Голоса детей приближались, и глаза Ариадны сверкнули.
— Ника….
Девушка быстро застегнула кофту, и в эту минуту вбежали два хвостика.
— Папа!
— Дядя Руслан!
Закричали в один голос и бросились ко мне, чуть не сбив с ног горничную.
— Уйди отсюда! — шикнула на нее Ариадна. Девушка бросила на меня короткий взгляд. Неужели думала, что я ее остановлю? Еще чего не хватало. Как только нежеланная гостья покинула комнату, Ариадна продолжила:
— Даня, Женя, поиграйте пока в спальне, нам нужно поговорить, — дети закивали. Оставшись наедине, я понял, что сильно соскучился по жене.
— Вот значит, чем ты занимаешься, вместо того, что бы проводить время с сыном, — медленно начала приближаться ко мне.
— Ариадна, это не…
— То, что я подумала? — закончила за меня, — Не успел придумать ничего по оригинальнее?
Черт, банально, не спорю, но ведь, правда. Только я хотел что-то сказать, как мою щеку обожгла пощечина. Ауч! А у женушки сильная рука.
— Гад ты, Меркулов! Как тебе не стыдно? Ты же обещал, что не будет баб! И что в итоге? Вместо того, что бы ночевать дома, ты тут развлекаешься с этой…., - Ариадна запнулась, видимо подбирая слово, — Гадиной!
На моем лице расплылась улыбка. Несмотря на ярость, моя жена верна себе. Я — гад, Ника — гадина. Без фантазии и просто? Да. Но это была бы не Ариадна, используй она слова погрубее. Все-таки она старается казаться другой, а ведь на самом деле милая и нежная девочка. Моя девочка.
— Что, даже ничего не скажешь в свое оправдание? — не унималась Ариадна. А я не мог ничего сказать. По той простой причине, что сделал для себя открытие — она ревнует! И не только ревнует, девушке больно от сцены, которую она застала. Как бы не пыталась скрыть жена, но глаза были стеклянные, от застывших слез. Сердце замерло. Не хочу, что бы она плакала из-за меня. Плевать на все, что она там себе придумала до этого. Реакция сейчас — настоящая. Значит, ей не плевать на меня.
— Иди ко мне, — протянул руку.
— Совсем крыша поехала? — заупрямилась, — Ты лапал эту девку, а сейчас лезешь ко мне? Нет, Меркулов, ты просто…, - закончить не дай, просто закрыв рот поцелуем. Маленькие кулачки тут же начали бить меня в грудь, а я наслаждался этой невинной близостью. Никогда ранее не испытывал таких чувств. Ариадна — моя слабость и моя сила. Почувствовав, что она сдалась, я заглянул ей в глаза.
— У меня ничего не было с этой Никой, слышишь? Я помню, что тебе обещал.
— То есть дело только в обещании? — не сдержала всхлипа. Глупенькая!
— А тебе есть до этого дело? — мне так хотелось услышать от нее заветные слова. Не «я тебя люблю». Может, жена не уверена в своих чувствах, или они не настолько сильны. Хотя бы — «ты мне нужен». Ведь нет уже смысла отрицать очевидное. Но молчание затянулось.
— Ариадна, что за внутренняя борьба у тебя идет? Или я выдаю желаемое за действительное? Ответь мне! Скажи все прямо, как есть! — терпение мое было на исходе. Неопределенность — самое паршивое, что может быть.
— Я не могу, — еле слышно прошептала она, — Не могу тебе всего объяснить. По крайне мере сейчас. Думала, что получится не думать о тебе. И когда ты был дома — получалось. Почти. А последние несколько дней…Рус, я с ума сходила, не зная, где ты и с кем.
Большего мне не нужно было. Самое важное — я услышал. Сердце сделало кульбит и забилось в бешеном ритме.
— Дай нам шанс. Ну, или пол шанса. Не шарахайся от меня. Позволь быть рядом. Не как другу. Хочу трогать тебя, целовать, засыпать с тобой, — по ее коже пробежали мурашки, — Черт, я не умею говорить, не привык просить. Ты первая, кого чуть ли не умоляю, — усмехнулся, — Что скажешь?
— Почему Ника была в таком виде? — спросила Ариадна, и я не сдержал тяжелый вздох.
— Сам не знаю. Может опять проделки тестя? Пришла, сказала, что принесла завтра, а потом, ты сама видела. Ариадна, я не собирался с ней спать. И уж точно ее не звал. Даже если бы ты не пришла — выгнал бы. Ну что, мир?
— Не врешь? — прищурившись, спросила жена. Вот ведь недоверчивая какая. Но меня это не раздражало. Наоборот, даже радовало.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Хочешь, поклянусь чем-нибудь? — в шутку предложил я, а вот Ариадна призадумалась.
— Да нет, — ответила, после небольшой паузы, — Не надо.
— И? Каков будет твой ответ? Мы вместе? — в ожидании вердикта волновался как мальчишка. И это я, взрослый мужик? Кому скажи — засмеют. С другой стороны, ну и плевать! Каждый счастлив по-своему.
— Мы.…Не вместе, но и не врозь.
— Это как? — удивился я, опираясь спиной на стол, и притягивая к себе девушку за талию. Ее руки спокойно лежали на моей шее, и даже сквозь рубашку, я чувствовал их тепло.
— Я не буду больше от тебя прятаться. Пусть все идет своим чередом, ладно? Не дави на меня. И не требуй слишком многого. Договорились?
Что ж, это было не совсем то, что я хотел, но уже какой-то шаг вперед.
— Договорились, — согласно кивнул. Теперь, когда с выяснением отношений было покончено, меня интересовал другой вопрос, который я и озвучил в следующую секунду:
— А вы зачем приехали-то?
— Дети соскучились, — улыбнулась Ариадна, и немного подумав, добавила, — Ну и я тоже. Может нам удастся тебя украсть на сегодня?
— Заманчиво, но боюсь никак.
— Почему? — надула губки жена, и я засмеялся. Она выглядела так забавно.
— Дел очень много. И за телефоном еще ехать надо, — кивнул на обломки.
— Ого! Ты что, молотком по нему бил? — Ариадна взяла в руки то, что совсем недавно было дорогим гаджетом.
— В стену кинул. Нервы сдали. В последнее время «Океан» как будто сглазили, — вздохнул, возвращаясь мыслями к проблемам.
— Хм…Тогда может мы съездим с тобой, потом где-нибудь перекусим и ты вернешься на работу? Уж полчаса то ты уделить нам можешь?
— Конечно, — сразу согласился, не желая расстраивать девушку, которая только-только пошла на контакт. Будь моя воля, я бы прямо сейчас поехал домой вместе с Ариадной и детьми. Но работа требует моего личного присутствия и от этого никуда не деться.
Ариадна…
Я пыталась бороться со своими чувствами к Руслану и до определенного момента, у меня получалось. Я убеждала себя, что все делаю правильно. И только когда муж перестал приходить домой ночевать, поняла, что не могу так. Я с ума сходила от неизвестности — где он? С кем? Пыталась отвлечься, но не помогало. Пыталась настроить себя, что мне все-равно, а руки так и тянулись к телефону. И в итоге я сдалась. Пора уже признать честно, да, я влюбилась в своего врага. И бороться с этими чувствами мне не под силу. Но вопрос, что делать дальше — оставался открытым.
Приехав в «Океан» и застав там Нику с Русланом, мне было так больно, что казалось, сердце остановится в ту же минуту. Именно в этот момент я поняла, что не хочу его потерять. Не хочу, что бы он был с другой. Обнимал кого-то, целовал. Хочу быть единственной. И я решила дать нам шанс. Не загадывать далеко, а просто жить настоящим, потому что не представляла что будет, когда моя семья все узнает, когда узнает правду Руслан.
Я не отказалась от своих планов. Свою месть, я доведу до конца. Хотя бы для того, что бы преподать Меркулову урок. Любовь любовью, но мне столько пришлось вытерпеть по его вине. Мне и моей семье. Заодно это будет и проверка для наших чувств. Размениваться на пустоту — не хотелось. Если в конечном итоге мы сможем простить друг друга — значит, наши чувства достаточно сильны. А если нет.…Даже представлять не хочу такое развитие событий.
Вернувшись домой я позвонила Майе. Сестра почти каждый день радовала меня хорошими новостями. Операция действительно прошла успешно, и хотя процесс реабилитации — это вопрос не одного дня, у нее были успехи. Конечно, марафон бежать у нее еще не скоро получится, но самое главное — она чувствует ноги, пытается шевелить ими, встает. Врачи говорят, что это очень быстро. Совсем скоро Майя вернется, а значит, мне нужно поторопиться.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
