И Диана, хоть и с очевидной неохотой, последовала примеру подруги. Мы с Эльтаром, потрясенно застыв, следили за медленными ласкающими движениями девушек, которые, плавно танцуя, принялись энергично выгибаться и касаться себя в самых выпуклых местах, сверля взглядами эту белесую тварь.
– Мы же не можем на это смотреть, – возмущенно вмешался Сеятрик и, перекрыв обзор, лишил нас невероятного зрелища.
Мысль доверить землянкам допрос уже не отталкивала, а, наоборот, радовала необозримостью волнующих переживаний. А кого допросить, найдем… Лишенные визуального изображения, мы продолжали прислушиваться к происходящему. Так, разгневанный вскрик Даши известил нас об окончании процесса обольщения. Не знаю уж, как хаята, но нас точно проняло.
– Ну неужели во Вселенной ни одного настоящего мужчины не осталось?! – в бешенстве вопила она. – Они все фригидные или это мы такие недоделанные?! Свинья ты худосочная и бесполая…
– Даш, он вообще непонятно кто – чего ты расстраиваешься? – попыталась унять ее Диана. Но Даша не унималась:
– Диан, да ладно, если бы он первый такой был! Сколько можно терпеть все это?.. Тьфу на тебя, морда противная! – Даша со злости плюнула в сторону хаята.
И так она удачно это сделала, что, несмотря на энергорешетку, попала на бледную щеку монстра. Дальнейшие события поразили всех. Эта тварь мгновение молчала, а потом как завизжала, извиваясь в путах и пытаясь освободиться! И что совсем уж невероятно – щека пузырилась и дымилась. И хаят, терзаемый, очевидно, неимоверной болью, начал говорить. Перейдя на свой ультразвуковой голос, похожий на скрежет металла или, точнее, визг, автоматически переводимый находящимся в моей каюте устройством, он начал рассказывать про их планету, странное излучение и способность к мутации, моля лишь о том, чтобы мы убрали от него этих особей женского пола, а еще лучше – пристрелили бы его сами.
Обалдеть! Они своего добились! Смогли выяснить то, в чем столетиями пытались разобраться наши ученые.
– Она ядовитая! – выдавил из себя потрясенный Сеятрик.
– Не сомневался в этом никогда, – на автомате ответил я.
А Эльтар, судя по внешнему виду, от потрясения и осознания важности совершенного открытия и вовсе лишился дара речи.
Глава 21
Диана
Мы, прочно окопавшись в каюте, приходили в себя от невообразимой гаммы впечатлений, полученных в результате невероятно эффектного окончания допроса. Весь допрос погруженный в кататонию хаят неожиданно взорвался настоящей истерикой, перепугав нас неимоверно. Причем визжал капитально – словно его живьем поджаривали, а дергался при этом так… Потом, не успели мы вообще понять, в чем дело и куда бежать прятаться, в комнату вломились эятеры в составе поблескивающих безумными взглядами Эльтара, Ирьяна и Сеятрика. Что характерно, все трое дружно кинулись к Дарье с намерением расцеловать в обе щеки (в какой-то момент мне даже показалось, что они подхватят ее на руки и начнут подкидывать вверх с криками «алле-алле!»). Вот что за безумие творится у этих инопланетян?! А хаят в это время все продолжал вопить, невероятно жалостливым взглядом уставившись на мужчин.
Из-за всей этой суеты и паники-истерики я так перепугалась, что забыла застегнуть на груди свой форменный комбинезон, так и отсвечивала при инопланетной мужской общественности интимными деталями туалета. Стыдоба! И если бы не Эльтар, все пытавшийся прикрыть меня широкой спиной, которую я, естественно, настойчиво отодвигала – ну весь обзор перекрыл, нелюдь! – так бы и позорилась дальше. К счастью, необычайно громкое негодующее сопение высокородного эятера, сопровождавшее каждый мой толчок под его ребра и тщетную попытку его сдвинуть, привлекло мое внимание к некоторой вольности собственного туалета, вынудив пристыженно пискнуть и быстро все прикрыть.
В отличие от меня, Даша не тушевалась и, резво пробравшись с фланга на передовую сражения за право владения хаятом, категорически заявила, тыча в уже (судя по его виду) бьющегося в предсмертных конвульсиях инопланетянина пальцем:
– Наш он! Не отдадим!!!
– Дашенька, – это Сеятрик ухватил подругу за ладошки, – никто на него и не претендует! Зачем он нам теперь, если уже все рассказал?..
Тут Ирьян весьма ловко пнул несдержанно откровенного на волне испытываемого счастья помощника ногой, но… было поздно. Даша, резво высвободившись из рук побратима, с грозным видом развернулась к Ирьяну:
– Та-ак… получается, что мы имеем? Мы «языка» привели – это раз, мы его «разговорили» – это два! А нас теперь в сторонку подвинут, грамоту дадут, ручку пожмут – и все?!! Себе наши достижения присвоите, наверняка ведь и награда имеется?! Не пойдет так! Главе вашего фиорда так и расскажем – облапошили нас, бедных, голову задурили, а сами под шумок главного лишили!
Я, в потрясении потянувшись к подруге, попыталась ухватить ее возбужденно размахивающую руку, чтобы остановить, пока она лишнего не наговорила, но Даша была неумолима:
– А в чем я не права? Это мое профессиональное достоинство! Почти честь диплома! Мы тут весь спектр психологических приемов использовали, чтобы он заговорил. Судя по вашей радости, у вас с этим дела обстояли куда как хуже!
– Даша!
Н, вот и Ирьян завелся, сейчас опять рассорятся.
– Спешу тебе сообщить, что все твои психологические приемы не помогли! Он на них в принципе не реагировал! Так что поумерь восторги.
Быстренько вывернувшись из-за спины Эльтара, я юркнула между этими двумя мечущими искры спорщиками, от которых уже, образно говоря, предвещая скандал, «валил пар», и обратилась к присутствующим мужчинам:
– А что произошло? Действительно что-то вы чересчур радостные.
– Так он разболтал их главный секрет про мутац…
На рот нашего излишне болтливого от пережитого счастья побратима опустилось сразу две решительные мужские руки, уверив меня в том, что от нас пытаются что-то скрыть!
– Грабят! Посреди белого дня! – тут же заголосила Даша, видимо заподозрив то же самое. – Говорю тебе, Ди, мы тут на местную нобелевку настарались, а они открытие себе присвоить хотят! Нет в жизни справедливости! Тьфу на них!
Эффект от Дашиного вопля был невероятный – хаят взвыл, словно в последнем агонизирующем вое, присутствующие эятеры дружно отшатнулись в сторону, заставив нас недоуменно на них уставиться. И что бы это значило?
– Дааш, – начала я излагать оформившееся подозрение, когда подруга, неожиданно успокоившись, заявила:
– Так, чего-то мы тут действительно все разволновались! А я лично кушать хочу: непростое это дело – быть дознавателем. А я, когда голодная – всегда нервничаю и покусать кого-нибудь хочу. Поэтому предлагаю встретиться на нейтральной территории за ужином и все обсудить. Ждите нас в столовой, мы переоденемся и мигом к вам, – выдала подруга директиву, не дожидаясь согласия ответной стороны, махнула мне рукой и двинулась к выходу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
