Я осторожно приняла напиток из рук фаворитки, защитные артефакты молчали. Значит, розовая жидкость в бокале не отравлена. Сделала несколько глотков, прежде, чем оставить бокал.
Девушка взяла меня под руку и что-то увлеченно говорила, ведя меня в сторону бального зала, как мне казалось. Ее слова доносились словно через толщу воды, и я никак не могла сосредоточиться на смысле сказанного. Голова кружилась, а тело с каждым шагом все больше отказывалось меня слушаться.
Внезапно родовой артефакт на моей груди нагрелся, предупреждая о смертельной опасности. Но я была уже не в силах что-либо предпринять, лишь медленно оседала на пол. Перед глазами все плыло, но я не могла не заметить довольной улыбке на пухлых губах фаворитки Императора.
Неожиданно чьи-то крепкие руки меня подхватили, не позволяя прикоснуться голове к холодному камню. Мой рот приоткрыли и с силой влили туда какую-то жидкость.
— Все будет хорошо, — произнес чей-то смутно знакомый голос, — Дана, открой глаза, — приказали мне, похлопывая по щекам.
Из последних сил распахнула глаза, увидев перед собой плывущее лицо Говарда.
Он говорит, что все будет хорошо? Но родовой артефакт не обманешь, он только накаляется все сильнее.
В бальном зале стихла музыка, раздались какие-то крики, шум и звуки боевых заклинаний.
— Что происходит? — вяло поинтересовалась.
— На дворец напали, — порывисто произнес Говард.
А в следующее мгновение перед нами распахнулся портал, из которого вышел отец в сопровождении личной охраны, министров и магов. Его темная фигура и взволнованный голос были последними, что я запомнила перед тем, как сознание накрыла темнота.
Глава 32
Сознание возвращалось ко мне вяло и неохотно. Первое, что я почувствовала после пробуждения, это резкая боль в висках. Еле слышно застонала, не в силах раскрыть глаз.
— Дами, лисенок, потерпи. Сейчас я позову целителя, — раздался надо мной голос отца.
Эта болезненная пытка продолжалась еще несколько минут, но казалось, словно целую вечность. Прикосновение холодных пальцев к вискам и потоки целительной магии смогли заглушить боль, даря освобождение.
— Угроза миновала, — услышала я голос главного придворного целителя, — Сейчас нам нужно направить силы на восстановление ауры. Несколько дней постельного режима, и мы поставим на ноги Ее Высочество к церемонии по случаю совершеннолетия.
С трудом распахнула глаза, взирая на склонившегося надо мной целителя и заметно осунувшегося отца.
— Что со мной произошло? — произнесла с трудом.
— Тебя отравили, — хмуро произнес князь Эмир.
— Я проверяла напиток перед тем, как выпить, — пояснила я, — Артефакты не выявили угрозы.
— Нам удалось выяснить, что это алхимический состав с использованием ментальной магии. Защитные артефакты не могли его обнаружить, — сообщил придворный целитель.
Наработки госпожи Франц? Но господин Лэмб говорил, что их уничтожили и наложили печать на магов, работающих с этим делом.
Но вслух поинтересовалась о другом:
— Что произошло на балу? Я помню какие-то крики и шум.
Лицо отца окаменело. Он жестом приказал целителю покинуть нас, и когда за мужчиной закрылась дверь, заговорил:
— Когда Бриан с Дритоном отправились на встречу с Императором, заговорщики напали на дворец, — сообщил отец, — Нам удалось подавить восстание, но главного организатора так и не поймали. Я крайне удивился, лисенок, когда обнаружил тебя там. Я готовился к переходу, но по сигналу твоего брата. И не был готов к тому, что твой защитный артефакт подаст мне сигнал.
Что-либо отвечать было бессмысленно. Перед строгим взором отца не поможет ни одно оправдание. Теперь меня точно запрут во дворце, и о прежней свободе можно забыть. Как и о том, чтобы окончить академию. Точно не после того, что случилось.
— Ты слышала лорда Тьера, — произнес отец, — До официального представления ко двору тебе еще нужно восстановиться. О твоих дальнейших планах поговорим после церемонии.
Несмотря на суровый тон, меня ласково поцеловали в лоб.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Отдыхай, мне еще нужно сообщить твоей матери, сестре и брату о том, что ты, наконец, пришла в себя, — произнес отец на прощание.
Но отдыхать мне долго не дали, спустя четверть часа в мои покои ввалился Бриан. Он сходу налетел на меня, крепко обнимая и прижимая к себе.
— Дами, я так за тебя переживал, — порывисто произнес брат, — Во всем я виноват, это я разрешил тебе участвовать в этой идиотской операции. Прости меня, пожалуйста, — его голос дрожал.
— Ты не виноват, — мягко возразила я, поглаживая брата по спине, — И ослабь напор, пожалуйста, ты меня сейчас задушишь так.
Бри тут же меня отпустил, с тревогой меня оглядывая.
— Ты бледная, — заметил брат.
— А ты плачешь, — не удержалась от ответного комплимента.
Бриан быстро вытер ладонью скупую слезу, покатившуюся по его щеке, и взглянул на меня с укором.
— Я тебя одну больше никуда не отпущу, — категорично заявил он, — Больше никаких авантюр, темных гильдий и участий в заговорах.
Не сказать, чтобы мне настрой брата пришелся по душе, но сейчас явно не тот момент и не та ситуация, чтобы пытаться отстоять свою независимость.
— Давай вернемся к этому разговору позже, — мягко попросила я, взяв брата за руку, — Лучше расскажи, чем в итоге все закончилось.
Бриан ненадолго задумался, не зная, с чего начать. А для меня эти секунды промедления были схожи смерти. Жив ли лорд Аллен? Ранен ли? Удалось ли предотвратить военный конфликт?
— С помощью ваших с Лис паучков заговорщики узнали о вашем с Верховным дознавателем появлении на балу, и о твоем разговоре с Императором. Они планировали захват власти позже, после начала войны с Южным континентом. Но когда они поняли, что их планы могут раскрыть, решили действовать немедленно, — наконец, заговорил Бриан.
— Откуда ты все это знаешь? — поинтересовалась нахмурившись.
Но хмурилась я от внезапного головокружения. Не знаю, что за алхимический состав решили на мне испытать, но даром это не прошло.
— Что с тобой, Дами? — взволнованно спросил Бри, — Позвать целителя?
Слабо покачала головой, которая от каждого движения начинала кружиться еще больше, откинулась на подушки и произнесла:
— Не нужно, продолжай.
— Лорда Крауда поймали и после недолгих допросов, сопровождающихся пытками, он во всем признался, — сообщил брат, — Но главным заговорщиком оказался не он, а лорд Линнет. Он был правой рукой нынешнего Императора и близким другом предыдущего. Ему удалось сбежать, его объявили в розыск и его поисками сейчас занимается лорд Аллен.
После упоминания о декане выдохнула с облегчением. Значит, с ним все хорошо. Жив, здоров и бегает за преступниками.
— Да что твоему демону станется, — фыркнул Бриан, заметив мою реакцию, — О себе бы лучше подумала. Провалялась без сознания три дня. Мама вся извелась, отца я таким нервным ни разу не видел. О Лис и твоих дружках из академии я вообще молчу. Оббивали двери твоих покоев все эти дни и обливались слезами поочередно.
— И даже Ритц? — спросила с усмешкой.
Брат ненадолго задумался, посмотрев вверх, а потом произнес:
— Нет, этот вроде не плакал.
Рассмеялись мы с Брианом одновременно. Напряжение начало ослабевать.
— Так, а что произошло на балу? Где дядя, им удалось поговорить с Императором? — продолжила засыпать вопросами брата.
— Они обо всем договорились как раз перед появлением заговорщиков. Мирного соглашения, правда, подписать не успели. Да и Темному Императору сейчас не до того. Соглашение подпишут на церемонии, посвященной твоему совершеннолетию. Оба монарха будут присутствовать, — успокоил меня брат.
— А что касается произошедшего на балу, — протянул он, — Ничего особенного не было. Шайка заговорщиков ворвалась в бальный зал, кидали без разбору боевые заклинания. Часть попыталась пробраться к нам и напасть, но ведь и у монархов силы не мало, — злобно усмехнулся Бриан, — И демон твой оказался хорош в бою, по силе мне практически не уступает.
