Читаем без скачивания Больше, чем ты желаешь - Джо Гудмэн

- Надеялась, но не таким способом, - задумчиво произнесла Брай. - Я ожидала, что смогу направить игру в нужное русло. Я бы тщательно отобрала гостей, и, уж конечно игра состоялась бы в нашем доме.

- И ты смогла бы это устроить?

- Конечно. Раньше мне приходилось заниматься подобии вещами. Не часто и всегда по просьбе отчима, но я все организовывала для него.

- Значит, ты хочешь, чтобы я отказался от этого предложения?

- Да.

- А если я все-таки его приму?

Брай закрыла глаза, и перед ее мысленным взором всплыли остатки сгоревшей теплицы.

- Я не знаю, - прошептала она, внезапно почувствовав боль в груди. - А ты хочешь?

- Да, - ответил Люк, погладив ее по щеке. - Я хочу сделать это.

Брай поднесла его руку к губам и поцеловала в ладонь.

- Бри... - Люк притянул ее к себе и заключил в объятия. - Все будет хорошо, - пообещал он. - Вот увидишь. Все будет просто замечательно.

Брай не знала, как он это сделал, но он заставил ее поверить ему. Нежный голос и крепкие объятия изгнали ее страхи. Для полной убедительности он зацеловал ее так, что она сдалась.

***

- Ты не видела Люка? - спросила Брай Марту, когда они встретились на черной лестнице, ведущей в кухню. - После обеда он остался с Оррином, а потом куда-то исчез.

Марта покачала головой. В руках у нее была гора постельного белья, и она придерживала ее подбородком.

- Может, он пошел навестить Джона? - предположила она.

- Я только что от него. Моей матери там тоже нет.

- Если они ушли вместе, то, возможно, сейчас гуляют в саду.

Время для прогулки было позднее, но Брай решила, что Марта права. Возвращаясь от Джона, она не заметила никого на дорожках сада, но она специально и не приглядывалась.

- Спасибо, Марта. - Легко сбежав по лестнице, Брай прошла на террасу.

В серебристом свете луны она увидела две фигуры, медленно прогуливающиеся по выложенным гравием дорожкам. Она помахала им рукой, но они ее не заметили. Решив не мешать им, Брай опустилась в плетеное кресло, развернув его так, чтобы ей был виден весь сад. Даже ночь не могла скрыть красоту симметрии в любовно распланированном саду. Тщательно подстриженная живая изгородь была глубокого серо-зеленого цвета. Последние отцветающие розы казались почти черными. Прихваченные морозцем осенние цветы сверкали омытые призрачным лунным светом.

Сквозь неумолчный шум реки, несущей свои воды в океан, Брай услышала другой звук, менее отчетливый. Она без труда определила его, так как слышала его на протяжении многих лет: этот легкий звенящий звук был смехом ее матери.

Элизабет Гамильтон Фостер смеялась.

На открытом воздухе смех этот звучал еще мелодичнее. Брай откинула голову на спинку кресла и закрыла глаза. Несколько минут спустя раздался хруст гравия: мать с Люком приближались к веранде. Они остановились на верхней ступеньке и сразу заметили ее.

- Я не сплю, - сообщила она. - На сегодня с меня достаточно.

- Я думала, ты ушла в свою комнату сразу после обеда, - удивилась Элизабет. - Мне казалось, ты плохо себя чувствуешь.

- Уже хорошо. - Брай открыла глаза. Она не могла знать, что даже в полумраке веранды ее глаза сверкали. - Я наконец выспалась и пришла в себя. Марта сказала, что вы гуляете в саду. Как давно ты не гуляла, мама!

- Твой муж предложил мне прогуляться и был столь любезен, что вызвался меня сопровождать. Ты знаешь, что он собирается внести некоторые изменения в общий вид сада?

- Нет, - удивилась Брай, хотя хорошо помнила чертежи, которые нашла в его комнате. Он так и не поделился с ней своими планами, а она не сочла нужным начинать этот разговор. - И что же это за изменения?

- Бассейн с подсветкой. Дикие цветы. Лабиринты. Экзотические рыбки в пруду. Все продумано великолепно, Брай! У меня даже появилась мысль, что, когда все будет закончено, мне не захочется проводить лето в Чарлстоне. Будет гораздо приятнее оставаться здесь и каждый день любоваться цветами.

Энтузиазм матери передался и Брай, вызвав на ее губах улыбку. Она избегала смотреть на Люка.

- Звучит восхитительно, мама.

- О да. - Элизабет подошла к дочери и, наклонившись, поцеловала ее в щеку. - Спокойной ночи, дорогая, - улыбнулась она и направилась к двери. Проходя мимо Люка, она остановилась и слегка сжала ему руку.

- Ты не хочешь ознакомиться с моей планировкой сада? - спросил он.

- Хочу.

- Идем. - Взяв Брай за руку, он повел ее в Музыкальный салон. Подняв полированную крышку рояля, он вынул свернутые в трубочку чертежи. - Этих чертежей Элизабет не видела. Пока мы гуляли, я сделал для нее несколько набросков. - В подтверждение своих слов он вынул из кармана несколько листов бумаги. Закрыв крышку рояля, он снова взял Брай за руку и повел к лестнице, но вдруг остановился. - Подержи-ка их. - Люк сунул ей в руки чертежи, а затем прижал ее к стене и целовал так долго, что у нее перехватило дыхание.

Удивленная и польщенная, Брай чуть не свалилась с лестницы. Но он не дал ей упасть, крепко ухватив за локоть. Затем, подхватив жену на руки, быстро взбежал по лестнице и ногой распахнул дверь в спальню.

Лампа в комнате не горела, и Брай не стала звать слуг, чтобы зажечь ее. Шторы на окне были задернуты. Как только дверь за их спинами захлопнулась, чертежи выскользнули из ее дрожащих рук. Люк оттолкнул их ногой и прижал жену к двери. Она встала на цыпочки, и его губы быстро нашли чувствительную ямку за ее ухом. Чтобы не упасть, она вцепилась в его сюртук.

Ее потрясла сила его страсти, и она рванулась к нему в нетерпеливом ожидании. Ее сердце рвалось из груди и так сильно стучало, что ей казалось, будто стук его разносится по всему дому.

Люк расстегнул маленькие пуговки на лифе, и платье соскользнуло с ее плеч. Он уткнулся лицом в изгиб ее шеи и крепко прижал Брай к себе.

У нее перехватило дыхание.

- Я люблю тебя, - шепнула она и закрыла глаза. Люк поднял голову и, прищурившись, попытался в темноте рассмотреть ее лицо. Оно было искажено страстью.

- Брай, ты этого хочешь?

Она кивнула. Ей не хотелось говорить, но она должна была сделать это признание:

- Я все рассказала матери.

Его брови поползли вверх. Он обхватил ладонями ее лицо.

- Ты рассказала своей матери?

- Да. Да. Я это сделала.

Брай не могла отвести от него взгляда. Радужная оболочка его глаз отливала серебром. Дрожь пробежала по ее телу. В темноте она заметила, как сверкнули в улыбке его белые зубы. Похоже, он понимает причину ее дрожи. Она судорожно вздохнула, и в этот момент он поцеловал ее.

Поцелуй был глубоким, страстным. Его язык проник внутрь ее рта. Он коленом раздвинул ей ноги. Между ног у нее было влажно и горячо. Вот если бы он упал на колени к ее ногам, задрал ее юбки и погрузился в эту влажную глубину...

Эта мысленная картина так потрясла ее, что у нее подкосились ноги и она начала медленно спадать на пол. Люк не дал ей упасть. Он взял ее руки и положил их к себе на плечи. Он дышал тяжело и хрипло.

- Все хорошо. Бри?

Она кивнула и, жадно припав к его рту, услышала, как он застонал. Он приподнял ее и крепко прижал к себе. Ее груди набухли и вылезли из корсета. Ей до боли хотелось, чтобы он дотронулся до них.

Он расстегнул еще несколько пуговиц на ее платье и спустил его до талии.

- Не двигайся, - приказал он, направляясь к прикроватному столику, чтобы зажечь лампу.

Брай стояла там, где он оставил ее. Он зажег лампу и повернулся к ней. Его лицо было в глубокой тени, однако она чувствовала, что его взгляд ощупывает ее тело. Он пошел и начал жадно целовать ее губы, шею, плечи. Брай с трудом сдерживала рвущееся наружу рыдание. Взгляд Люка упал на ее шелковый корсет.

- О Господи! - удивленно произнес он. - Ты носишь "броню"?

- Ты правильно сказал, - улыбнулась Брай.

Корсет, сделанный из китового уса, поддерживал ее спину. Благодаря ему осанка у нее была королевской. Но в то же время он стеснял ее, затруднял дыхание.

- Я буду рада освободиться от него.

Это входило и в планы Люка.

- Повернись.

Брай повернулась лицом к двери и оперлась об нее руками. Прикосновения Люка вызывали у нее дрожь. Она не могла дождаться, когда он, наконец, избавит ее от одежды. Он снял с нее платье и начал развязывать шнуровку корсета. Он ловко справился с этой задачей и, наконец, освободил ее от "брони".

Брай постанывала от удовольствия, когда Люк, задрав ей сорочку, начал массировать кожу, на которой остались следы от корсета. С каждым поглаживанием он все ближе подбирался к ее груди и набухшим соскам.

Когда он наконец взял в руки ее грудь, Брай оторвалась от двери и прижалась к нему. Он ласкал ее, гладил, целовал ее волосы, уши, виски, нежные щеки.

Сжав ее в объятиях, Люк шептал ее имя. Наконец он подхватил ее на руки и отнес на постель. Встав на колени, он снял с нее туфли и чулки. Опершись на локти, Брай с интересом наблюдала, как он задрал отделанный кружевом подол ее сорочки и его руки скользнули к бедрам, чтобы снять с нее панталоны.