каждым его шагом. Франции и Венеции было выгодно сдерживать Австрию. Так Михаэль стал политиком и дипломатом, заметным в Европе.
Зимой в горах нельзя было организовать военный поход. Гайсмайер ждал весны и, занимаясь переговорами, ни на минуту не забывал о главной цели. Он формировал и вооружал отряд своих сторонников из числа бежавших повстанцев или местных жителей. Каждый взявший в руки оружие должен был понимать, за что он сражается. Не зная отдыха, в городах и деревнях, на рынках, на постоялых дворах и в тавернах Граубюндена и Аппенцелля, а также в окрестностях Боденского озера Михаэль объяснял всем цель борьбы: во имя Бога и на благо всего населения Тироля устроить жизнь по Евангелию.
В течение зимы и весны 1526 года он размышлял над тем, как должна быть устроена такая страна. С первым вариантом новой конституции Тироля Гайсмайер выступил раньше, в начале восстания. Теперь он создал второй проект и дал ему такое же название, которое прежде звучало в предложениях для ландтага, – «Земельное уложение Тироля». Автор называл новую страну «Землей Гайсмайера»: было неясно, удастся ли осуществить план только на юге или во всем Тироле. Этот план обсуждался с Цвингли.
Новый вариант конституции 1526 года стал радикальнее, чем прежний. Гайсмайер предлагал, чтобы Тироль больше не подчинялся эрцгерцогу, – страна должна была стать республикой. Главная ее цель – общее благо. В ней все, кто может, работают. Жить надлежит справедливо, по слову Божьему, то есть основой всех законов становится Евангелие. Интересы личности должны быть подчинены интересам общества. Правительство и органы местной власти избираются народом. В состав правительства входят трое ученых, сведущих в Священном Писании, а также представители разных областей и крупнейших предприятий. Все население участвует в обсуждении и принятии решений. Судебная и исполнительная власть не разделялась, как и прежде. В каждом муниципалитете бургомистр избирается на один год и служит одновременно судьей. Так же обстоит дело с советниками (присяжными заседателями). Михаэль придавал чрезвычайно большое значение справедливости суда, отсутствию волокиты и коррупции.
«Подумай, Мадле, – обращался он к жене, – мы все происходим от Адама и Евы. Когда Адам пахал, а Ева пряла, кто был тогда дворянином? У нас работает лишь половина, а то и треть людей. Крестьяне и угольщики, пастухи и шахтеры трудятся в поте лица, а дворяне живут в замках в богатстве и праздности. Благородство они приобретают не добродетелью и подвигами, а по наследству. Разве это по слову Божьему?» Магдалена соглашалась и поддерживала его.
По конституции Гайсмайера общество состоит из равноправных людей. Крепостное право запрещается. Дворянство и духовенство упраздняются. Ликвидируются сословия и все привилегии различных групп населения. Это было величайшей революционной идеей: достижения человека не зависят больше от того, кто его родители. В церкви упраздняются торжественные мессы, иконы и вся роскошь. Светская власть церкви и ее подчинение папе исключаются. Рядовые священники остаются, но они избираются населением и проповедуют истинное слово Божие. Это означало переход к Реформации. В Тироле будет основан университет, в котором преподают слово Божие.
«Земля Гайсмайера» становится республикой крестьян и шахтеров, включающей в себя, кроме того, ремесленников и специалистов. Автор конституции предлагал снести замки и городские стены и оставить в стране только два крупных города: Триент и Бриксен. Неужели Михаэль хотел превратить остальные города в деревни? Для равенства всех перед законом он считал необходимым отменить привилегии горожан. Десятина будет взиматься, как и прежде, но эти деньги будут расходоваться на содержание приходских священников и для помощи бедным. Монастыри и рыцарские ордена превратятся в дома престарелых, детские дома для сирот и больницы. Всем нуждающимся будут бесплатно предоставлены одежда, питание, уход и лекарства.
После многолетних войн, эпидемий и голода по дорогам бродили тысячи нищих, калек и беспризорников. Важнейшая задача – избавить всех жителей от бедности. Люди должны жить без страха, с уверенностью в будущем. Михаэль уделяет особое внимание созданию системы социального обеспечения, которую будут контролировать правительство и муниципалитеты. Такой системы тогда еще нигде не существовало.
Гайсмайер стремится к повышению роли государства и планирования в экономике, к созданию общественной собственности, но не исключает и частной собственности. Он намерен конфисковать землю у владельцев дворянских поместий и передать ее крестьянам. Шахты и мануфактуры, принадлежавшие дворянам, Фуггерам и другим иноземным купцам, должны перейти в общественную собственность. Ведь они получили свои богатства и извлекали сверхприбыли незаконно, в ущерб интересам общества!
Мелкие предприниматели сохранят свои шахты, но все плавильни и чеканка монет должны стать только делом государства. Монета станет полновесной и надежной. Страна должна получать основной доход от сельского хозяйства и горнодобывающей промышленности. Михаэль планировал строительство новых рудников, осушение болот и оздоровление климата. Планы развития хозяйства в будущем он обдумывал со свойственной ему дотошностью. По своей природе он был нацелен на то, чтобы умножать, а не растаскивать богатство страны, строить, а не разрушать. Республике может понадобиться защита от внешних врагов, и потому ей важно обеспечивать себя всем необходимым.
Никто не должен быть запятнан грехом ростовщичества и раздувания цен. Наряду с обычными рынками и мелкими магазинами Гайсмайер планировал распределение товаров под контролем государства. В одних сферах жизни он выступал сторонником рыночной, а в других – государственной экономики.
Эта конституция содержит и прогрессивные современные идеи, и то, что им противоречит. Гайсмайер стал одним из провозвестников социального государства, и это было его величайшей заслугой. Но было ли его государство демократическим? Михаэль заявлял, что в стране не будет места безбожным людям, которые угнетают бедных и действуют против принципа общего блага. Что же он собирался с ними сделать? Выслать или даже уничтожить? Этого мы не знаем, но первое вероятнее: он воевал и, тем не менее, по возможности всегда стремился ограничить насилие. А что делать с книгами, где провозглашались чуждые ему, противоположные взгляды? Михаэль полагал, что их следует сжечь.
В его государстве не было места ни демократии, ни оппозиции, ни многообразию мнений. В то время едва ли не каждый был склонен думать, что ему одному Бог открыл истину, а инакомыслящим ее можно навязать силой. К тому же Михаэля преследовали и стремились уничтожить. В такой ситуации можно ли было ожидать от Гайсмайера терпимости?
* * *
Князья и правители городов, обещавшие помощь, не объединились под одним флагом с восставшими крестьянами. Михаэль нашел в Швейцарии единомышленников среди беглых повстанцев и местных жителей, большей частью крестьян, шахтеров, городской бедноты и бывших солдат. Эти 700 вооруженных людей выбрали его своим командиром. Гайсмайер создал также подпольную сеть сопротивления
