начинающей жрицы повлиять на последователей. Скорее было похоже на сборище фанатиков, которые собрались около объекта своего поклонения.
Следом пришло ещё одно сообщение — с детальной информацией о румынской княжне, которая внезапно решила объявить себя богиней. Именно она была запечатлена на видео и по ней же вышло первой собрать информацию.
Бросив взгляд на солидный по объёму текст, я вернулся к звонку Оболенского.
— Я пожалуй, выйду на связь немного позже. У нас тут новая угроза нарисовалась. Четыре потенциальных бога.
Тот лишь хмыкнул, а я положил трубку, переходя к сообщению от Кристины. По объёму оно было масштабным, но суть можно было изложить весьма кратко — валашская патрицианка решила стать кем-то вроде богини нравственности. С четкими нормами «морали» в области одежды, отношений, брака и любых взаимодействий между полами.
Крайне ущербный путь. У нас были божества, которые отвечали за верность клятвам и договорам. Тому, что считалось базисом Римской республики. Имелось и несколько попыток пойти по пути создания культа, который бы отличался от всех иных своими нормами поведения в плане стандартов отношений между полами. В плане консерватизма, само собой.
Заканчивалось это, как правило, одинаково — последователи нового бога, почему-то решали, что обязаны заставить абсолютно всех следовать своим устоям. А если остальных что-то не устраивает, то вынудить их к этому, залив города кровью.
В трёх случаях новоявленное божество собственноручно истребляло своих же жрецов и неофитов, увидев зверства, которые те творят. Ещё раз это пришлось делать Вакху и отрядам сатиров — богиня, которая выпросила у Зевса право на попытку, настолько втянулась, что решила лично возглавить фанатичных выродков Бездны. Брат рассёк её тело на куски, а разум запечатал и доставил на суд Совета Старших богов, который приговорил спятившую богиню к смерти.
В пятом случае, большая часть последователей послушала свою богиню и прекратила поход на «общество разврата». Перерезав глотки тем, кто решил не отступать даже после появления их собственного божества.
Но каждому из тех случаев предшествовала относительно длительная работа. Как минимум годы, а то и десятки лет, необходимых для создания стабильной структуры последователей среди смертных. Здесь же речь шла о женщине, которая буквально минут двадцать назад заявила о своей программе, если её так можно назвать, после чего двинулась к площади, призвав следовать туда всех, кто хочет разделить её убеждения.
Тем не менее, люди на площади бились в таком экстазе, как будто с детства мечтали об одном — увидеть эту старую морщинистую самку циклопа и послушать её речи.
Странно. Непонятно. Опасно. Пожалуй достаточно, чтобы заявиться туда самому и немедленно.
Я ещё раз прислушался к данным, которая передавала наблюдательная система Мьёльнира. Глянул в сторону окна портала. Немного поколебался.
— Гифер, Найхва — остаётесь здесь до прибытия Билли и его воинов.
На меня уставились два взгляда. Один вопросительный, а второй полный искреннего возмущения.
— Я полечу с тобой! Даже не думай меня тут оставить! Что я здесь делать буду? Мёрзнуть в снегах?
С последней фразой, она безусловно перегнула — чтобы заставить океанскую богиню замёрзнуть, нужно нечто более серьёзное, чем заснеженные горы. Но определённый смысл в её словах был.
Чуть подумав, я согласно кивнул.
— Хорошо, летишь со мной.
Сразу же перевёл взгляд на титана.
— Гифер, ты остаёшься и ждёшь Билли. Задача — охранять выход из портала. Мьёльнир завяжет на тебя артефакты — даже если противник появится неожиданно, они его сдержат и дадут время подготовиться.
Сделав короткую паузу, добавил.
— Когда морские охотники окажутся здесь — перейдёшь с ними на ту сторону. Обеспечишь всю возможную поддержку. И останешься до тех пор, пока не будешь убеждён, что они выдержат практически любую атаку.
Племянник Кроноса молча склонил голову, а я потянулся силой к каменным пластам горы, создавая очередного конструкта.
Мьёльнир, который занялся артефактами практически сразу, как мы вернулись назад, приступил к установлению контакта между ними и Гифером. Найхва же развернула собственного крылатого конструкта, обратив водой часть окружающего нас снега, и как только спутник закончил процедуру, мы взмыли в воздух.
Сам он предпочёл остаться в образе каменного ежа, расположившись рядом со мной. А я снова обратился к системе наблюдения, которая сейчас охватывала весь мир.
Искажения энергетического фона, которые фиксировались во всех четырёх точках, были идентичны. Рискну предположить, рядом с иными правителями, которые поспешили объявить себя богами, сейчас происходило приблизительно то же самое — виной этому явно был формат использования силы.
Правда понять, что это такое, упорно не выходило. Ни у меня, ни у Мьёльнира, который тоже занялся анализом происходящего. Зато каменный спутник уловил кое-что иное. Слабые отзвуки похожих плетений, которые использовались в Австралии. Не точно таких же, но сильно напоминающих те, что применяли четверо смертных.
Эшмун? Выходит, всё происходящего — дело его рук. Вот только я не совсем понимал, какой в этом смысл? Таким чудным и отчасти безумным способом, свой пантеон ему не создать. Максимум — на какое-то время получится отвлечь моё внимание, не более того.
Впрочем, ранее финикиец не был замечен в откровенной глупости. А значит, здесь тоже имелся свой смысл. Могу поспорить, с новоявленными божествами всё не так просто, как казалось на первый взгляд.
Пока я решил проверить двоих из них — Олег отправился к главе одного из маньчжурских родов, которые вышел на публику в центре Чженчжоу, а мы с Найхвой мчались к Бухаресту. Затем, если выйдет успешно разобраться с первыми двумя, мы направимся в Южную Африку, а Олег возьмёт курс на Индию.
В процессе я отдавал приказы — Билли вместе с парой сотен охотников загрузился в самолёты и поднялся в воздух. Они должны были высадиться в ближайшем аэропорту Норвегии, после чего добраться до точки входа на мост, которую охранял Гифер. С весьма тривиальной задачей — перейти на ту сторону и заняться созданием оборонительных сооружений. Грубо говоря — выстроить около окна портала полноценную крепость, которая бы закрыла тот со всех сторон.
Вместе с ними отправилась рота кавалергардов, об участии которых попросил Оболенский. А из Владивостока вылетел самолёт с небольшой делегацией, которую возглавлял один из свитских Кристины — эти должны были заняться координацией дипломатических вопросов.
Сама рыжеволосая дева ввела меня в курс нового проекта, идея которого возникла у неё буквально недавно — создание полноценного военного союза, в который входили бы все государства мира. С обязательным связыванием их правителей и элиты при помощи клятв на Даре. Полных гарантий это не даст, но обеспечит хотя бы
