Читаем без скачивания Битва за будущее - Джефф Нортон

– И?

– Я собрал подробнейшее досье на твоего отца.

– Не сомневаюсь.

– Да, я послал агентов в вашу новую сувенирную лавку, в «Икар» и даже к вам домой. Все десять лет Джейсон и шагу не мог ступить без моего ведома.

– И все же одурачил вас.

– Да, Иона, – согласился Грейнджер. – Так оно и было. Скажу больше, он одурачил нас обоих. Возможно, для тебя станет большим шоком в конце концов узнать правду о нем.

– Я не понимаю, что вы…

– В твоих школах у меня также были агенты. Ты никогда не высказывал и намека на согласие со взглядами твоего отца. Твоя преданность мне была… вдохновляющей.

– Это… так было потому, что…

– Все нормально, Иона, – улыбнулся Грейнджер, – я понимаю.

– Мой отец не стал бы… Я знаю, он не стал бы лгать мне, если бы не…

– Я верю тебе. Есть вещь, в которой я уверен на все сто процентов: твой отец был хорошим человеком. Он делал то, что считал правильным.

Иона сомневался в реальности происходящего разговора. Это же человек, который убил его мать и много раз пытался убить его самого.

Много раз с момента ее гибели Иона представлял встречу с Грейнджером. Представлял совсем иначе. В его мечтах Грейнджер был крикливым и хвастливым монстром, не знающим, что такое раскаяние. Не таким спокойным. Не таким вдумчивым. Не таким разумным. И совсем не таким… убедительным.

Лучше бы он оказался монстром.

– Твой отец спас мне жизнь, – сказал Грейнджер. – Ты знал об этом?

Иона покачал головой.

– Это случилось в тот самый день, ужасный день. Мы приземлились в Хитроу. Я шел по взлетной полосе. Джейсон позвал меня назад к самолету. Сказал, что нужен мой отпечаток пальца в заявке. Первый взрыв сбил нас с ног.

– Он был с вами, когда?..

– Джейсон побежал в здание аэропорта, – ответил Грейнджер. – Видел, что там люди, и не раздумывал. Хотел бы я быть настолько смелым.

– А я бы хотел, чтобы он был не настолько смелым, – пробормотал Иона.

– Понимаю, почему ты меня ненавидишь. Правда, – сказал Грейнджер. – Я знал твою мать. Мы встречались с Мириам несколько раз. Она мне нравилась. Могу я спросить, как она?..

– Сити Тауэр, – ответил Иона. – Она работала в Сити Тауэр.

Грейнджер устало кивнул.

– Я не знал, – сказал он. – Но если бы и знал… Как и твой отец, я верил, что делаю то, что должен. Поступаю по совести.

Иона отвернулся, закусив губу. Он не хотел слышать никаких оправданий.

– Чего я не понимаю, – сказал Грейнджер, – так это твоего союза со Стражами. В конце концов, это они взорвали аэропорт в тот день. И виноваты в смерти Джейсона.

– Но не те, с кем я работаю, – не согласился Иона.

– Это они тебе сказали?

– Это правда.

– Полагаю, в этом и заключается преимущество групп без лидера. Некому нести ответственность. Если что, никто не виноват.

– Они сражаются за то, во что верят, – сказал Иона.

– Как и все мы, – возразил Грейнджер. – Но скажи мне, Иона, ты ведь уже достаточно времени провел с Акселем Каваной и Стражами…

– Полагаю, что так.

– Так вот, можешь ли ты с уверенностью сказать, что никогда не сомневался в их методах?

Иона вспомнил о ГеррВер и русских пиратах. А еще о мистере Чанге.

– Метасфера должна быть свободной, – ответил он. – И Стражи сделают ее свободной.

Прозвучало неубедительно, даже для него самого.

– Ты будешь бороться ради этой цели? – спросил Грейнджер.

– Да.

– Будешь рисковать жизнью ради нее?

– Буду.

– И убивать ради нее?

В горле Ионы пересохло.

– Возможно, сам ты и не стрелял сегодня, – сказал Грейнджер, – но этой ночью погибли многие люди. Стражи, Миллениалы. И ты сыграл в этом свою роль.

– Мы… мы должны что-то делать, – пробормотал Иона. – Мы не можем позволить вам… взять контроль над Метасферой.

– Ты действительно в это веришь? – спросил Грейнджер. – Веришь, что виртуальному миру не нужна организация, не нужен лидер? Некто мудрый и дальновидный?

– Ему не нужны вы. Вы просто хотите… получать с людей деньги и указывать им, что делать.

– Ты видел реальный мир, Иона. – Грейнджер покачал головой. – Ты видел, что происходит, когда рушатся институты власти. Люди теряют надежду. А когда это происходит, остается только бесконечно катиться вниз. Ты этого хочешь для Метасферы?

– Я… Я не…

– Я построил Метасферу для нас, для всех тех, кто потерял в реальном мире надежду. Моя Метасфера – это мир, где мы можем снова ее обрести. И я уверен, что глубоко внутри ты согласен со мной, Иона, в том, что за это стоит сражаться.

– И стоит убивать? – прошептал Иона.

– Будь осторожен в своих суждениях, парень. Во многих отношениях мы с тобой похожи. Мы оба пережили потерю родителей. Оба умеем сосредоточиться на цели и идти к ней, даже иногда быть жестокими, если необходимо. Я просто прошу тебя подумать еще немного над выбором. И хочу, чтобы ты решил для себя, стоит ли эта цель всех отнятых сегодня жизней.

Повисло долгое неловкое молчание.

Грейнджер стоял, глядя сверху вниз на Иону. Тот сидел, прислонившись к холодной стальной балке, и смотрел на свои руки.

Грейнджер шевельнулся первым. Он двинулся к краю скалы, и Иона вскочил на ноги, протестуя.

– Я не могу остаться здесь, ты же знаешь, Иона, – сказал Грейнджер.

– Я не могу… Я не позволю вам сбежать… Я… я закричу и позову остальных.

– Кричи, если хочешь. Но сначала подумай, Иона. Ты знаешь, если они поймают меня, то убьют. Стражи убьют меня.

Иона хотел закричать.

– И тогда моя смерть будет на твоей совести, Иона, – продолжил Грейнджер. – Спроси себя, не хватит ли крови для одного дня?

После разговора с отцом Иона думал, что ему все понятно. Он думал, что знает, на чьей стороне. Теперь он запутался, как никогда раньше.

Времени подумать не было, требовалось сделать выбор. Нужно или позволить своему злейшему врагу сбежать, или нести ответственность за его смерть, потому что Грейнджер был абсолютно прав – Стражи обязательно убьют его при первой же возможности. Может, не Сэм, но остальные точно…

– Знаешь, – сказал Грейнджер, – есть одна вещь, которая не дает мне покоя.

– Какая?

– Когда Джейсон спас мою жизнь в тот день в аэропорту, – начал Грейнджер, – понимал ли он, что делает? Знал ли, что бомбы вот-вот взорвутся?

– Нет, – сказал Иона, – наверняка он…

– Да, вряд ли он был в курсе. Но когда Стражи решили уничтожить меня, они не могли не знать, что подвергают опасности и жизнь твоего отца. Он был очень важен для них. Само собой, они должны были предупредить его о своих планах.

– Вы говорите… Вы думаете?..

– Я правда не знаю, Иона, – сказал Грейнджер. – Было ли простой случайностью, что Джейсон так вовремя отозвал меня?

– Но зачем… Зачем он?..

– Спас мне жизнь? Я же сказал, Иона, Джейсон долгое время был моим пилотом. Я доверял ему. Я думал, мы стали друзьями. И возможно…

– Нет.

– Возможно, он начал чувствовать то же самое…

– Нет!

– Твой отец умер, – сказал Грейнджер, – спасая жертв взрыва, устроенного Стражами. Не похоже на действия их приверженца, верно? Мне кажется, в тот день, когда взорвались бомбы… в тот день Джейсон Делакруа задумался, правильный ли выбор он сделал.

Иона услышал голоса со стороны люка.

– А теперь мне действительно нужно уходить, – сказал Грейнджер. – Но мы встретимся снова, Иона. И до того момента я хочу, чтобы ты подумал кое о чем. Я просто прошу тебя поразмыслить еще раз над твоим выбором. Я хочу, чтобы ты хорошенько подумал о возможности присоединиться к моему движению.

– Что?.. Вы хотите, чтобы я?..

– У тебя есть задатки Миллениала, Иона. И задатки лидера. Из нас с тобой получилась бы отличная команда. Вместе мы можем спасти мир!

С этими словами Мэтью Грейнджер развернулся и заскользил через лабиринт балок, поддерживающих солнечные панели. Он исчез, словно мимолетная тень, оставив Иону наедине с целым ворохом мыслей.

В одиночестве парень пребывал недолго.

Его нашла Сэм. Она бежала к нему, а по пятам за ней следовали два вооруженных Стража.

– Иона? Иона, это ты? Ты с кем-то разговаривал? Мне показалось, я слышала…

– Он был здесь, – тихо сказал Иона.

– Кто? – спросила Сэм. – Кто здесь был?

Иона молча смотрел на нее. Она нахмурилась; затем ее глаза расширились. Она догадалась:

– Мэтью Грейнджер!

Двое вооруженных Стражей тут же пришли в движение.

Они вынырнули из-под солнечных батарей и подбежали к краю скалы. Прозвучало несколько выстрелов. Затем один вернулся, покачивая головой.