322
У Шардена приводятся более подробные данные о шахском дворце, разграбленном казаками: «Самый значительный убыток, который нельзя восстановить, был причинен разрушением одного прекрасного здания — королевского дворца, расположенного в середине города, где хранилась сокровищница фарфора, китайских ваз, чаш из сердолика, агата, корала, янтаря, посуды из горного хрусталя и других бесчисленных редкостей, которые эти варвары сломали или похитили. Они разрушили и находившийся в этом здании большой так называемый гауз, или танки, т. е. большой бассейн, выложенный золотыми пластинами. Каждый раз, когда я думаю о великолепии и прелести этого прекрасного места, я не могу побороть своего сожаления. И если читатель познакомился с тем описанием, которое я ему сделал, то он, наверное, признал, что такие прекрасные вещи заслуживали вечного хранения» (Шарден, с. 137).
323
Тамар Али-Капи — дворец в Исфагане (в дословном переводе «Высокие ворота»), выстроенный при шахе Аббасе I. Возможно, там была резиденция государственного канцлера, у которого, по показаниям подьячего Наума Колесникова, происходил описанный эпизод (Кр. война, т. I, с. 250).
324
Пиллори (pillori) — по-английски позорный столб.
325
Шарден разделял ошибочное мнение персидского правительства относительно причин и цели похода казаков. Он писал: «Великий князь (т. е. царь, — Е. Ш.) был рассержен оскорблением (речь идет о пренебрежительном обращении с посольством царя Алексея Михайловича), но в ту минуту он свою злобу скрыл, боясь столкновения с Аббасом; но, узнав в начале 1667 г., что тот умер и что власть в Персии попала в руки молодого правителя, он решил мстить. Он желал, однако, избежать открытой войны, и вот почему, чтобы нанести коварный удар, как будто без своего участия он возмутил казаков, живших у Черного моря… Им было дано предостережение воздерживаться называть его и не признаваться, что они были в сношениях с ним, они должны были притворяться, что самостоятельно пошли на это предприятие. Вот что об этом рассказывали и чему верили при персидском дворе» (Шарден, с. 112–114). Эта же точка зрения на поход Разина проводилась персидским послом в России Юсупом Эханбеком (Исуфбеком Юзбаши) и представителем армянской торговой компании Георгием Лусиковым во время переговоров о возмещении убытков персидского посольства и купцов, пострадавших в период Крестьянской войны (Кр. война, т. III, с. 296, 299, 301, 303 и др.).
326
О посылке в Персию Пальмара для организации обороны от разинцев, вышедших в Каспийское море, сообщалось персидскому шаху грамотой, посланной с Т. Брейном (Кр. война, т. I, с. 105 и 106). По-видимому, Пальмар выехал в Персию позднее, чем Брейн.
327
В данном месте записок в рассказ о русском посольстве в Персию вклинивается сообщение о полковнике Пальмаре. Здесь нет дефекта рукописи, поскольку сообщение о Пальмаре дается в середине листа. Вероятнее объяснить это обстоятельство фрагментарностью и черновым характером записок. Сообщение Кемпфера, что в Персию в качестве представителя русского царя был послан англичанин Хебдон, следует считать ошибкой. Многочисленные документы — наказная память Посольского приказа 1668 г., письмо Т. Брейна из Персии 1669 г., дипломатическая переписка России с Персией, допросы подьячего Н. Колесникова, бывшего в Персии, свидетельствуют о том, что русским посланником в Персии в 1668–1670 гг. был англичанин Томас Брейн, который и умер там в 1670 г. (Кр. война, т. I, с. 106, 128, 249; т. III, с. 194, 285, 292, 295, 296, 299 и др.). Причиной такой ошибки могло быть то обстоятельство, что Т. Брейн был женат на дочери состоявшего на царской службе торгового посредника посла Джона Хебдона, который в 60-х годах XVII в. был облечен полномочиями русского «комиссариуса и резидента» (И. Я. Гурлянд. Иван Гебдон. Ярославль, 1903, с. 6). В Москве бывал и брат Джона — Томас Хебдон, видный английский купец, ставший одним из свидетелей казни С. Разина 6 июня 1671 г. (Записки иностранцев, с. 127). Ни Джон, ни Томас Хебдоны никогда не был посланниками царя в Персии.
328
Описание зимовки на полуострове приводит также Шарден, который высказывает другое мнение о результатах сражения с персами, а именно: «Наступила зима, и они хотели провести ее в Персии и стали искать место, где могли быть в безопасности. Напротив этого города Фарабата был полуостров в форме языка, выдающийся на 10–11 лье в Каспийское море. Он изобилует оленями, кабанами, газелями из породы ланей. Он изобилует также лесами, пресной водой и всем, что нужно для жизни, поселение на нем очень удобно. Его называют „Майан-Кааль“, т. е. „Средний Рог“. Этим названием обозначают кусок земли, выдающийся в море. Там казаки укрепились. Они день и ночь заставляли там работать своих пленников и рыть большой ров вокруг их лагеря; из больших деревьев, которые там в значительной степени спутаны друг с другом, и кусков дерна между ними они устроили подобие вала, на котором поставили свои оборонительные пушки. Это было как раз то, что требовалось персам: как только они узнали, что казаки укрепились в этом месте, в конце этого года, несмотря на зиму (Шарден неправ: зима там — лучшее время года, — Е. Ш.), они отправились в поход против них и, так как они были сильнее, разбили их, взяли обратно почти всех своих пленных, принудили их погрузиться в барки, которые обогнули весь полуостров и достигли на самом отдаленном краю полуострова более выгодного пункта, защищенного болотом» (Шарден, с. 139). Кемпфер обрывает здесь изложение персидского похода Разина сообщением об уходе казаков с п-ва Майан-Кааль. Во второй части записок их поход описывается и далее, до заключительной битвы с Мамедиханом у Свиного острова.
329
Крупные неточности в передаче хода событий в России показывают плохое знакомство Кемпфера с историей восстания и ее описаниями, несмотря на то что он в 1683 г. проезжал по местам недавних событий на Волге и побывал в Астрахани.
330
Сведений о соратнике Разина Богомолове («Богумолик») в русских источниках не найдено. Об обстоятельствах взятия Разиным Нижнего, или Каменного Яицкого, городка (г. Гурьев) см.: Кр. война, т. I, с. 138.
331
См. с. 174 (комм. 2-й).
332
Здесь, так же как и далее, Кемпфер переходит от изложения показаний казака к авторской речи и снова, как и в первой части, неоднократно обращается к критике записок Шардена. Однако схема действий казаков и их маршрут в этой части записок Кемпфера даны иначе, чем в первой части, что подтверждает высказанное в предисловии соображение о самостоятельном, не зависящем друг от друга происхождении обеих частей записок, объединенных в переводе чисто механически (см. с. 155). Как видно из текста, названия «буса» и «струг» употребляются равнозначно. В первой части записок Кемпфер называет их и «кораблями» (ship). По отношению к персидским судам также употребляется слово «буса». Шарден дает интересное описание казацких стругов, которые он называет барками: «Эти длинные и широкие суда сделаны неглубокими, чтобы избежать подводных скал, которых много в этом море. Они погружены в воду на два-три фута. На каждой барке находились две небольшие пушки» (Шарден, с. 115).
333
Шарден пишет: «Он (царь Алексей Михайлович, — Е. Ш.) возмутил казаков, живших у Черного моря и заставил их идти вдоль Меотидских болот (Азовское море) и таким путем войти в Персию на берега Гиркании» (Шарден, с. 114). Гиркания — древняя область Персии, расположенная вдоль юго-восточного берега Каспийского моря, к ней относились провинции Мазендеран и Астрабад; с запада к ней примыкала провинция Гилян.
334
Элл — мера около аршина.
335
Фатом — шестифутовая сажень.
336
О маршруте казаков см. с. 175 (комм. 3-й).
337
Здесь обходятся молчанием события в Реште, о которых говорится во всех других источниках и, в частности, в первой части записок. Очень вероятно, что все рассказанное далее относится не к Астрабаду, а к Фарабату, так как имеет много общего с другими известиями о пребывании там казаков (см. первую часть записок Кемпфера и записки Шардена; см. также комм. 8-й). Астрабад во время персидского похода Разина был не городом, а небрлыпой «деревней» с увеселительными дворцами шаха, находился поблизости от г. Фа-рабата — столицы Мазендерана; к нему не может относиться все сказанное ниже. Поскольку Фарабат и Астрабад расположены поблизости и в обоих находились шахские дворцы, это могло способствовать ошибке.
338
