Читаем без скачивания Знак Ганнибала - Михаил Палев

– Глупости! – возмутился Борис. – Я скупил долги Элиса, чтобы спасти его от разорения!

– Нет, – покачал я головой, – позволь тебе не поверить. Элис рассказал мне содержание ваших бесед. Ты же впрямую потребовал от него развода с Ириной в обмен на его карточные долги!

– Он меня не так понял! – возразил Борис.

Я махнул рукой и продолжил:

– Впрочем, имеет значение лишь одно: Элис сделал вывод, что пора спасать то, что еще возможно было спасти. Он дал положительный ответ по поводу продажи магазинов «Кредо» мадам Зябликовой и согласился с назначением Иннокентия главой строительной компании «Мегаблок». Одновременно Элис передал контрольный пакет «Кредо» Борису, в уплату за долги. Он столкнул лбами Зябликову и Барсукова. Впрочем, Элис вовсе не оставил свою супругу без средств к существованию: Ирина по-прежнему являлась владелицей небольшой, но весьма процветающей компании по продаже недвижимости. Эта компания стала последним бастионом обороны бывшей империи Элиса. Элис пытался уберечь от продажи и разорения все, что было можно, и не останавливался ни перед чем. В дело шли фирмы-однодневки, липовые договоры и прочий джентльменский набор «бизнеса по-новорусски». Поэтому неудивительно, что совместными усилиями управляющего сетью «Кредо» Виктора Сергеева – брата Ирины – и Элиса за короткий срок значительные суммы ушли из оборота и в итоге дали убытки. После чего Виктор благополучно перебрался на пост директора фирмы по торговле недвижимостью, принадлежавшей его сестре. А Элис занялся делами своего брата…

Зная, что дни Николаши на посту исполнительного директора катившейся к банкротству «Мелисы» практически сочтены, Элис заблаговременно приобрел на его имя две роскошные квартиры в престижных районах Москвы. Излишне говорить, что деньги были хитрым образом изъяты из оборота компании. Короче, госпожа Зябликова и Борис Барсуков стали владельцами предприятий, еще недавно процветавших и вдруг стремительно разорившихся. Вернее, разоренных… И если разорение «Мелисы» и дочерней компании еще можно было бы списать на вопиющую некомпетентность Зябликова, то в случае с «Кредо» Борис сразу понял: его нагло обокрали! Тем временем, позаботившись о родственниках, Элис счел, что теперь ему следует позаботиться и о себе. Вот тогда-то он и придумал комбинацию с полотном Жерома, о которой ранее уже поведал нам Борис. Борис своим внутренним чутьем уловил: Элис что-то замышляет! И когда он случайно узнал о пожаре на бывшей даче Элиса, проданной им со всей обстановкой моему двоюродному брату Артему, тогда Борис нанял частного детектива и велел ему выяснить: сгорела ли вместе с дачей копия картины Жерома «Переход Ганнибала через Альпы», о покупке оригинала которой Элис вел переговоры с известным голландским коллекционером? Детектив собрал убедительные доказательства, что копия Жерома была похищена поджигателем. Все правильно, Борис?

Борис кивнул.

– Элис пригласил коллекционера для оформления документов на покупку картины. А затем вдруг отказался покупать ее и уговорил разочарованного голландца принять в качестве «моральной компенсации» кругленькую сумму, которую можно было и не указывать в налоговой декларации. Голландец не устоял перед предложением и убыл к себе в Голландию, где человек Элиса вручил ему наличные. Одновременно он сообщил ошеломленному голландцу, что картина официально находится в розыске как похищенная. А если голландец не будет держать язык за зубами, то у него в доме найдут не только оригинал, но и копию, что будет свидетельствовать о его активном участии в этом мошенничестве. И даже если ему удастся оправдаться, то утаенная сумма «моральной компенсации», полученная от Карсавина, навсегда испортит его репутацию. Судя по всему, коллекционер пока молчит, что говорит об одном: замысел Элиса вполне удался, и якобы выплаченные Ван Хоферу полтора миллиона евро ушли на заграничные счета Элиса.

Теперь нищета на чужбине Элису больше не грозила. Элис заблаговременно запасся заграничным паспортом на чужое имя, так что ему оставалось только достаточно убедительно исчезнуть. Причем таким образом это проделать, чтобы никому и в голову не пришло его искать. И когда внезапно на Элиса вышел его бывший одноклассник, беглый рецидивист Касперин, план ухода сложился окончательно. Именно Касперин похитил для Элиса копию полотна Жерома и, заметая следы, поджег дачу Артема. Касперин великолепно стрелял из пистолета и легко мог убить нас с Артемом на даче. К счастью, наша смерть не входила в планы Элиса, так что Касперин нас лишь слегка попугал, воспользовавшись переданным ему Элисом «вальтером ППК» с глушителем. Касперин осуществил нападение на Ван Хофера и похищение документов. Касперин помог Элису подделать документы о продаже картины. Возможно, он подготовил и заграничный паспорт для Элиса. Очевидно, что смерть Касперина была предрешена: он слишком много знал. В поставленной Элисом пьесе Касперину уже заранее была отведена роль убитого. А роль его убийцы Элис решил поручить Зябликову. Перед заключительным актом пьесы Элис даже помирился с Зябликовым и пригласил его в свой загородный дом отпраздновать день рождения. Точно так же он улучшил отношения и с Борисом, хотя здесь я теряюсь в догадках: ведь еще пару недель тому назад Борис грозил поставить Элиса на счетчик, если тот не вернет украденные из «Кредо» деньги. Не внесешь ли ясность, Борис?

Глава 18

Борису явно не хотелось рассказывать, как он стал владельцем дома, в котором мы сейчас находились. Но деваться ему было некуда.

– Я предъявил ему претензии на полмиллиона долларов, и он тут же передал мне в качестве компенсации этот дом, – неохотно пояснил Борис. – Это было для меня…, ну, скажем,… весьма привлекательно. Деньги все равно с него фиг получишь, а этот дом, вместе с куском земли в гектар величиной, в значительной степени компенсировал долг. Ну, естественно, цены на землю и недвижимость в Подмосковье стабильно растут и……

– Короче, он за бесценок отдал тебе лакомый кусок недвижимости, и вы с Элисом снова стали друзьями, – подытожил я. – Тем более что первоначально в своих планах Элис ничего против тебя не замышлял. Удар должен был быть направлен против Зябликова, надоевшего Элису хуже горькой редьки. В этот план в той или иной степени были посвящены все члены клана Карсавиных: Ирина, Витюша и Николаша. Николаша был ознакомлен с планом подробно, в деталях, от Витюши скрыли наиболее пикантные моменты, а до Ирки довели только то, чего утаить было никак нельзя. План был таков: при стечении большого количества свидетелей Элис должен был погибнуть, причем так, чтобы сам факт его смерти и ее виновник были предельно открыты и легко установимы. Как я уже сказал, в качестве «убийцы» был избран Зябликов. Его кандидатура «прошла» по причине глубокой неприязни Элиса к мужу своей бывшей любовницы. А уж кандидатурой поистине идеальной Зябликова делала следующая особенность его физиологии: будучи по жизни примерным семьянином и подкаблучником, в пьяном виде Зябликов превращался в агрессивного буяна. Несмотря на свой отнюдь не богатырский вид, Зябликов без видимого ущерба для здоровья поглощал огромное количество спиртного – мы все были тому свидетелями! Войдя в состояние запоя, Зябликов мог беспробудно пьянствовать неделями, допиваясь до приступов белой горячки. В таких случаях мадам Зябликова просто отправляла его на дачу под надзором одного из сотрудников. Вот эту его особенность и решил использовать Элис. Довести Зябликова до невменяемого состояния в нужный момент должен был Витюша, для чего Элис и поселил их вдвоем в одной комнате. Ну а дальше должно было заговорить оружие.

Я сделал паузу, наслаждаясь вниманием слушателей. Я чувствовал себя Эркюлем Пуаро и Шерлоком Холмсом в одном лице. Компенсация за пережитые мною волнения! Я закурил и продолжил:

– Все мы прекрасно знаем, что Элис был человек страстный и увлекающийся. Одним из его увлечений было оружие. Элис не был коллекционером в буквальном смысле слова: в оружии он видел только практическую, в крайнем случае, – эстетическую сторону. Дуэльный пистолет Пушкина ему и даром был не нужен. А вот хорошая винтовка без лишних наворотов – это его стиль. Все мы видели его официальную коллекцию: простенький «ИЖ-18МН», штучный «ИЖ-27» «Русь», помпа «ИЖ-81» – все это относительно приличное, при условии грамотной доводки, охотничье оружие, при этом достаточно недорогое. Единственным безусловно ценным с коллекционной точки зрения экземпляром был доставшийся Элису от деда заказной штучный «зауэр три кольца». Но мало кто знал, что у Элиса был и потайной оружейный сейф, в котором он хранил, – очевидно, нелегально! – вполне боевое оружие: пистолет «глок-17», старенький «вальтер ППК» с самодельным глушителем и снайперскую бесшумную винтовку винторез. Там же лежали две коробки с патронами: девятимиллиметровые «браунинг курц» и «парабеллум», – для «вальтера» и «глока» соответственно. Так, Толик?