Читаем без скачивания Этюды о моде и стиле - Александр Васильев

Кристиан Диор обожал своих манекенщиц, баловал их, одевая их в жизни в свои платья. Алла Ильчун считала Диора своим вторым отцом, прощавшим ей проказы и шалости, когда та подсыпала прямо под нос противным клиенткам порошок для чихания.

Коллекции Диора 1950-х годов были необычайно популярны. Шляпы «Диор» делала румынка Брикар, а туфли, прозванные «хоть стой, хоть падай», испортившие ноги целого поколения женщин, так же, как и паркеты музеев всех стран, создавал знаменитейший Роже Вивье. Интересно, что уже с 1950-х годов вся гамма духов Диора — «Мисс Диор», «Диорелла», «Диориссимо» — была собственностью фирмы шампанского «Моет и Шандон».

Сегодня многие платья коллекций Диора хранятся в музеях Франции и США, а также в частных коллекциях. Маститыми покупательницами Диора были английская принцесса Маргарет и актриса Лиз Тейлор; и та и другая часто выбирали платья с плеча Аллы Ильчун.

Ателье Дома Диора, прославившиеся изысканностью отделки салонов, мебелью в стиле Людовика XVI и серыми в белую полоску драпировками, работали первоклассно. Только за годы жизни основателя Дома, то есть в первые десять лет существования этой империи моды, они выпустили более 150 тысяч изделий под его маркой. Для каждой клиентки были созданы специальные манекены, хранящиеся теперь в Париже в музее Диора. Часто оперируя лишь тремя цветами — черным, белым и коричневым, Диор достигал в своих моделях невероятной гармонии пропорций и цвета.

В середине 1950-х годов ассистентом к Диору поступает юный Ив Сен-Лоран, именно здесь создававший свои первые модели. После внезапной смерти Диора в 1957 году Сен-Лорану было поручено руководство коллекциями Дома, а уже в 1958-м он поразил мир гениальным изобретением — силуэтом «трапеция» без талии, с более короткой юбкой. Париж вновь рукоплескал Диору. Однако следующая коллекция, 1959 года, была явной неудачей и стоила Сен-Лорану места. Он был призван в армию, а вместо него назначили Марка Боана, который руководил Домом около 30 лет — в три раза дольше, чем сам Диор. При Марке Боане «Дом Диора» одевал принцессу Грейс Монакскую, ее дочерей — Стефанию и Каролину, графиню Кристиану Брандолини, звезд кино Лесли Карон, Софи Лорен, Ингрид Бергман.

В течение некоторого времени с 1989 года компанию «Кристиан Диор», полностью принадлежащую вместе с «Живанши» и «Кристиан Лакруа» концерну «Луи Виттон-Моет-Хеннесси», возглавлял Джанфранко Ферре. Многие считают, что творения Ферре были лучшим из всего, что появлялось от имени Дома «Кристиан Диор» со времен его основателя. В каждом новом туалете, в каждом аксессуаре чувствовался дух Диора, стиль Диора. Та же красота и изысканность, та же утонченность. «Диор вернулся», — говорили после премьеры коллекции, вышедшей «из-под иглы» нового директора Дома. Уже на следующий день Ферре был отмечен высшей наградой в мире моды — «Золотым наперстком». В «Доме Диора» он проработал восемь лет, а в 1997 году неожиданно покинул прославленное здание на авеню Монтень. Джанфранко Ферре ушел от «Диор», чтобы вернуться к «Ферре».

После того как Ферре заявил о своем уходе, кому только ни прочили его место. И вот коллекции для Дома Диора стал делать Джон Гальяно, всего лишь год пробывший до этого главным стилистом «Живанши». Он дал этому респектабельному Дому второе дыхание. Продажи растут, бизнес процветает. А на показах в первом ряду — целая галерея звезд — от Николь Кидман и Деми Мур до Селин Дион и Кристин Скотт Томас.

Сегодня имя «Диор» — это символ, символ XX века, а возможно, и слава XXI? Дух Диора…

Одевавший королев. Пьер Бальмен

Мир Пьера Бальмена — это мир грез и фантазий, сновидений и желанной сказки, мир красоты, волшебства и той совершенно особой парижской элегантности, имя которой «Jolie Madame». Пленивший Париж 1950-х годов своими рафинированно-экзотическими вышивками, мехами и шелками, Бальмен стал, безусловно, эпохальной фигурой послевоенных лет, одним из главных соперников Кристиана Диора. Посвятив свою жизнь моде и костюмам, Бальмен создавал наряды, пленявшие цветом, отделкой, тканями, и, несмотря на многословность своих творений, всегда оставался проводником истинного парижского вкуса. Как автор восхитительных свадебных платьев для титулованных аристократок и знаменитых актрис, он привлек взоры всего мира в ту элегантную эпоху, когда женщина была прежде всего дамой и предметом беспрекословного поклонения. Горячий поклонник искусства рококо, возрождавший традиции версальского вкуса эпохи Людовика XV, Бальмен в своих туалетах создал особый стиль аристократической роскоши и душистой элегантности. Слегка напудренный, пропитанный аурой томящих ароматов, стиль этот будто вырвался на волю из отделанных резными панелями салонов предместья Сен-Жермен, он был чем-то сродни драгоценным садовым цветам.

Женщина Бальмена — это Прекрасная Дама, чей образ возникает всякий раз, когда вы слышите шуршанье складок тугого шелка или муара «антик» в анфиладах комнат, где ее присутствие воспринимается как утренние капли росы на лепестках едва распустившихся роз. Тюль, органди, панбархат и гипюр, соединяясь вместе по велению талантливого художника, создавали творения, достойные лишь самых взыскательных клиенток. Королев моды. Королев мира.

Пьер Бальмен родился в понедельник, 18 мая 1914 года, в маленькой савойской деревушке Сен-Жан де Марьен в семье довольно известного в тех местах галантерейного торговца. Мать Пьера, урожденная Франсуаза Баллинари, в молодости слыла модницей, падкой до новинок из магазина «Парижские галереи», где одно время служила. В детстве, играя в куклы, Пьер одевал их в шелковые лоскутки, а сам любил наряжаться в театральные костюмы стиля Людовика XVI или в платья с фижмами. В доме его родителей была гостиная рококо и спальня в похожем стиле, популярном в буржуазных семьях начала века. Эстетические пристрастия родителей оказали большое влияние на вкусы Пьера, поскольку именно этому стилю он всегда отдавал предпочтение.

Семь лет Пьер провел в интернате, где впервые осознал мечту своей жизни. Он хотел одевать, создавать чудеса, быть творцом женской элегантности. Юношеское знакомство с Мадлен Преме, дочерью хозяйки известного в двадцатые годы модного дома, а также с мадам Бекер, директором парижского Дома «Бернар», окончательно определили его выбор. Но мать Пьера настояла, чтобы сын закончил архитектурную школу — эта профессия казалась ей наиболее перспективной для ребенка, тяга к искусству которого была столь явной.

В 1933 году, приехав в Париж, девятнадцатилетний Бальмен стал работать у архитектора Анри Шевалье, известного своими постройками на Колониальной выставке в 1931 году. Бальмен снимал маленькую комнатку в университетском городке, напротив парка Монсури. Париж поразил его, восхитил и пленил навсегда. Неслучайно Бальмен стал именно парижским кутюрье. В двадцать лет он получил первую настоящую работу — заказ на театральные костюмы для кабаре «Лидо» на Елисейских Полях. Увы, это были лишь эскизы, зато пресс-атташе «Лидо» рекомендовал Пьера в дом известного тогда модельера Роббера Пиге. Правда, Бальмен смог продать ему лишь три рисунка. Но судьба улыбнулась Пьеру. В 1934 году он поступил ассистентом к ирландцу Молине, прославившемуся строгостью линий созданных им силуэтов и тем, что никогда не употреблял черного цвета в своих творениях. Одной из ведущих манекенщиц у Молине была русская красавица с глазами прозрачней воды, графиня Лиза Граббе, в замужестве княгиня Белосельская-Белозерская. Бальмен вспоминал, как графиня-манекенщица, встречая в салонах Молине царственную клиентку, принцессу Марину Греческую, наполовину Романову, склонялась перед ней в глубоком придворном реверансе. В ответ, следуя традициям Зимнего дворца, будущая герцогиня Кентская, сама одно время работавшая манекеном, целовала графиню в лоб.

Рафинированный стиль дома «Молине», его обтянутые серым шелком салоны, приказчицы в жемчужных ожерельях и эксклюзивная клиентура стали первой и очень эффективной школой Бальмена. Школой вкуса и школой жизни. Молине был знаменит своими приемами, ужинами с безукоризненно сервированным столом. Страсть к роскоши домашнего уюта, продуманного и аристократичного одновременно, осталась у Бальмена до последних дней его жизни.

В 1939 году Бальмен начал работать в Доме Люсьена Лелонга, чья репутация в те времена была беспрекословной. Эту работу прервала Вторая мировая война. Бальмен вернулся в деревню к матери, где впервые познакомился со знаменитой Гертрудой Стайн. В эпоху оккупации Лелонг, бывший в то время президентом Синдиката Высокой моды, решил вновь открыть свой дом. В 1941 году он пригласил на работу двух талантливых молодых стилистов — Кристиана Диора и Пьера Бальмена. Именно тогда началась эпоха их дружбы-вражды. Творчество Бальмена и Диора военных лет, их идеи, взгляды на жизнь и любовь были так схожи, что одно время они даже мечтали создать общий дом моды. Этой мечте не суждено было осуществиться, зато им удалось создать единую моду — моду 1950-х. В конце войны, ища место для будущего ателье, Бальмен случайно набрел на здание на улице Франциска Первого, недалеко от авеню Монтень, совсем рядом с домом, где некогда великая княгиня Мария Павловна устроила свое знаменитое на весь мир ателье вышивки «Китмир». Свой дом моды Бальмен основал на деньги матери, а его первой клиенткой в 1943 году стала принцесса д'Эсслинг, заказавшая молодому кутюрье нечто «в стиле Молине, но более доступное по цене». 12 октября 1945 года Бальмен показал первую коллекцию, которую компаньонка Гертруды Стайн Адис Толкас назвала «новым французским стилем». Коллекция включала брючные ансамбли, узкие вечерние платья и широкие — для коктейлей. Бальмен показал модели, определившие стиль дома на много лет вперед.