Это точно не могли быть мои мысли. Что за ужас?! Прочь отсюда…
Скорее!
Я представила озеро, но ничего не поменялось. Нарисовала перед глазами комнату квартирки в Хорхелле, да только впустую. Сестра так и смотрела в поток невидящими глазами. Сзади кто-то рассмеялся безумным, заливистым смехом..
Стьен стоял в дверном проеме, сжимая окровавленный клинок в пальцах. Одежда его была заляпана багрянцем. Кровь застыла на щеках потеками.
– Мертва! Наконец-то мертва! Ненавижу господ, – бормотал он, глядя сквозь меня. – Она никогда меня не любила… только пользовалась… всегда… скотине скотская смерть…
Да что происходит?!
Я кинулась прочь из дома, вылетела во двор. Резко потемнело, и ветер завыл что мать, потерявшая ребенка. Хлынул дождь, холодный, колючий, злой. Всё кругом померкло, лишь вдалеке, у самой кромки леса, горел огонь.
Чутье подсказывало, что как раз туда-то идти и не следует, но разве у меня был выбор? Я не чувствовала Марка, не слышала его. Он где-то рядом? Как выбраться из этого кошмара, что опутывает по рукам и ногам, душит страхом?
Шаг за шагом, медленно, прикрывая лицо от капель сгибом локтя. Казалось, будто я не продвинулась и на десяток метров, но в какой-то момент огонь приблизился, и дождь стих.
У разведенного костра стояли двое. Точнее – стояла высокая девушка в платье болотного цвета, которое струилось по телу легким шелком. Широко распахнутые глаза смотрели так, будто всё в этом мире удивляло их обладательницу. Губы озаряла милая улыбка. Я помнила эту девушку. Последняя королева Ориелла. Погибшая Асиё.
Возле неё, точно раб подле хозяйки, на коленях сидел Марк. Мужчина бессильно сжимал и разжимал кулаки. Он дернулся, увидев меня, но девушка раздосадовано покачала головой и легонько топнула каблуком остроносого сапога.
– Куда? – спросила она почти с нежностью, коснувшись волос Марка ладонью. – Сиди.
Его будто бы склонила к земле сила неведомой мощи. Пришлось подчиниться, но я видела, как вздулись вены на его висках и шее, какой болью наполнен взгляд.
– Ольга Трозз, – медленно, по слогам, смакуя каждую букву, произнесла девушка. – Так вот, какая ты. Я всё думала, как выглядит моя соперница? Та, которая заполнила собой мысли Марка. Он так тщательно скрывал твой образ, что совсем ослаб. Правда, милый? – она посмотрела на него с жалостью, потянула за волосы так, как тянут кукол. – Смотри на госпожу, когда она обращается к тебе. Совсем забылся, маг. Зря ты не показывал мне свою новую хозяйку. Она ведь страшна, да ещё и загорела сверх меры. В вашем веке не учат, что солнце – удел простолюдинов?
– Что тебе нужно от нас? – Я закусила губу, понимая, что не могу даже сдвинуться с места, словно прикована невидимыми кандалами к земле. – Отпуси Марка. Мы и так пытаемся помочь твоей стране.
– Помочь? Ах, какая ты благородная леди. Что ж, раз хочешь помочь… Коронуй себя, Ольга Трозз, как коронуют великих правителей Ориелла. Дальше я всё сделаю сама, – ухмыльнулась Асиё, поглаживая Марка по шее острым ногтем.
Настолько острым, что тот прочерчивал кровавые полосы, и воротник рубашки окрасился алым. Мужчина смотрел на меня, но я не могла разобрать, что именно есть в его взгляде. Злая решимость? Немая просьба не совершать того, о чем просит королева? Страх за меня? Безысходность?
– Поторопись, иначе наш общий страж сойдет с ума от насланных мною кошмаров. Поверь, я умею придумывать жуткие вещи. Кстати, как тебе встреча с сестрой? – мило улыбнулась Асиё и щелкнула пальцами, не дожидаясь ответа.
Сон оборвался, отрубленный на середине.
* * *
Первым делом я рванула к Греггу и так громко хлопнула дверью от волнения, что проснулся не только мой сосед, но и, думаю, половина постоялого двора.
– Что такое? – удивился парень, усаживаясь на кровати. – Олли, ты в порядке? Кто-то умер?
– Умрет, если мы не поторопимся, – пробубнила я и пересказала всё до последней детали.
Язык не поднимался назвать это «сном», скорее – дичайшим, отвратительным кошмаром, который пропитан запахами, звуками и липким страхом. Ядовитая улыбка Асиё, Марк, стоящий на коленях, кровавые раны на его шее…
Он говорил, что королева продала свою душу за спасение людей. Теперь я явственно понимала, что это значит. Её сердце наполнилось злобой, разрушительной и черной, едкой. Не могла же она быть такой всегда?
– Что же делать? – Я не заметила, как начала дрожать, и Грегг накинул мне на плечи покрывало.
– Короновать тебя?.. – пробормотал он, почесывая переносицу. – Короновать… – повторил с нажимом, словно пытаясь выудить что-нибудь из памяти. – А как короновали правителей Ориелла?
– Не представляю. Ты же зачитал их историю до дыр, неужели там не было ничего про коронацию?! – но, поняв, что повышаю на друга голос, добавила тише: – Попытайся вспомнить, пожалуйста.
Парень вскочил, прошелся по спаленке. До окна и к двери. Обратно. Постоял на месте, закусив сгиб указательного пальца. Губы его беззвучно шевелились – Грегг перекручивал всю известную ему информацию.
– Не помню никаких церемоний или клятв. В храме, что ли, короновали? А в каком? Кто надевал диадему на голову? Церковники? Маги? Что-то не складывается.
– Думай, умоляю тебя…
– Вода! – вдруг раздался его вскрик.
– Принести флягу? – удивилась я.
– Нет-нет, – парень склонился над сумкой с вещами и начал перерывать её, не беспокоясь о том, что одежда летела во все стороны; наконец, в его пальцах оказалась пухлая записная книжка. – Не то, не то, не то. Вот!
Я попыталась разобрать скачущий почерк Грегга, но споткнулась на первом же слове.
– Ориеллу покровительствовали боги воды, так? – спросил он, не дожидаясь, впрочем, ответа. – Как будущий правитель докажет свою преданность морскому богу, как присягнет ему раз и навсегда? Королей короновали водой.
– Их топили?.. – догадалась не я, но моя интуиция.
Слова сорвались с губ быстро и просто, будто я изначально понимала, к чему ведут все пути. Столкновение в шахтах, сны у озера, легенды о скрытом в водах королевстве.
– Скорее всего, – согласился Грегг. – Я читал о подобных традициях в других островных странах. Истинным считался лишь тот король, в которого боги вдохнули жизнь. Если же он утонул – такова судьба. Олли, только не говори, что ты…
…Совсем рассвело, когда мы подошли к реке. Если бы не задувающий ветер, который морозил щеки точно зимой, погода была бы чудесной. Солнечно, безоблачно. Волны лижут берег, накатывая и отступая. Вдалеке, метрах в четырех отсюда, плещутся дети. Им плевать и на холодину, и на пузырящиеся от течения воды.
Я переступила с ноги на
