Трейт и возражала, допускаю, что ею было отпущено в мой адрес весьма нелестное высказывание, но я не обратила на это ни малейшего внимания. Убедившись, что помешать мне в сущности некому, от остального предпочитала отмахиваться. Уверена, у меня есть всего один шанс. Если я ошиблась и неправильно истолковала подсказки пророчества, Ройс вскоре присоединиться к отцу, а я потеряю всякую надежду на счастье.
Сложности возникли лишь с местным жрецом, который наотрез отказался участвовать в задуманном и как я ни старалась, уговорить его не удавалось.
— Всегда можно предложить ему деньги, — осторожно заметил Стоун, наблюдая за тем, как я нарезаю круги по гостиной, лихорадочно думая как поступить.
— Нет, не поможет. Нужен кто-то другой.
— Досадно, что Вам неизвестны элементарные вещи, леди Элиза. Доступ к родовой магии имеет лишь действующий жрец. И это моя будущая невестка, — в изнеможении простонала графиня.
— Да, да, Вы совершенно правы, — совершенно не обиделась я, была занята другим.
— Кто может отстранить его и назначить нового?
Мэйвен подавился глотком кофе, что цедил на протяжении всего вечера.
Избавившись от пятен на рубашке, оскорбленно воззрился на меня.
— Пока брат… находится в таком состоянии, его имуществом распоряжаюсь я, Элиза. Формально это решение могу принять от его имени, — устало размял шею Стоун.
Я склонила голову к плечу, ожидая продолжения. Надеюсь, мне не придется напоминать ему в каком Стоун неоплатном долгу перед братом.
Он все понял по моему взгляду.
— Чтобы найти нового потребуется время… — сдался он.
— Свяжитесь с Обителью, они должны войти в положение. В любом случае жрец нам нужен к закату завтрашнего дня, — завершила я дискуссию.
Да, я осознаю, что веду себя слишком напористо и безжалостно, но меня подгоняет утекающее сквозь пальцы время, отпущенное моему Зверю. Меня ни на мгновение не оставляет предчувствие, что мы не успеваем, слишком долго копаемся и можем опоздать. А остальные ведут себя так, будто… будто сдались и ждут от меня того же!
Убедившись, что Стоун занялся делом, заглянула ненадолго к Ройсу, после чего вернулась в галерею. Здесь я проводила все свободное время, медитируя и совершенствуя свой дар. Чутье подсказывало, что он не должен подвести, когда придет время.
Но стоило привычно бросить взгляд в сторону последнего холста, сердце бешено заколотилось. Что-то изменилось. Еще не зная в чем дело, я почувствовала неладное.
— Нет… Пожалуйста… Я так долго тебя искала, не могу поверить, — застонала, ощупывая рамку и серый холст.
То, что это теперь совершенно обычное полотно для портрета, не осталось сомнений. Стоило мне чуть сильнее надавить на раму, как она послушно сдвинулась, тогда как раньше было прикреплено к стене намертво.
Прислонившись лбом к гобелену, уговаривала себя, что ничего страшного не произошло. Нельзя сдаваться. Я нашла его однажды, найду и вновь. Тем более сейчас, когда нашла возможность помочь Ройсу.
Холод, сквозняк и ледяные пальцы на шее.
Дернувшись, подскочила в своей постели, оглядывая окутанную мраком спальню. Вайолет. Давненько ее не было.
Поморщившись, взмахом руки зажгла свет, выбираясь из-под теплого одеяла. С этим призраком нужно что-то делать. Неужели в этом мире нет тех, кто специализируется на подобном?
Закутавшись в шаль, посмотрела на зависший передо мной призрак девушки. Не знаю, сколько мы играли в гляделки, но Вайолет сдалась первой, заметавшись по спальне. Сегодня был первый день ее появления, и контуры силуэта смазывались, а сияние периодически гасло. Лишь завтра она наберет силу и проявится. Что же в таком случае ей нужно от меня?
Подлетев к двери, призрак несколько раз просочился туда обратно, давая понять, что мне нужно следовать за ней.
И пусть сейчас я гораздо лучше контролировала свой дар, идти за бывшей женой Ройса не было никакого желания.
Недовольно бурча ругательства под нос, брела по полутемному коридору, стараясь не потерять из вида безумного призрака.
И что ей еще от меня нужно?
Вопреки ожиданиям Вайолет вела меня в противоположную от восточной башни сторону. Мрачно оббежав взглядом непрочные перекрытия старой части замка, пожалела, что эта ненормальная является только мне. Ни братья Ройса, ни прислуга такой чести не удостаиваются.
Зябко передернув плечами, остановилась у тяжелых двухстворчатых дверей, через которые только что просочилась Вайолет.
За ними может ожидать все что угодно. В том числе и ловушка.
Шумно выдохнув, сосредоточилась, ныряя в свою «галерею» и уверенно подошла к пустому пока полотну, представляя портрет Стоуна. Брат Ройса отлично владеет боевой магией и много знает о старой части замка, а значит став им, у меня появится шанс противостоять тому, что задумала Вайолет.
Дверь поддалась на удивление легко. Все же мужчина гораздо сильнее меня.
Обведя взглядом полутемную комнату, с удивлением обнаружила, что зрение Стоуна оставляет желать лучшего и почему он не носит очки?
Заметив зависшую у дальнего окна прозрачную фигуру, вздрогнула от нахлынувших чувств Стоуна. Он до сих пор ее любит и отчаянно скучает по этой дряни!
Было странно ощущать разом и свою ненависть, и любовь, а вернее какую-то больную страсть Стоуна. Меня будто половинило, заставляя терять контроль над даром.
Вновь глубоко задышав, усилила давление силы, отодвигая немного личность Стоуна. Не хватало еще кинуться обниматься с призраком.
Прикрыв за собой дверь, сосредоточенно оглядела комнату.
Если Вайолет решила избавиться от меня изощренным способом, она выбрала самое удачное помещение. Мрачные влажные стены, плесень на полуразрушенных колоннах когда-то поддерживающих своды великолепного бального зала наводили какой-то священный ужас. Из памяти Стоуна всплыли обрывки дневников предков и старые чертежи. Именно здесь происходили все значимые торжественные события для рода, будь то свадебный бал и прием в честь рождения наследника. Осторожно ступая по остаткам некогда великолепного паркета, осмотрела разбитые местами панорамные окна, почти не тронутый временем помост, где некогда располагались музыканты и наткнулась взглядом на жуткое кованое зеркало на возвышении у стены.
По опыту зная, как могут быть опасны подобные артефакты, сплела универсальное защитное плетение и набросила на себя, прежде чем приблизиться к зеркалу.
Вайолет нетерпеливо облетела по кругу, подгоняя меня.
В груди заворочалось предчувствие чего-то важного и… опасного, что надвигалось неотвратимо с каждым моим шагом.
Я не хотела лезть в душу Стоуна и без того предполагая, что найду там. Но как бы не экранировала его чувства и желания, все равно поглядывала на Вайолет, ощущая, как сбивается дыхание.
Неужели он никогда не избавится от этого наваждения?
Благодаря все тому же Стоуну уже знала, что вижу перед собой. Вот оно. Мой помощник. Тот, кого безуспешно искала столько времени. Кто прятался столько времени в портретной галерее,
