Начальник штаба флота контр-адмирал Ю.Ф. Ралль совместно с командиром охраны водного района (ОВР) капитаном 2-го ранга И.Г. Святовым и командирами базовых тральщиков, изучая возможность доставки на Ханко ста тонн бензина для истребителей, пришли к выводу, что горючее можно перевезти в носовых соляровых цистернах тральщиков. Для этого носовые днищевые цистерны емкостью 40 т необходимо было пропарить, а затем заполнить бензином.
Для доставки грузов были выделены три БТЩ — Т-210, Т-215 и Т-218. Их сопровождали три катера «малых охотника» — МО № 201, 211, 212. Чтобы обеспечить переход груженых БТЩ, были выделены БТЩ-203 и 217. Командовал отрядом капитан 3-го ранга В.П. Лихолетов (командир отряда траления), военкомом был полковой комиссар Н.И. Корнилов.
На основе анализа минной обстановки маршрут до меридиана Таллина решено было проложить по маршруту движения конвоев при эвакуации войск из Таллина. После этого, достигнув середины Финского залива, корабли должны были форсировать минную позицию Найссаар — Порккала-Удд и затем выйти на подходный фарватер Ханко.
После проведенного совещания приняли решение совершить ночной переход полным ходом в строю кильватерной колонны, поставив впереди груженных запасами трех БТЩ два БТЩ в виде прорывателей минных заграждений. В районе маяка Кери головная пара должна была повернуть на обратный курс, так как на дальнейшем пути встречи с минными заграждениями противника не предполагалось.
Подготовка к походу была хорошо организована и отвечала требованиям военного времени. До съемки с якоря никто не знал, куда идут корабли. Только за два часа до выхода в море был проведен инструктаж командиров кораблей командиром отряда — секретность была обеспечена. Командир отряда траления подробно проинструктировал каждого командира, вплоть до командиров катеров МО, а это значит, каждый командир, участвующий в операции: знал свои задачи до мельчайших подробностей.
Экипажи кораблей с особой тщательностью готовили к походу механизмы, оружие, навигационные приборы, аппаратуру связи. Затем на тральщики начали грузить боезапас (130-мм), тюки валяных сапог, теплое обмундирование, медикаменты и многое другое. В носовые цистерны залили 120 т бензина.
На каждый БТЩ было поставлено по два дополнительных пулемета ДШК, что усиливало их ПВО, срезаны мачты, чтобы уменьшить дальность обнаружения кораблей с береговых постов противника.
В 1.02 24 октября корабли снялись с якоря с Большого Кронштадтского рейда, прошли боны и построились в строй кильватера: Т-215, Т-210, Т-218, в охранении три катера М.О. Командир отряда В.П. Лихолетов находился на Т-215. Вместе с ним на головном корабле находился флагманский штурман ОВРа капитан 3-го ранга В.А. Экман, на Т-210 — командир 2-го дивизиона тральщиков капитан-лейтенант М.Д. Годяцкий. Ведущими штурманами были назначены: на Т-215 — штурман 1-го дивизиона лейтенант П.Г. Иванушкин, на Т-210 — пггурман 2-го дивизиона и на Т-218 — гидрограф Б. Румянцев.
Первый этап перехода — по контролируемым фарватерам до острова Лавенсари — был обычным и даже будничным. Корабли шли по фарватерам шириной от пяти до одного кабельтова. Трижды на переходе, протяженность которого составила 90 миль, на короткое время зажигались манипуляторные огни, позволявшие уточнить место. В остальное время плавание осуществлялось исключительно но счислению с максимальным использованием электро-навигационных приборов.
В 6.30 встали на якорь у острова Лавенсари в бухте Норе-Капельлахт. Короткий дневной отдых на якоре. Заход на Лавенсари имел две цели: отстояться у острова, чтобы не идти в светлое время суток, здесь же к отряду должны были присоединиться Т-203 и Т-217 для сопровождения до меридиана острова Кери. Эти два БТЩ прибыли в 17.45 и присоединились к отряду.
С наступлением темноты в 18.12 по сигналу командира отряда корабли снялись с якоря и построились в походный ордер. Тральщики шли в кильватер без тралов со скоростью 16 узлов. Во главе группы в виде минопрорывателей были поставлены Т -203 и Т-217.
Бездушия пасмурная ночь со слабым ветром надежно обеспечивала скрытность перехода, но создавала немало трудностей для определения местонахождения. Черное небо сливалось с черной водой, различить на ее поверхности что-либо, особенно плавающие мины, было чрезвычайно трудно.
За ночь предстояло пройти более 150 миль. С тех пор как 28 августа 1941 г. по ютландскому фарватеру прошли караваны судов с защитниками Таллина, нашим тральщикам выходить в этот район не приходилось. Началось плавание в неизвестность.
Обойдя Гогланд с юга, корабли легли на курс Абсолютная темнота, только узкая полоска гакобортного огня указывает местонахождение идущего впереди корабля. Расстояние между судами — не более ста метров. Тишину нарушают лишь характерный стук дизелей и шелест волн.
Штурманы напряжены до предела. Непрестанно учитывается дрейф. Неожиданно тишину нарушают сигнальщики, прямо по курсу обнаружен силуэт корабля. Несколько минут напряжения, а затем вздох облегчения: отряд идет правильно. Это был танкер № 11, подорвавшийся на мине при переходе из Таллина в Кронштадт. Танкер затонул на глубине семидесяти метров, его кормовая часть вертикально возвышалась над морем, представляя собой отличный ориентир, все штурманы имели его координаты.
Пройдя траверз этого неожиданного навигационного знака, корабли по сигналу флагмана легли на истинный курс 255º. Прямо по курсу отряда должен был находиться маяк Кери.
Одному из шедших в качестве минопрорывателей — Т-203 «Патрон» суждено было выполнить свое предназначение. За две минуты до полуночи, в 23.58, когда до м. Кери оставалось семь миль в точке ш. 59°44'4” и д. 25°08'8”, под средней частью «Патрона», шедшего головным, взорвалась мина. Стало светло как днем, затем кромешная тьма вновь спустилась на море. Корабль лег на борт, затем встал вертикально и в таком положении ушел под воду через четверть часа. Тем самым, быть может, был предотвращен подрыв одного из груженых БТЩ. Командир отряда в мегафон приказал второму минопрорывателю — Т-217 — и одному катеру МО подойти к Т-203, спасти людей и возвращаться на остров Гогланд. Тральщик и катер 40 мин. продолжали поиски моряков погибшего «Патрона». Подобрав 30 человек, они в 00.55 взяли курс на Гогланд.
Т-215 и следующие за ним два корабля, обойдя малым ходом тонущий «Патрон», продолжили движение с уменьшенной скоростью 15,5 уз., чтобы не подойти к Ханко в полной темноте. Решено было, не доходя до границ минного заграждения, в районе мыса Юминда повернуть на северо-запад и затем следовать до фарватера на Ханко, огибая шхерные острова и банки по мелководью.
Обходя известные и возможные минные поля, тральщики шли на риск встречи с вражескими кораблями. Их могли обнаружить с крупнокалиберной батареи острова Макилуото. Однако давно не встречавшие здесь наших кораблей финны не высылали дозоров в этот район. Не обнаружили тральщики и с батареи. Не ожидая столь дерзкого похода, финны даже не погасили огни своих маяков, облегчив работу штурманов тральщиков.
Предполагалось, что группа сразу же будет встречена лоцманским кораблем, однако из-за тумана и небольшой неточности счисления эта встреча задержалась. Утром 25 октября в 5.45 отряд встал на якорь в ожидании лоцмана. Спустя 50 мин. отряд снялся с якоря и в 8.17 прибыл на рейд Ханко. В 11 часов тральщики вошли в гавань под разгрузку.
Гангутцы обнимали, целовали моряков тральщиков, кричали: «Ура!» После долгих двух месяцев это были первые посланцы «Большой земли». Задача, возложсгагая на группу, была выполнена. Тральщики доставили боеприпасы для 130-мм пушек, нужные как воздух, бензин и 10 литров консервированной донорской крови. Генерал С.И. Кабанов особенно горячо благодарил за бензин.
К этому времени на полуострове скопилось около 300 инвалидов, которые не могли участвовать в боевой жизни базы. Было решено вывезти инвалидов в первую очередь. Выбывшие из строя бойцы к 17 часам были погружены на БТЩ. Спустя час корабли вышли на рейд, отряд готов был идти на Гогланд.
Вскоре, однако, был получен другой приказ: погрузить и отправить с Ханко стрелковый батальон с вооружением по табелю и десятисуточным запасом продовольствия по полной норме. Этот приказ задержал отряд на сутки. Необходимо было срочно определить, какой батальон отправлять, отвести его с позиции, снабдить продуктами и доставить в порт.
26 октября в 17.30 корабли вошли в гавань. В течение часа инвалидов выгрузили обратно. К 21.00 их место на кораблях занял 1-й батальон 270-го стрелкового полка — 499 бойцов и командиров, два 82-мм и девяносто 50-мм минометов. Бойцы имели по два комплекта боезапаса и 10-суточный запас продовольствия по полной норме. Вместе с батальоном на катерах МО покинули Ханко командование береговой обороны Балтийского района (БОБРа), а также корреспондент газеты «Красный флот» В А Рудный, увезший письмо ханковцев защитникам Москвы.
