Аркона» (Гельмольд «Славянская хроника», изд. АН СССР, Москва, 1963, стр. 237–238). Слова врага, сказанные искренне, должны служить нам напоминанием о былом.
«Народ, не знающий своего прошлого, не имеет будущего» (М.В. Ломоносов). Народ, забывший прошлое, недостоин имени предков!
События, предшествовавшие нападению на Аркону. Каким образом желание католиков совпало с их возможностями? В 1147 году пресловутый аббат по имени Бернард из Клерво (1090–1153) проповедовал во Франкеворде (Франкфурт-на-Майне, Германия) при большом стечении обывателей. Ему в голову пришла мысль предложить крестовый поход в Иерусалим против иноверцев Востока, все живо подхватили идею, а воевать решили не только агарян и тюрок, а ещё мусульман Испании и, конечно, германских славян. Папа идейно поддержал намерения паствы, санкционировав нападение на наших предков буллой «Divina dispensation» от 13 апреля 1147 года. Так начался очередной этап истребления «славянского» населения на европейском континенте, получивший эксклюзивное название и порядковый номер: «Второй крестовый поход». Какие достопочтенные люди собрались для физического уничтожения граждан суверенной страны.
«Там в одно войско соединились магдебургский архиепископ Фридрих, хальберштадский епископ Ротульф, епископы мюнстерский — Вернер, мерзебургский — Райнальд, брандербургский — Виггер, хафельбергский — Ансельм, моравский — Генрих, а также корвейский аббат Вибольт, маркграф Конрад, маркграф Адальберт, пфальцграф Фридрих, пфальцграф Херманн со многими графами и вооружёнными рыцарями — [всего] шестьдесят тысяч. Тем временем в другое войско соединились бременский архиепископ Адальберон I (Albero), ферденский епископ Титмар, саксонский герцог Генрих, бургундский герцог Конрад, презнатный князь (princeps) Хартвиг со многими графами, знатью и прочими воинами — числом сорок тысяч бойцов. Также и датский король (rex Dacie) вместе с епископами своей страны и со всей силой своего народа, собрав величайшее множество кораблей, приготовил войско примерно в сто тысяч воинов. Вышел и брат польского князя (dux Poloniae) с двадцатью тысячами воинов» («Древняя Русь в свете зарубежных источников» хрестоматия, том IV, Москва, 2010, стр. 280 «Магдебургские анналы»). Подобные исторические факты в России не принято издавать на понятном читателю языке в полновесном представлении анналов, огромная благодарность РАН за публикацию отрывков из указанного документа в переводе А.В. Назаренко. Какие силы были собраны против наших предков!
Одиозная личность христианского священника во взаимосвязи с веяниями эпохи требует представления характеристики его общечеловеческих качеств. Историк-славист Н.И. Щавелева, занимавшаяся изучением польских летописных документов, такими эпитетами выразила отношение к пресловутой персоне: «Воинствующий католик XII в., один из организаторов и вдохновителей крестовых походов, «великий» Бернард (1091–1153), к моменту занятия Матвеем краковской кафедры — 1143 г. (верхняя дата предполагаемого времени написания письма) — рьяно осуществлял свою программу, выдвинутую в проповедях, посланиях и трактатах. Одним из требований этой программы было истребление всех славян, живших к востоку от Эльбы.
Он писал: "Язычников не следовало бы убивать, если бы их можно было каким-либо иным способом удержать от совращения и чрезмерного притеснения верных (христиан). Теперь же лучше, чтобы они истреблялись, чем оставался бы бичь грешников над судьбой праведников, дабы не простёрли праведники руки свои к греху" (PL, t. 182, col. 924)» (АН СССР «Древнейшие государства на территории СССР», изд. «Наука», Москва, 1976, стр. 119).
В контексте необходимо выделить следующий факт: к середине XII века Матвей Краковский (см. гл. 12 «Святослав Игоревич») знал славян из Рутении отложившихся как от римского, так и от греческого вариантов конфессий и проводивших независимую христианскую политику. В то же время его идейный партнёр был прекрасно осведомлён о существовании язычников, относящихся к тому же роду-племени, занимающих обширные земли начиная от правого берега Эльбы и далее на Восток. В первую очередь проповедниками выражалась озабоченность обращения в католичество власть предержащих. Другими противниками европейского духовенства были мусульмане. Не язычники!
Оставим в стороне различные теории заговора. Взгляните на события взглядом исследователя. Что происходило в бренном мире спустя каких-то два неполных десятилетия? В 1164 году папа Римский Александр III возвёл епархию уже шведской Уппсалы в ранг архиепископии. Интересно, какими путями христолюбивые шведы кинулись распространять веру? Не теряя времени, 28 мая того же года на Русь пришла вооружённая банда католиков. Город на реке Волхов был взят в осаду, но как всегда упомянутые псы-рыцари, получив по сусалам, с позором вернулись восвояси.
«Датировка «первой каменной крепости» остается спорной, и более вероятно её появление в период «существования Ладоги в статусе новгородского пригорода» (Стеценко 1995: 19), то есть, по летописи, в 1114 г. Именно эта «крепость посадника Павла» через полвека выдержала шведскую осаду 1164 года, и памятником победы над шведами стала церковь Георгия в Ладоге» (Г.С. Лебедев «Эпоха викингов в Северной Европе и на Руси», изд. «Евразия», Санкт-Петербург, 2005, стр. 457).
В западных областях ситуация складывалась не в пользу язычников. Война шла с переменным успехом, войсками саксов командовал молодой герцог Генрих, позднее получивший прозвище Лев. В агрессию была втянута Дания, её земли граничили со славянскими, и даны не преминули поживиться за счёт соседей.
Что сделал граф Адольф II Гольштейнский (1128–1164), основатель Любека на месте бывшей Любицы (Любимой) — резиденции ободритов.
«Приведя так всё в порядок, Адольф начал отстраивать замок Зигеберг и окружил его каменной стеной. Поскольку земля была пустынна, он отправил послов во все страны, а именно, во Фландрию и Голландию, Траектум, Вестфалию и Фризию, возвещая, чтобы все те, кто испытывает недостаток в полях, шли с семьями своими и получили землю наилучшую, землю обширную, богатую плодами, изобилующую рыбой и мясом и удобными пастбищами. И сказал он гользатам и штурмарам: «Разве это не вы завоевали землю славянскую и не вы купили её ценой смерти ваших братьев и родителей? Почему же вы последними придёте, чтобы владеть ею? Будьте же первыми, переходите в землю обетованную, населяйте её, станьте участниками благ её, ибо вам должно принадлежать всё лучшее, что имеется в ней, вам, которые отняли её у неприятеля». На этот призыв поднялось бесчисленное множество разных народов, которые, взяв с собой семьи и имущество, пришли в вагрскую землю к графу Адольфу, чтобы владеть землёй, которую он им обещал. И первыми заняли места гользаты (саксы) в самых безопасных областях к западу от Зигеберга, по реке Травне, также на полях Свентинефельд на всей земле, которая тянется от реки Свалы до [реки] Агримесов и озера Плуньского. Даргунский округ населили вестфальцы (саксы), Утинский — голландцы, Сусле — фризы» (Гельмольд «Славянская хроника», изд. АН СССР, Москва, 1963, стр. 137–138).
Территорию славян, опустошённую огнём войны, занимали инородцы. Так происходило везде, докуда дотягивались руки иноземных захватчиков. Ни о каком культурном и экономическом единении народов не было и речи.
Каким образом ютландский король Вальдемар I, напавший на
