Когда он уже подумал, что окончательно превратится в ледышку, холод исчез, сменившись знакомым огнём. Жар обжёг все конечности разом; вдобавок к этому, глаза закололо, как если бы в них воткнулись раскалённые добела иголки.
«Терпи! – раздался подбадривающий окрик Вэйшэна. – Ты должен выжить!»
Не все воины погибали в бою. Некоторые из них умирали во время прорывов, не выдерживая раздирающих тело изменений. Спасаясь от чудовищной боли, сердца таких бойцов просто останавливались, предпочитая мучительным ощущениям быструю смерть.
Но поддаваться таким мелочам, как боль, Фрей не собирался.
В один момент ему показалось, что сердце пропустило удар. На тело тут же навалилась слабость. Сжав челюсти так, что зубы протестующе захрустели, Фрей стиснул пальцы в кулак и что было силы долбанул себя по груди.
«Работай, чтоб тебя! Работай!»
Кулак бил снова и снова, упрямо заставляя уставшее сердце разгонять кровь по жилам. И оно поддалось: спустя пару десятков секунд, показавшихся Фрею вечностью, сердце оживилось и принялось с новой силой биться о стенки рёбер.
«Молодец! Давай, осталось совсем чуть-чуть!»
Чьи именно это были мысли, – его или Вэйшэна, – Фрей так и не понял. Возможно, что и обоих.
Живот и конечности всё ещё горели, глаза кололо, в горле собирался металлический привкус, но опасный момент миновал. Тело Фрея больше не собиралось поддаваться слабости, смирившись с волей своего хозяина выдержать боль до конца.
Бушующая внутри Фрея энергия будто почувствовала это. Поняв, что ей не взять верх, она сдалась и успокоилась, утонув где-то во внутренних каналах ци. Боль наконец отступила.
Всё ещё не веря, что его мучения закончились, Фрей распахнул глаза. Это удалось ему не сразу: веки слиплись от едкой слизи, выступивших в уголках глаз, и Фрею пришлось прочистить их руками прежде, чем он смог снова увидеть внутреннее убранство палатки.
И первое, что он понял, – он был здесь не один.
– Поздравляю, – сухо бросил Ченглей. Седой воин стоял внутри палатки, у самого входа. От его присутствия в и без того тесной палатке практически не осталось свободного места. Между предводителем повстанцев и Фреем сохранился лишь крохотный участок, на котором…
– Интересный у тебя дух. Впервые вижу такого, – цокнул языком Ченглей.
Фрей его не слушал. Всё его внимания занимала небольшая чёрная змейка, свернувшаяся кольцом и с интересом вращающая узкой треугольной мордочкой. Необычные синие глаза духа уставились на Фрея.
«Т-сс… Поз-здравляю, Фрей. Честно говоря, я уж боялся, что ты сдохнешь, так и не воплотив меня».
«Вэйшэн?»
«Да, это я. Понимаешь теперь, как ты угадал с именем?»
Змея зашипела, и Ченглей автоматически сделал пол-шага назад, но Фрей даже не шевельнулся. Он понял, что означало это шипение: Вэйшэн смеялся.
С трудом оторвал завороженный взгляд от своего духа, Фрей посмотрел на Ченглея:
– Почему он чёрный?
– Я не уверен, – признался он. – Никогда такого не встречал. Обычно духи предстают в виде синеватых силуэтов и обретают иные цвета лишь на более высоких Шагах. То, что твой дух изначально чёрный, находится за гранью моих знаний.
Ченглей помолчал, задумчиво разглядывая Вэйшэна. Змей высунул раздвоенный язык из пасти, словно пробуя воздух на вкус. К словам предводителя повстанцев он как будто и не прислушивался.
– Возможно, это говорит о его потенциале, – выдал Ченглей. – Или о природе духа. Не могу сказать точно. Очевидно одно: твоя змея – совсем не простой дух из тех, которых можно встретить у случайного воина.
«Я говорил, – встрял Сишоу. – Сильный дух. Помнишь?»
«Я думал, ты о моей силе духа».
«Нет, не о ней».
Спрятав язык обратно в пасть, Вэйшэн по-хозяйски заполз Фрею на грудь и посмотрел на него сверху вниз. Синие глаза духа довольно прищурились: похоже, Вэйшэн был рад тому, что обрёл физическую форму.
– Тебе ещё предстоит узнать о своём духе и его возможностях, – заговорил Ченглей, – но это придётся отложить на неопределённое время. Для тебя есть работа.
Фрей бесцеремонно скинул змея с груди, заставив Вэйшэна с возмущением зашипеть, и поднялся на ноги. Говорить о делах лёжа было неправильно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Что случилось?
– Наши разведчики заметили группу сборщиков налогов в одном дне пути от соседней деревни. Местные жители регулярно помогают нам с припасами. Теперь наша очередь.
– Сколько людей отправил клан Хван? – деловито поинтересовался Фрей.
– Мне доложили, что около дюжины. Насчёт сил не знаю, но, скорее всего, большинство из них находятся на Шаге Призрака, – слишком значительная мощь для любого нашего отряда. Поэтому ты пойдёшь с ними. Тем более, что теперь, после достижения Шага Духа, схватка с Призраками не должна доставить тебе никаких проблем.
Фрей хмыкнул. Ченглей не мог знать, что он собирается прорваться, а это значило, что предводитель повстанцев планировал отправить его в любом случае. Ченглей догадался о мыслях Фрея:
– Не думай, что я хотел отправить тебя на убой. С тобой пойдут пятьдесят человек – четверть от всех наших воинов. Этого должно хватить.
– Слишком много, – Фрей покачал головой. – Сложно будет подобраться к сборщикам незаметно. Хватит и трёх десятков бойцов. Только я сам выберу, кто отправится со мной.
Ченглей задумчиво потёр подбородок:
– Договорились. Полагаю, тридцати человек будет достаточно, чтобы поддержать тебя, если вы нападёте неожиданно. Но будь осторожен: дюжина Призраков – это сила, вполне способная справиться с Духом. Тем более, что ты только ступил на этот Шаг и ещё не изучил своих новых возможностей.
– Я понимаю, – Фрей кивнул. – Когда мы выступаем?
– Как можно скорее. Вам потребуется время, чтобы осмотреть местность и занять удобную позицию для засады. Поэтому выбирай тех, кто пойдёт с тобой, и незамедлительно выступайте к деревне. Ждать до утра времени нет.
– Хорошо, – подхватив сумку, Фрей повязал её себе на пояс и с намёком посмотрел на выход из палатки. – Я готов.
Поняв его взгляд, Ченглей откинул полотно и первым вышел наружу. Фрей последовал за ним.
– Если вдруг… – седой воин прочистил горло, – Если вдруг ты поймёшь, что вы не справляетесь и воины клана Хван слишком сильны, – бегите. Бегите как можно дальше, прячьтесь – но не в коем случае не возвращайтесь в лагерь. Дорога обратно вам заказана. Ты ведь понимаешь?
– Да, – Фрей снова кивнул. – Разумеется.
Ченглей вздохнул:
– Тогда желаю вам удачи. Уверен, мы ещё увидимся.
Договорив, предводитель повстанцев развернулся и ушёл, оставив Фрея в одиночестве.
Вернее, почти в одиночестве.
«Уже решил, кто отправится с собой?»
Забыв о недавней обиде, Вэйшэн выполз из палатки и вопросительно уставился на Фрея.
«Конечно. На тренировках я хорошо изучил, кто и на что способен. Выбрать тридцать лучших бойцов не составит труда. И начну я…»
Удача сегодня определённо была на стороне Фрея. Не успел он закончить мысль, как в поле зрения появился первый человек из тех, кого он намеревался взять с собой.
– Земин!
Вышедший из-за соседней палатки приземистый бородач что-то негромко выговаривал сопровождающему его Ксиабо. Услышав своё имя, он резко остановился и повернулся к Фрею:
– А, Фрей! Ты что-то хотел? – почувствовав на себе серьёзный взгляд, он вскинул руки в защитном жесте. – О, нет. Только не говори, что задумал провести сегодня дополнительную тренировку. Такого издевательства я не выдержу.
– А я – выдержу, – не поддержал отца Ксиабо. Осознавая, что уступает более взрослым бойцам, сын Земина компенсировал это тем, что по полной выкладывался на каждой тренировке. – И буду только рад, если это произойдёт.
Земин недовольно покосился на Ксиабо, без приглашения вмешавшегося в разговор взрослых, но его сын будто этого не заметил, продолжая светящимися от энтузиазма глазами пожирать своего учителя. Фрей чуть улыбнулся:
– Нет, Земин. Сегодня тренировки не будет. И завтра тоже.
