Читаем без скачивания Бабочка - Кэтрин Харви

Что стало с ангелоподобным дружком Дэнни и его бедной матерью?

Затем Беверли поехала к мрачному кирпичному дому, где она девять лет назад была вынуждена отдать своего ребенка. Но здание тоже не сохранилось. На его месте стоял новый жилой дом приветливого вида.

Несмотря на это, память Беверли хранила все события того времени, как если бы они произошли вчера. Боннер и его мать могли перебраться куда угодно, однако Беверли все еще отчетливо помнила тошнотворный запах грязной прачечной и скрип железной койки, на которой Дэнни пользовал ее каждую ночь. И акушера может больше не быть в городе, но ведущая к нему темная лестница с едва горящей единственной лампочкой словно отпечаталась в мозгу Беверли.

Беверли завела машину. Сан-Антонио не был конечной целью ее поездки. Она лишь проезжала этот городишко, полный воспоминаний. Беверли знала, что больше никогда не поедет в эти края. Кармелита здесь уже не жила. То отчаянное письмо она написала из Далласа.

До Долласа было около двухсот семидесяти миль, и Беверли решила переночевать неподалеку от Сан-Антонио. Она нашла недорогой мотель и провела в нем ночь, пытаясь придумать, как разыскать Кармелиту в Далласе. Ведь на конверте не было обратного адреса. Кармелита в спешке или из-за страха не упомянула в письме, где она сейчас живет. Со слабой надеждой Беверли взяла телефонный справочник. Там значилась одна Кармелита Санчес. Беверли набрала номер, но обнаружила, что не туда попала. Оставалось только поехать в Даллас и попытаться как-то разыскать подругу. Девять лет назад они дали друг другу слово, и Беверли никогда об этом не забывала.

Она приехала в Даллас в среду вечером. Беверли отчаянно надеялась на две вещи: ей удастся спасти Кармелиту и уговорить ее возвратиться вместе в Голливуд.

Некоторое время она ездила по тем местам, где, вероятнее всего, можно было встретить подругу. Беверли сильно подозревала, что Кармелита продолжает заниматься проституцией. Потом Беверли сняла комнату в мотеле старой части города неподалеку от района развлечений. Она не теряла время. Бросила чемодан в свою неказистую комнату и отправилась на поиски Кармелиты.

Она пришла к выводу, что разыскать подругу можно было единственным способом: беспроволочным телеграфом. Многие женщины на улице смотрели на молодую блондинку с недоверием. Ты из полиции? — спрашивали одни. Другие хотели знать, зачем она разыскивает Кармелиту. Большинство коротко отвечали, что никогда не слышали о Кармелите Санчес, и отворачивались. Но Беверли не отступала. Она сообщала каждой, где остановилась и что она будет ждать там Кармелиту. В первый раз за девять лет Беверли произносила свое настоящее имя: Пожалуйста, скажите ей, что ее ищет Рэчел Дуайер.

Это было долгое, полное неопределенности ожидание. Рано утром в четверг Беверли спустилась в темный неуютный холл отеля и заняла место напротив главного входа. Она наблюдала за входящими и выходящими людьми: старыми, молодыми, ссорящимися молодоженами, двумя старыми девами в старомодных платьях. Никто не обращал внимания на тихую девушку, которая сидела, плотно сжав ноги, держа руки на коленях, со взглядом, устремленным к двери. В этом отеле ты платил по счету и не лез в чужие дела.

В тот вечер она опять отправилась на поиски, гуляя по улицам, которых избегали приличные девушки, но которых не боялась Рэчел Дуайер. Проститутки и их парни наблюдали за ней с изумлением. Неужели она не понимает, что нарвется здесь на неприятности? Их удивляло, что она подходит к ним и разговаривает с ними, как будто они обыкновенные прохожие. Они не могли знать, что девушка с тихим голосом когда-то была одной из них.

Ни помощи, ни информации. Она вернулась в отель усталая и голодная. Но не сдавшаяся. Беверли обладала не только целеустремленностью, но и терпением. Она найдет Кармелиту.

В пятницу утром она опять сидела в холле, пила кофе и слушала новости по радио. Сегодня утром, — говорил диктор, — президент Кеннеди произнес речь в Торговой палате Форт Уорта. Он и миссис Кеннеди сейчас находятся на борту самолета и должны приземлиться в аэропорту Далласа в одиннадцать сорок. Отсюда президент и первая леди предпримут десятимильную автомобильную поездку через Даллас. По пути их следования уже собираются толпы желающих поприветствовать.

Беверли выпрямилась. В дверном проеме стояла молодая женщина, неуверенно оглядываясь.

Кармелита!

Их глаза встретились. Беверли поднялась, Кармелита медленно пошла навстречу. На ее хорошеньком лице было написано недоумение. Когда она приблизилась, Беверли почувствовала комок в горле. На нее нахлынули воспоминания.

Кармелита остановилась, не дойдя нескольких шагов.

— Вы разыскивали меня? — спросила она. Беверли кивнула.

— По словам моих друзей, вы говорили, что здесь Рэчел. Где она?

— Она перед тобой, Кармелита, — мягко сказала Беверли. — Разве ты не узнаешь меня? Я — Рэчел.

Кармелита наклонила голову. Лицо ее приняло озадаченное выражение.

— Вы не Рэчел.

— Да нет же, — повторила Беверли, — я — Рэчел из заведения Хэйзл в Сан-Антонио. Мы виделись последний раз девять лет назад, когда ты посадила меня на поезд в Калифорнию. Мы поклялись, что если нужна будет помощь, то позовем друг друга. Ты ведь помнишь.

Глаза Кармелиты стали как щелочки.

— Смеешься надо мной? Ты не Рэчел!

— Это я. Я там научила тебя читать. А ты придумывала шарады с цифрами. Ты, Белл и я — мы дружили втроем.

— Рэчел? — все еще неуверенно прошептала Кармелита.

— На внутренней стороне бедра у меня татуировка. Бабочка.

Черные глаза Кармелиты широко раскрылись.

— Бабочка! — воскликнула она. — Господи! Рэчел! Плача и смеясь одновременно, Кармелита раскрыла руки, и подруги обнялись.

— Не могу поверить, — проговорила Кармелита, вытирая глаза. — Рэчел, ты приехала! Так как обещала. Но… ты теперь такая красивая! Что произошло?

— Я тебе все расскажу, но сначала о другом. Как дела, Кармелита? С тобой все в порядке? Мануэль причинил тебе боль? Твое письмо…

Кармелита оглянулась и тихо сказала:

— Может, пойдем куда-нибудь выпьем кофе?

Они отправились в маленький придорожный ресторанчик, где основными посетителями были шоферы и торговцы скотом. Кармелита быстро расправилась с порцией жареного мяса и горячим кукурузным початком. Беверли съела чуть-чуть салата, запивая черным кофе. Кармелита не выражала желания говорить о Мануэле, поэтому Беверли посвятила ее в свои новости. Когда Беверли рассказывала о пластической операции, Кармелита изучала ее лицо с нескрываемым любопытством.

Заканчивая свою историю, Беверли спросила: — А ты, Кармелита? Когда ты ушла от Хэйзл?

— Ты знаешь, у Мануэля возникли неприятности с полицией. Мы сбежали ночью. Когда мы добрались до Далласа, я позвонила Хэйзл, дала ей адрес и попросила направлять по нему почту. Она этого не сделала. А мне должны были прийти несколько чеков за шарады. Негодяйка.

— Почему ты перестала отвечать на мои письма? Кармелита вытерла пальцы салфеткой.

— Вот как получилось, подружка. Ты и я обменивались письмами пару лет. Сначала все было нормально. Мы все еще дружили. Но потом я почувствовала, что мы расходимся. Ты — приличная девушка с работой, а я — проститутка. Мне показалось неправильным продолжать писать тебе.

— Но мы все равно друзья, Кармелита, — тихо заметила Беверли. — Расскажи мне, что произошло.

Кармелита сжала салфетку в руке. Ее было еле слышно из-за волны длинных черных волос, которые почти закрывали ей лицо.

— В этот раз он меня по-настоящему напугал. Мы поссорились. У Мануэля появилась другая девушка. Он говорит, что не может все время любить одну женщину. Я застала их вместе и приревновала. Я ударила его. Он достал нож.

Кармелита подняла черные глаза, и Беверли увидела в них ту же боль, непонимание и стыд, что и много лет назад.

— Ты не поверишь, но меня спасла эта девушка. Она помешала ему. Он хотел ударить в сердце, но нож прошел вот здесь, — она показала на место ниже грудной клетки. — Я провела неделю в больнице. Приходила полиция и напугала меня. У меня появилась мысль, что Мануэль вернется и прикончит меня. Поэтому я попросила у медсестры бумагу и написала тебе письмо.

— Я выехала, как только получила его. Кармелита отвела взгляд.

— Я не была уверена, что ты его получишь. Я не знала, продолжаешь ли ты работать в кафе. Сейчас я жалею, что отправила его.

— Почему?

Кармелита чувствовала себя не в своей тарелке. За последний час она поняла, как много их разделяет. Теперь Рэчел была порядочной и чистой, а она, Кармелита, так и осталась изгоем. Рэчел даже поменяла имя, став Беверли Хайленд. Новое имя и новое лицо. С этой женщиной у нее не было ничего общего. Кармелита внезапно осознала, что разговаривает с незнакомкой.