Возьмите американскую Систему глобального позиционирования GPS (Global Positioning System) – две дюжины спутников на высоте около 12 500 миль над Землей, более чем в пятьдесят раз выше, чем летают обычные низкоорбитальные спутники. Вы пользуетесь их данными, чтобы добраться до нового дома вашей кузины, в десяти милях черт знает откуда, и пообедать с ней в День благодарения; геологи – чтобы нанести на карту зоны тектонических разломов в западной Индии; биологи, занимающиеся охраной окружающей среды, – чтобы отследить передвижения меченых особей популяции гризли в штате Альберта в Канаде; люди, которым приспичило заняться сексом, – чтобы быстро найти потенциальных партнеров в пределах своего района. GPS – всеобщий добрый помощник. И вы, наверно, не догадываетесь, что эта система была создана по заказу Министерства обороны США и контролируется космическим командованием ВВС. Гражданское население может пользоваться GPS, но оно получает менее точные навигационные данные, чем те, которые поставляются военным. Люди в других странах тоже ею пользуются, но нет никакой гарантии, что они сохранят к ней доступ, если политическая ситуация вдруг изменится.
А кроме того, есть (и были) спутники американской программы противоракетной обороны, военно-метеорологической программы, военной системы спутниковой связи, системы оповещения о ракетном нападении, космической системы инфракрасного наблюдения, системы стратегической и тактической связи, программы GRAB (Galactic Radiation and Background) – множество секретных и рассекреченных спутников, чьими разведданными пользуются многочисленные оборонные учреждения США. Военные спутники летают вокруг Земли уже полвека – их стали запускать вскоре после того, как 4 октября 1957 года Советский Союз вывел на орбиту первый в мире искусственный спутник, чем очень обеспокоил Соединенные Штаты. С самых первых дней космической эры разведка была главной темой повестки дня: американская космическая программа «Корона», выполнение которой началось в августе 1960 года, и советская космическая программа «Зенит», стартовавшая в апреле 1962 года, являлись элементами холодной войны. В ходе их выполнения были получены сотни тысяч разведывательных фотографий, хотя обе программы маскировались под сугубо научные и даже фигурировали в гражданском обиходе под другими названиями[247].
Обозревающие Землю с большой высоты камеры сегодняшних спутников общего назначения полезны для прокладки дорог и мониторинга ураганов, для поисков древних руин, поглощенных песками или джунглями, для указания пути спасателям, которые направляются в населенные пункты, отрезанные от мира пожарами, наводнениями, оползнями или землетрясениями. Большинство этих камер смонтированы на спутниках, находящихся на высоте между 200 и 22 000 миль. Те же (или очень похожие) камеры, что используются для отслеживания сокращающейся площади лесов и уменьшения ледников, могут применяться и для отслеживания перемещений противника.
Фактически большинство спутников имеет «двойное назначение». И если, как указывает Джоан Джонсон-Фриз из Военно-морского колледжа США, выражение «двойное назначение» может подразумевать не только оппозицию «гражданское/военное», но и «оборонительное/наступательное», то «космические технологии по меньшей мере на 95 % имеют двойное назначение»[248].
Вот, например, у Индии есть спутник TES – Technology Experiment Satellite, – с конца 2001 года обращающийся вокруг Земли на высоте около 350 миль. Когда главу Индийской организации космических исследований спросили, не применяется ли оптическая камера TES, достаточно сильная, чтобы различать на поверхности Земли детали размером в метр, для шпионажа, он ответил: «Эта камера используется для гражданских целей, соответствующих интересам нашей безопасности. <…> Все спутники наблюдения за Землей смотрят на Землю, и назовете вы это изучением земной поверхности или шпионажем – просто вопрос интерпретации». Что ж, один спутник с камерой высокого разрешения – хорошо, а два еще лучше. Весной 2009 года Индийское космическое агентство запустило построенный в Израиле спутник RISAT-2, оснащенный всепогодным и круглосуточно действующим радаром, пригодным для мониторинга как посевов, так и пограничных зон. На вопрос о цели его запуска газета Times of India процитировала высокопоставленного индийского чиновника в области космических исследований, который сказал: «Спутник в основном будет использоваться в целях обороны и разведки. Он также хорошо оснащен для борьбы с последствиями стихийных бедствий и чрезвычайных ситуаций, для действий в условиях циклонов и наводнений и для сельскохозяйственных нужд». Не обращая внимания на ссылки на стихийные бедствия, редакторы Times озаглавили свой отчет «20 апреля Индия запускает спутник-шпион».
Со дня, когда Галилей преподнес дожу подзорную трубу с девятикратным увеличением, в мире произошли бесчисленные перемены. Он, конечно, не мог представить себе, во что превратится его наблюдательное устройство, не мог и помыслить о том, что дальние родственники его телескопа будут с орбиты обозревать всю Землю. Но цену быстрого доступа к информации он хорошо знал и поэтому, возможно был бы рад, что его имя будет присвоено спутниковой системе глобальной навигации Евросоюза. Взаимодействуя с GPS (так же, как и с эквивалентной российской системой ГЛОНАСС), система «Галилей» делает глобальную информацию, когда-то доступную только США, достоянием всех. Как констатирует управляющее этой системой агентство, «в лице «Галилея» пользователи получили новую и надежную альтернативу, которая, в отличие от других программ, остается под гражданским контролем».
Под контролем, но без права исключительного использования. В 2016 году автор доклада о связанных с национальной безопасностью аспектах космических возможностей Евросоюза сказал, что, хотя «Галилей» и система спутников дистанционного зондирования ЕС «Коперник» незаменимы в таких жизненно важных вопросах, как координирование воздушного сообщения и отслеживание изменений состояния атмосферы, «мы не должны бояться сказать и о том, что они также служат целям общеевропейской политики безопасности и обороны».
Помимо неприятностей, беспрестанно устраиваемых друг другу землянами, все эти «космические глаза» чувствительны и к одной общей внешней угрозе: космической погоде[249]. В XIX веке операторам электрического телеграфа, как и всем тогдашним жителям Земли, было невдомек, что Солнце представляет собой гигантский шар из намагниченной плазмы и на нем время от времени происходят вспышки, во время которых в межпланетное пространство выбрасываются потоки заряженных частиц. В 1859 году на Землю обрушился крупнейший за предыдущие пятьсот лет плазменный ливень, таинственным для всех образом прервавший работу всех новорожденных телеграфных систем на земном шаре. Эта вспышка была столь сильной, что даже удостоилась собственного имени – «Событие Кэррингтона», по имени изучавшего Солнце английского астронома Ричарда Кэррингтона, первым ее наблюдавшего. Сегодня, когда вокруг Земли вертятся сотни военных и коммуникационных спутников, а всю нашу голодную до электричества цивилизацию опутывают разветвленные энергетические сети, мы более, чем когда-либо прежде, уязвимы для такой вспышки. И на случай ее повторения энергетические компании укрепляют электронную защиту своих основных коммутационных подстанций. Европейское космическое агентство, Министерство природных ресурсов Канады, Национальное управление исследования Мирового океана и атмосферы США имеют в своем распоряжении целые коллективы, единственная обязанность которых – отслеживать и предсказывать космическую погоду. Эти предсказания позволяют в преддверии солнечной магнитной бури переводить спутники в безопасный режим работы, защищая таким образом их электронную «начинку» от разрушительного вторжения потока заряженных частиц.
