— Не отставай, колдунишка! — гаркнул лод Йезекроар.
Он досадовал, что приходится быть здесь, среди пехоты. Увы, его раши погиб в самом начале кампании. Буквально через час после выхода из портала. У Ордена имелось некоторое количество запасных скакунов, но они закончились еще в Иххарии. Так что лоду Йезекроару, как и еще доброй сотне братьев по Ордену, приходилось топать на своих двоих.
Хотя менее бравым он от того не становился. Буквально только что паладин расправился с особенно жирной Тварью. Этот высший Надзиратель внешне мало отличался от обычного шоггота, но был неизмеримо сообразительнее. Он… она… оно умело разговаривать. Умело пользоваться оружием. Даже немножко колдовало — видимо, один из его «кусочков» при жизни был чародеем.
Но это чудовище померкло и побледнело рядом с тем, что встало на пути у троицы минуту спустя. При одном виде этой пышущей жаром, опасной, но странно притягательной ауры Витангез пискнул и попытался спрятаться за спиной эйнхерия. Тот крякнул и шагнул вперед, загораживая и паладина — а то его глаза тоже затянуло поволокой.
— Ты что еще за особа, зеньора такая-сякая? — осведомился Зочихан.
— Меняя называают Набиритхи, малышок… — проурчала дьяволица, томно растягивая слова. — Я верхняя госпожаа Трех Старших Домов Иреема…
— Она королева дьяволиц, — пояснил Витангез, жмурясь как можно крепче.
— Фи-и, короле-ева, что за мещанское слове-ечко… — жеманно поморщилась Набиритхи. — Нет среди нас никаких короле-ев, все мы друг другу сестры и лучшие подру-уги… Просто одни-и немного выше други-их…
— Ты уж точно выше… — пробормотал Зочихан.
Действительно, Набиритхи была на редкость рослой дамой. Раза в полтора крупнее нормальной дьяволицы, с удивительно длинными ногами и такими округлостями, каких не встретишь и на тыквенной грядке.
Затянутая в черную кожу великанша шагнула вперед, поигрывая длиннющими когтями. Ее глаза чуть прищурились, она хрипло мурлыкнула — и Витангез с лодом Йезекроаром разом дернулись к ней. Не поддавшийся чарам эйнхерий с досадою шарахнул товарищей по башкам — так, легонечко, едва касаясь.
Ударь он со всей своей мертвецкой силой — расколол бы обоим черепушки, как пустые горшки. Но и слабеньких щелчков хватило, чтобы колдун и паладин взвыли от боли. Витангез вовсе рухнул на колени и заверещал, держась за гудящую голову.
Но зато теперь они пришли в себя. Паладин встал в боевую позицию, колдун опустился на четвереньки и блеванул.
Эйнхерий же извлек из-за пояса благовонную гранату, размахнулся и…
…Набиритхи с непостижимой скоростью ушла левее. Над пустошью разнесся ее язвительный смех. Сладострастно изгибаясь, дьяволица вильнула бедрами, и к Зочихану метнулось что-то длинное, толстое, похожее на хобот мамонта или огромную змею…
Он тоже успел отшатнуться. А вот Витангез нет. Набиритхи схватила его поперек туловища и подняла ввысь своим… колдуна снова стошнило, как только он понял, ЧЕМ его держат!
— Укуси его! — посоветовал паладин. — Укуси, и она от боли тебя отпустит!
— Ты сдурел, гречка?! — провизжал Витангез. — Кусать ЭТО?! Да я уж лучше сдохну!!!
— Какой брезгли-ивый малышок… — обиженно фыркнула дьяволица. — Нехорошо-о быть таким, нехорошо-о!
— Щит и меч!!! — проревел свой боевой клич лод Йезекроар, бросаясь вперед.
То ли он все еще не совсем оправился от дурмана, то ли Набиритхи обладала поистине демонической реакцией, но уклонилась она с изяществом стрекозы. Издав язвительный смешок, дьяволица схватила паладина за голову и подняла его на уровень своих глаз.
— Это было о-очень-о-очень грубо, — укоризненно заметила она. — Нельзя-а бросаться на женщину с обнаженным мечо-ом, нельзя-а! При виде женщины нужно обнажать кое-что со-все-ем-совсе-ем друго-ое!
— Кхррр… — прокряхтел лод Йезекроар.
Набиритхи встряхнула его и похотливо облизнулась. Ее язык высовывался все дальше, дальше… вот он уже обвился вокруг шеи паладина!
Капитан-поручик Зочихан вздрогнул от отвращения и поднял к плечу плазмомет. Он искал в видоискателе эту гору кошмарной плоти, но Набиритхи всегда успевала загородиться Витангезом. У того явственно хрустели ребра — так сильно дьяволица его сдавливала.
— В сторону, — раздался холодный голос.
Пфаах!.. Мимо эйнхерия пронесся радужный импульс. Стрела Мардука расплескалась по гигантской груди Набиритхи, и та страшно закричала, роняя лода Йезекроара. Витангез тоже вывалился из ее хватки и торопливо пополз в сторону. Заклинание задело и его, но смертному подобное не опаснее теплой воды.
Помавая посохом, Креол подошел к скуксившейся дьяволице и небрежно засадил в нее еще и Копье Мардука. Из его рукавов заструились противодемонические цепи, скручивая жертву, связывая тугим коконом. Набиритхи истово забилась, впилась в мага взглядом, пытаясь заворожить, подчинить своей воле… но лицо Креола осталось равнодушным.
Он претерпевал чары богини любви — что ему какой-то жалкий демон похоти?
К тому же Креол, разумеется, накрутил на себя все демонические защиты, какие только знал. Они постоянно подпитывались от посоха, так что держаться могли неограниченно долго.
Здесь и сейчас, посреди бессчетного стада демонов, Креол Урский был практически неуязвим.
Менее чем через полминуты с королевой дьяволиц было кончено. Огромное тело Набиритхи упало в снежно-пепельную кашу и задымилось, стало утрачивать форму. Как и многие другие демоны, разлагалась она гораздо быстрее людей.
— Благодарствуйте, ваше колдунство, — поклонился Зочихан. — Выручили, как есть выручили.
Креол не удостоил его ответом. Он оглядывался в поисках других чудовищ. В этом жутком месиве аур маг выискивал самые яркие, пылающие особенно страшно. Как покойная Набиритхи — на порядок слабее любого архидемона, но резко выделяющаяся среди рядовых Господ.
Пожалуй, года три назад Креолу пришлось бы с ней повозиться. Без сверхмощной цепи, без обсидианового посоха, без бесконечной маны, источаемой пленными Дагоном и Нъярлатхотепом… да, без всего этого Набиритхи стала бы тяжелым противником даже для архимага.
Но в настоящее время… Креол явился в Лэнг с войной не для того, чтобы спотыкаться на каждой мелочи. Его ждут Эмблемы и архидемоны.
Его ждет Кадаф.
Только вот до Кадафа еще нужно добраться. Между ним и Креолом целая орда демонов. В основном они заняты разрыванием людей на части… но Креол-то ведь тоже человек. Он не успел сделать и тридцати шагов от мертвой дьяволицы, как напоролся на стаю алуа. Со всех сторон в него полетели ядовитые иглы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
