Читаем без скачивания Рождение богов - Галина Раздельная

Ещё шаг. Её руки легли поверх невидимой поверхности, касаясь барьера. Тот не таил в себе опасности для неосторожного прохожего или зазевавшегося ездока. Натыкаясь на него, можно было почувствовать пружинистую вибрацию, легонько отталкивающую назад, что сейчас и ощущала девушка. Ступив ещё один шаг, Кали подошла вплотную, застыв на месте. Где-то позади слышались короткие хлопки выстрелов. Девушка сделала вздох, закрыла глаза. Задержала дыхание. Резкий выдох. Тишина.

Кали открыла глаза. Она продолжала стоять на месте, но ни единый звук более не касался её чутья. Зрение же девушки, напротив, отворяло иные грани, воспринимая невидимый барьер куда иначе, чем могло себе представить воображение любого прохожего.

Перед Кали ровным сплошным потоком энергии растекалась материя, окутывающая комплекс. Невидимая и видимая для неё. Такая привычная и незнакомая. Помедлив в нерешительности, девушка принялась за работу. Она усердно старалась обнаружить в ней зазор размером хотя бы в кварк. Каждое её прикосновение к поверхности вызывало едва ощутимую рябь, тихую, как тонкий стрёкот кузнечиков. Материя возмущалась от присутствия рядом чужеродной силы. Она не была живой, но жила, и Кали чувствовала её недовольство.

Девушка надавила сильнее, прогибая материю немного вглубь, всматриваясь в скрытые даже от её взора ниточки энергии. Не найдя простого зазора, Кали перенаправила усилия в другое русло, пытаясь построить проход между плотными, но далеко не сплошными потоками энергии. На этот раз у неё начало получаться. Её разум, пронизывающий удерживаемую ею материю на уровне частиц, медленно продвигался вглубь. Если ей удастся выйти с другой стороны барьера, этого прохода будет достаточно, чтобы открыть временный портал, и провести наёмников.

Огибая очередной поток энергии, Кали, не успев среагировать, слегка задела следующий, вновь вызывая возмущение материи. Но на этот раз рябь не прошла, а переросла в волновые толчки, уклониться от которых у неё уже не получалось. Сознание девушки, пронизываемое мощными потоками энергии, оказалось зажато в водовороте, и Кали не могла разорвать эту связь. Волновая вибрация энергии обретала звуки, всё более громкие, выдающие себя яркими, негативно окрашенными всплесками.

Материя не просто злилась от нежданного вторжения, она переливалась всеми красками отрицательных эмоций. Её возмущение, никак не сказывающееся на окружающей среде, ответным ходом пробралось и в сознание девушки, подчиняя его себе, и та, не в состоянии уже закрыться от воздействия, в одно мгновение прочувствовала этот ужас.

Уступив власть над собой, по сути, проиграв, Кали не могла вырваться. Она продолжала стоять с выведенными вперёд руками, застывшая и задумчивая. И будь рядом с ней кто-то, он бы не различил вокруг неё нарастающий вихрь. Но она его различала. Девушка разворошила осиное гнездо незримых потоков разъярённых частиц, управляемых таким же незримым результатом флуктуаций, породивших в замкнутой энергии интеллект, способный себя осознавать. Кали не ошиблась, сравнив материю с чем-то живым, но ошиблась лишь в том, что она и так была по-своему живой. И сейчас витающий в этой материи интеллект, разъярённый от посягательства на его владения, был всевластен над пойманной им девушкой.

Никогда ещё Кали не чувствовала такой потребности в своих силах, как сейчас. В любую секунду разбуженный ею страж мог сделать с ней всё что угодно, и простая гибель в этом случае показалась бы не самым плохим исходом.

Сознание девушки попыталось освободиться, но ещё больше увязло в окутывающей его энергии. Теперь незримый интеллект, управляющий барьером, полностью контролировал не только разум девушки, но и её тело. Кали мысленно обратилась к стражу, стараясь объяснить причины, по которым ей пришлось потревожить его границы. Негативные эмоции, отражающиеся в потоках энергии, лучше любых ответов демонстрировали настроение стража, и Кали тщетно пыталась его утихомирить. От волнения её мысли сбивались и путались. В любое мгновение она ожидала реакции интеллекта, его наказания.

Его злость была понятна девушке. Эта реакция пробудилась бы у любого осознающего себя мало-мальски развитого существа, защищающего свой дом. Но среди ниточек гнева Кали улавливала и мириады иных чувств. Материя вокруг переливалась не только злостью. Яркими вспышками на её поверхности выделялись отчаянье, страх, безысходность, ужас. Кали не верилось, что именно её вторжение могло вызвать такой всплеск негатива. Ведь интеллекту, поймавшему её, теперь ничего не угрожало.

Пронизывающие её разум нити энергии внезапно ослабли, лишь слегка придерживая сознание девушки. Кали поняла, что может уйти, но медлила. Материя вокруг неё словно пыталась что-то сказать гостье, не находя способа выразить свои мысли. Кали не разобрала и десятой части импульсов, направленных в её сознание. Всё, что ей было не чуждо — это проявление эмоций.

Постепенно до неё стало доходить. Интеллект злился, но не на неё. Он чувствовал страх, но не из-за неё. И гнев, который она приняла на свой счёт, был ничем иным, как попыткой что-то объяснить, рассказать. Не будь Кали ограничена в своей силе, ей, несомненно, удалось бы услышать крик стража барьера, но сейчас всё, что она могла понять, так это интонацию этого крика. Интеллект просил помощи. Её помощи!

Кали попыталась успокоиться. Больше она не сопротивлялась. Интеллект ослабил давление.

— Покажи мне, — безмолвно просила девушка.

Но материя не могла передать образы. Только чувства. Ужасные чувства, тёмные, страшные.

Кали вновь попыталась освободиться, но в ту же секунду её начало засасывать вовнутрь, проталкивая в открывающийся проход. Девушка вскрикнула, упираясь, но ей не удалось остановить напуганный интеллект барьера, увидевшего в ней защитника. Он не просто хотел её помощи, он требовал её. Понимая, что вот-вот провалится, Кали из последних сил пыталась сопротивляться. То, что так напугало интеллект, все ещё творилось в сокровищнице. Девушка и сама не до конца понимала случившееся, зная лишь наверняка — по ту сторону небезопасно. Возможно, ещё более небезопасно, чем по эту. Как предупредить об этом наёмников?

Кали начала истошно кричать, но её отчаянный голос не прорывался дальше собственных мыслей. Данные ею семь минут отбивали последние секунды. Время заканчивалось…

Остатки экипажа «Ласточки» готовились покинуть уже горевший корабль. Энлиль и команда дожидались у аварийного шлюза, через который совсем недавно убежала и сама Кали.

— Все помнят, оружия не брать?! — обращаясь скорее к Энки, чем к техникам, предупреждал он.