бывают такие ненормальные ― любят человечину. Что же делать?
Паника накрыла меня с головой.
И тут вперёд вышел Арчи. Он низко поклонился и, улыбнувшись, буквально выдернул поднос из рук растерявшейся невесты. Дунув поверх кубков, спокойно сказал:
― Не будем обижать таких прекрасных хозяев, пейте, друзья, уверяю, вам понравится!
Мы с Фредди переглянулись, он с поклоном принял кубок и выпил залпом, крякнув:
― Замечательная штука, счастья молодым!
Тут только я заметила, что зал притих и наблюдает за нами. Деваться было некуда, и, храбро взяв переливающийся камнями сосуд, выпила, почувствовав, как обыкновенная вода льётся мне в горло.
Как же я могла забыть, что рядом находится замечательный Фокусник! С умильной улыбкой, как дурочка, хлопая ресницами, прощебетала:
― Счастья такой прекрасной невесте и её наверняка достойному жениху!
Моё пожелание было встречено рёвом публики и благосклонной, но очень страшной улыбкой невесты. Она забрала кубки и скрылась в толпе, продолжившей реветь свои странные песни. Пот неприятно холодил спину, и ужасно хотелось почесаться, но от волнения руки словно сковал мороз.
Смотревший на нас, открыв рот, мальчишка неожиданно подёргал Арчи за рукав, прошептав ему в ухо:
―Ты ― Фокусник, да? Там же сонная настойка, она должна была сразу свалить вас с ног, вот это да! А ещё покажешь? Я так мечтал сбежать отсюда и посмотреть настоящее представление…
В его глазах появились слёзы, и Арчи кивнул, неожиданно громко захлопав в ладоши. Все сразу замолчали, уставившись на него. Тут только я смогла немного рассмотреть местных жителей ― большего собрания уродов мне в своей жизни ещё не приходилось встречать. Даже затошнило, но не от отвращения, а жалости к ним.
Опустив глаза в пол, я не стала смотреть устроенное Арчи представление ― мелькали разноцветные шары, появлялись и исчезали забавные животные, взрывались фонтаны огней ― публика была в восторге, хлопая в ладоши, одобрительно топая ногами и посвистывая. Мне же было тоскливо, и не отпускало чувство надвигающейся беды. Хотелось только одного ― поскорее уйти отсюда и спрятаться, чтобы не видеть эти лица, больше похожие на уродливые маски.
Мы сидели за крайним столом, делая вид, что ковыряемся в еде, пока Арчи отвлекал от нас внимание. Мальчик, не спускавший счастливых глаз с происходивших вокруг «чудес», вдруг наклонился к Фокуснику и что-то ему прошептал. Тот нахмурился, кивнув в ответ и обратившись к нам:
― Немедленно заткните уши.
Мы беспрекословно подчинились. Арчи негромко произнёс несколько слов, и вся «свадьба» повалилась на лавки, громко храпя.
Рой, так звали нашего нового знакомого, махнул рукой, приглашая за собой. Мы пошли, и я попыталась спросить Фредди, что же происходит, но он только буркнул:
― Сам не знаю, но чувствую ― ничего хорошего, помалкивай и беги. Прав был Арчи ― это гиблое место.
― Беги, беги, ― проворчала я, ― последнее время только этим и занимаюсь.
Рой вывел нас к конюшне, у ворот уже стояли осёдланные кони.
― Поезжайте по дороге, не сворачивая, и постарайтесь заметать следы. Когда все очнутся, скажу, что вы вернулись назад в горы. Скоро будет развилка, поворот направо закрыт поваленным деревом, но у вас же есть маг, ― и он выразительно посмотрел на меня, ― сможете пройти. Недалеко от берега озера в лесу стоит мой шалаш, я часто сбегаю туда, когда становится невмоготу. К озеру не подходите, это опасно. В шалаше есть запас чистой воды, её можно пить, она из безопасной долины. Скоро я и сам убегу туда, уже договорился с одним человеком: он возьмёт меня в работники ― его не пугает отсутствие ушей.
Мальчик тяжело вздыхал, пока мы садились на коней:
― Они бы вас убили, я слышал, как староста говорил с отцом ― пришёл приказ из столицы схватить Фокусника со спутниками и доставить во дворец. А ещё лучше ― прикончить на месте. Уезжайте скорее, я не такой как они. Пусть боги хранят вас, но будьте осторожны: кажется, кое у кого есть могущественный враг…
Я наклонилась и погладила Роя по голове, прошептав:
― Спасибо! ― а он, неожиданно поцеловал мою руку и покраснел.
Арчи пришпорил коня, и мы помчались по ночной дороге, освещаемой большой луной. Я оглянулась на одиноко стоящую фигурку ребёнка, махнув ему рукой на прощанье. Фредди держался рядом и прокричал:
― Ну, вот и ещё одна жертва безответной любви к Франни…
В тот момент мне было не до шуток, поэтому ничего ему не ответила. Крепко вцепившись в куртку друга, думала только о своей усталости, о том, что надо выдержать и не свалиться с коня. Дорога оказалась не длинной, и очень скоро показалась развилка. Путь направо был завален огромным упавшим деревом, как и говорил Рой. Не слезая с коня, я прочитала заклинание, и в завале образовался небольшой проход. Мы неторопливо прошли насквозь, после чего он закрылся.
Со стороны могло показаться, что все спокойны, но я прекрасно понимала, что это не так: мы оказались в чужом, враждебном месте и полагались только на слово незнакомого ребёнка, который, кстати, совсем не прост. То, что показалось мне странным в первый момент, было вовсе не отсутствие ушей. Стоило почувствовать в нём магию, и он сразу догадался, кто я на самом деле. Рой, несомненно, обладавший большим магическим потенциалом, вынужден будет растрачивать себя на подённой работе. Какой кошмар…
Впереди из-за деревьев что-то блеснуло, и, проехав ещё немного, мы оказались перед небольшим озером, чья спокойная гладь переливалась в свете луны. Появилось нестерпимое желание немедленно слезть с коня и, как в детстве, зайти по колено в воду, пусть даже на дворе начало осени, а не жаркое лето. Но голос Арчи меня отрезвил:
― К озеру не приближаться: мало того, что вода отравлена, в ней может водиться любая пакость. И вряд ли это русалка, с которой ты умудрилась подружиться на мельнице, ― при этих словах Фредди посмотрел на меня с изумлением, ― сворачиваем к лесу. Посвети немного, Франни, надо найти шалаш Роя.
Я сделала, как он просил, и вскоре мы нашли просторный шалаш, у которого даже оказалась сплетённая из лозы дверь. Внутри ― лежанка с матрасом, которую сразу уступили мне, самодельный очаг с запасом хвороста, несколько кувшинов с водой и старый котелок. Развели огонь, и Арчи замаскировал его иллюзией; вскипятили немного воды и доели лепёшки. Таким сегодня был наш нехитрый ужин.
Перед тем как улечься спать, закрыли «дверь», договорившись о поочередном дежурстве. Моя смена была самой последней,
