ли впереди сюрпризов. Командовать отрядом ему нравилось, это ощущалось в каждом жесте.
Думкопф вернулся через несколько минут. Любой бы на его месте наверняка испытывал бы трудности, перенося на себе столько железа, но лейтенант не жаловался, силища у него была неимоверная.
– Никого, там ещё одна переборка, открыта.
– Вперёд! – махнул рукой Девенпорт.
Пролезли в дыру, цепляясь за её углы, зашагали дальше, вдыхая сырой и тёплый воздух, наполненный не слишком приятными ароматами. Миновали ещё одну переборку, за ней ещё три, остановились по знаку полковника, увидев впереди слабое розовато-фиолетовое свечение.
– Посмотри, что там, – велел Девенпорт лейтенанту.
– Минуту, Гленн, – остановил его запыхавшийся Форестер. – Мы прошли около ста метров, впереди операционный зал Буфера…
– Чего?
– Не важно, мы можем нарваться на «защиту от дурака».
– Что вы мелете, Генри?! Русские же прошли?
– И они могли нарваться.
– Отлично, плакать не будем, особенно если они ликвидированы все до единого. Или добьём тех, кто остался в живых, и захватим весь этот ваш Буфер.
– Это невозможно.
– Почему?
– Буфер не является центром управления сдвигом частоты хронолиний, он представляет собой искусственный организм, включающий эффекторы сброса, антенны, интерфейс и тому подобное.
– Какие ещё эффекторы?
– Трубы, по одной из которых мы и поднимаемся в операционный зал, а по сути – в мозг организма, в матрицу активного поля.
– Чёрт бы побрал вашу терминологию! Чего вы хотите?
– Подождать.
– Чего?!
– Если матрица спонтанно активируется… может произойти сдвиг частоты хронолинии…
– Что вы опять выдумали?
– Не стоит рисковать, Гленн, русская отмычка идёт впереди, пусть она и примет удар на себя.
– Какая ещё русская отмычка?
– Их команда играет роль отмычки местной автоматики, пусть идут, не надо им мешать, не надо их ликвидировать.
– А-а… – сообразил Девенпорт, – это правильно. Боб, на цыпочках, вперёд! Дойдём до того места, что светится, и обсудим ситуацию.
Отряд устремился вслед за дюжим лейтенантом.
Антарктида, станция «Южный полюс»
2 января, полдень
Появление самолёта с «большой земли» – всегда событие для полярников, но этот новейший Ил-86, загруженный под завязку, да ещё в сопровождении двух Су-35С, встречали с особым нетерпением.
Доставил он много чего.
Во-первых, взвод арктического спецназа – почти полсотни молодых крепких ребят в белых морозоустойчивых спецкостюмах, вооружённых по последнему слову техники.
Во-вторых, комплекс для радиоэлектронной борьбы «Красуха-5», который этот же взвод и установил в первую очередь в сотне метров от станции, рядом с гидрометеорологическим узлом.
В-третьих, были выгружены десять контейнеров с разборными жилыми модулями для размещения личного состава подразделения, кухня, электрогенератор и антенна дальней связи, позволявшая держать контакт с военными кораблями в радиусе тысячи километров даже при отсутствии спутников.
И в-четвёртых, на станцию был доставлен ещё один подводный робот класса «Глазастик», сборку и спуск которого начали подчинённые Пименову инженеры и техники экспедиции.
Как оказалось, у военных, которыми командовал молодой капитан Суренцов, был в наличии и мощный лазер для резки льдов, но они передавать его начальству станции не стали. На вопрос Пименова: зачем привезли лазер? – блондин Суренцов ответил:
– Командование приказало – мы взяли. Возможно, будем расширять шахту.
Перед обедом Пименова вызвал в штабной домик пилот «Глазастика».
– Есть подозрения, – сказал он, – что «Краб» находится в «коровьем вымени» под Колонной.
– Почему вы так решили? – мрачно поинтересовался Михаил Павлович.
– Во-первых, ил под этим выступом взбаламучен и в нём видны воронки, которых раньше не было.
– Произошёл какой-то естественный оползень.
– Нет никаких предпосылок для такого оползня, если только там ничего не взорвалось, А звуковики, между прочим, засекли скачки давления, похожие на взрывные волны.
– На борту «Краба» не было взрывчатки.
– Зато она могла быть на борту «Мистика».
Пименов задумался, всматриваясь в мерцающую картину дна под Колонной на экране связи с «Глазастиком».
– Допустим, американцы что-то взорвали. Куда они подевались потом? Не могли же они подорвать себя. И куда девался «Краб»?
– Я же говорю – батиплав проскочил внутрь этого выступа. – Аксёнов вывел на экран «коровье вымя». – Видите линию, пересекающую всю скалу? Вам она ничего не напоминает?
Михаил Павлович поёрзал перед экраном, пристальнее вглядываясь в светящийся выступ.
– Щель?
– Скорее молния на ширинке.
Начальник станции покачал головой.
– Ну и воображение у вас, Анатолий Борисович.
– Но ведь похоже?
– Допустим, это и в самом деле молния… гм-гм, на ширинке… зачем она здесь?
– Да для того чтобы открывать и закрывать шлюз! Я уверен, что «вымя» – впускной шлюз в трубопроводную систему Купола, который внезапно открылся и заглотил «Краб»!
– Заглотил… не слишком ли просто?
– А другого объяснения нет, Михал Палыч. Не мог «Краб» никуда отсюда уплыть, а раз не отвечает уже полдня…
– Может, его сбили американцы? И он утонул в иле?
– Я сорок раз прошёлся над Куполом и столько же над этими его щупальцами, ни малейших следов «Краба». Если бы он утонул, всё равно остались бы следы. Виден же разбившийся американский робот. Кстати, датчики «Глазастика» отметили рост температуры труб. Внутри явно начался какой-то процесс.
Пименов включил рацию:
– Кирилл Григорьевич, зайди в штаб.
Полковник появился через несколько минут, впустил в домик клуб морозного воздуха.
– Холодает, однако, уже под минус двадцать. Что случилось, Михаил Павлович?
– Анатолий Борисович считает, что «Краб» занесло в «коровье вымя» под Колонной.
Кряжистый посланец «конторы» подсел к пилоту.
– Основания?
Аксёнов повторил свои доводы.
– Логично, – согласился Кирилл Григорьевич. – Но как вы объясните исчезновение американцев?
– Они попались точно так же, как наши парни.
– То есть вы хотите сказать, что и «Мистик» внутри шлюза?
– Скорее да, чем нет.
– В таком случае всё это сооружение – Купол вместе с его трубами – находится в рабочем состоянии? Иначе механизм шлюза не сработал бы. Так?
– Наверно.
– Почему же шлюз не проглотил «Глазастик», который крутился вокруг него несколько суток?
– Потому что Купол включился недавно. – Аксёнов подумал и добавил: – Сработала его система контроля обстановки.
Кирилл Григорьевич покивал, размышляя.
– Логично… очень даже логично. Михаил Павлович, давайте-ка связь с Москвой, доложу куда следует. Похоже, у нас назревают интересные события. К концу дня мы опустим в шахту второго робота, у него видеосистема поновее, но пока он доберётся до цели, пройдёт время. Пусть наверху подскажут решение.
Пименов пересел к узлу связи.
Озеро Восток. Купол
2 января
Зал был огромен! Казалось, он уходит в бесконечность, полный световых бликов, зеркальных отражений, текучих призрачных струй и сложных, прозрачных геометрических форм.
Первым в зал вошёл Вербов, держа палец на спусковом крючке автомата. Окунулся в эфемерные искажения непонятных световых полотнищ, постоял несколько мгновений и попятился назад.
Мир
