих краях настолько низкая плотность населения, что встретить кого- либо — это целое событие.
Экспедиционеры свернули за очередной поворот и как-то сразу увидели то, к чему стремились. Уже знакомый всем силуэт летательного аппарата стоял в низине, на опушке леса, едва заметный с трассы. У всех почти одновременно вырвался вздох облегчения. Но в этом вздохе угадывались и едва уловимые нотки тревоги. Будущее всё же казалось им опасным и неопределенным.
Планета Земля. Россия
Окрестности поселка Раздолье
Айголианский планетолет
— Рад приветствовать вас, друзья! — узнаваемый голос Лэймоса Крэста раздался из динамиков, встроенных с внешней стороны в каплеобразное металлическое сооружение. — Вижу, что все живы и здоровы, хоть и немного устали в пути. Ничего, сейчас отдохнете. Я приготовил вам сюрприз.
Вход в виде эллипса в нижней части летательного аппарата бесшумно открылся, и семерка исследователей, один за другим, зашли по выдвинувшемуся трапу внутрь уже знакомого корабля. Свой багаж они поставили на небольшую платформу, также выдвинувшуюся из днища планетолета.
У землян, когда они вновь, как и в предыдущий день, оказались внутри металлической капли, возникло странное ощущение, что они зашли как будто в свой дом.
— Коллеги, я поймал себя на мысли, что мне здесь уютно и комфортно, — озвучил свои ощущения Женя Макаров.
Все переглянулись, заулыбались и согласно закивали в ответ.
Вновь раздался приятный, успокаивающий голос Лэймоса:
— Что ж, это только доказывает то, что я всё делаю правильно и не совершаю в общении с вами непоправимых ошибок.
Голографический образ айголианца вновь появился перед землянами.
— А теперь обещанный небольшой сюрприз, — улыбнулся Лэймос. — Все устали с дороги, так что вас ждет душ, а потом ужин. Возможности планетолета позволяют мне предложить вам эти удобства.
Прошло около часа. Путешественники, один за другим, по мылись в специально отведенном для этого помещении со всеми возможными земными удобствами, с приятно пахнущими травами Земли шампунями, с мягкими махровыми разноцветными полотенцами, с приятно обдувающим, встроенным в потолок феном. Все они переоделись в удобные, просторные комбинезоны светло-синего цвета, любезно предоставленные хозяином планетолета. Затем земляне были приглашены в неизвестное им до того помещение, оказавшееся уютной полукруглой столовой, в центре которой стоял большой стол. Вокруг стола располагалось десять эргономичных мягких полукресел из приятного на ощупь синтетического материала.
— Располагайтесь кому где удобно, — радушно произнес айголианец, — будем ужинать.
Трое сели с одной стороны стола, трое — с другой. В середине, в торце, как и полагается, оказался руководитель экспедиции Сергей Алексеевич Савельев. Голограмма Лэймоса исчезла.
— Я не буду вас отвлекать своим присутствием, — проговорил голос айголианца, — вы будете меня только слышать. Так будет лучше.
Середина стола вдруг начала опускаться вниз, образовалось довольно большое овальное отверстие. Так продолжалось около двух минут. Затем недостающая часть конструкции вновь возвратилась на прежнее место, но уже не пустая, а уставленная столовыми приборами, различными эстетично приготовленными блюдами и прозрачными сосудами с напитками. Всё было просто, рационально, но чувствовалось, что за всем этим стоит ярко прослеживающаяся продуманность и системность.
— Угощайтесь, не стесняйтесь, — раздался голос Лэймоса. — Всё это приготовлено кулинарными машинами, разработанными мной в
