— Кажется, вы на меня сердитесь?
— Удивительная прозорливость!
— Не стоит, дорогая! Разве вы сможете сделать правильный выбор, если не узнаете меня получше? Меган удивленно воззрилась на него.
— Не пугайтесь, солнышко! Я не причиню вам никакого вреда, клянусь.
— Вы мне уже причинили вред, — буркнула Меган. — Шотландцы всегда загоняют своих лошадей до полного изнеможения?
Лаклан усмехнулся.
— Это крепкие и выносливые лошадки, не то что ваши жирные английские кобылы. Мне жаль, что вы утомились, но нам нужно было спешить.
— Неужели вы думаете, что за вами не будет погони? — удивилась Меган.
— Из-за вас, дорогая? Несомненно! Он, конечно же, помчится следом и попытается вас найти. Ни один мужчина в здравом уме не откажется от вас без борьбы. Но уверяю вас — у него ничего не выйдет! Нет такого шотландца, который смог бы меня найти, если я этого не захочу. Не говоря уже об англичанине!
Меган захотелось сесть на землю и разреветься.
Тем временем Лаклан расстелил для нее одеяло. Оба его дружка — не такие громадные и одетые гораздо проще своего главаря — нарочито громко возмущались тем, что оставили на дороге Цезаря, но Лаклан не обращал на их жалобы никакого внимания. Склонившись, он протянул руку, чтобы помочь Меган сесть. Девушка демонстративно отвернулась и резко опустилась на одеяло.
— Вы всего лишь обыкновенный вор, не правда ли? — дерзко спросила она, когда Лаклан уселся рядом. Он помолчал, а потом расхохотался.
— Обыкновенный? Вот уж не сказал бы, дорогая!
В нашем роду всегда были разбойники — из поколения в поколение. И я горжусь тем, что не посрамил своих предков и тоже занимаюсь этим почетным и достойным делом.
Подельники Лаклана, услышав его ответ, стали выкрикивать насмешливые замечания и свистеть, но мгновенно утихомирились, когда вожак бросил на них угрожающий взгляд. Снова повернувшись к Меган, Лаклан одарил ее самой обворожительной улыбкой из своего арсенала.
— Вы действительно не видите ничего дурного в грабежах? — полюбопытствовала девушка.
— О нет, я этого не говорил. Но вы должны знать, что шотландцы и англичане в течение многих столетий доставляли себе удовольствие совершать друг на друга набеги. Я всего лишь возобновил эту практику.
— Вы хотите сказать, что грабите только англичан? — оскорбленная за своих соотечественников, гневно спросила Меган.
Лаклан невозмутимо пожал плечами.
— Мы не доберемся до моего дома раньше завтрашнего полудня. Потому-то, как вы, должно быть, и сами понимаете, я и приложил максимум усилий, чтобы опустошить карманы исключительно у англичан, — пояснил он.
— Как патриотично! — съязвила Меган. — А там, откуда вы родом, разве нет англичан?
— Есть, но мало. Вся проблема в том, что мне пришлось бы останавливать каждую карету и спрашивать пассажиров, англичане они или шотландцы. Но шотландцы не любят, когда их задерживают по таким пустякам. Так что гораздо проще отправиться туда, где наверняка будет очень много англичан, то есть на границу.
— К моему несчастью.
— Не надо так говорить, дорогая. Должно быть, вы очень устали и растерялись. Я и сам смущен и поражен возникшими у меня чувствами. Не подумайте, что похищать красивых девушек для меня обычное дело. Вы первая!
— Я просто умираю от счастья! — с издевкой воскликнула Меган.
— Нет, это я умираю от счастья, — смеясь ответил Лак-лан. — Вы и представить себе не можете, как долго я искал такую женщину, как вы.
Поскольку на вид он был далеко не стар — где-то между двадцатью и тридцатью годами, — его поиски прекрасной дамы начались не очень давно. Но Меган лишь заметила:
— Тем не менее вам не повезло, Макдуэлл, потому что я уже помолвлена.
Это нисколько не смутило Лаклана.
— Да в жизни не поверю, что вы на самом деле желаете этого надутого английского придурка! — уверенно заявил он.
— Увы, это действительно так.
— Но вы его не любите! — с прежней уверенностью произнес Лаклан. — Это так же очевидно, как…
— Нет, я его люблю. И люблю настолько, что собираюсь родить ему ребенка.
Лаклан одобрительно кивнул и улыбнулся.
— Прекрасное намерение — иметь ребенка.
— Вы меня неверно поняли, — спокойно сказала Меган. — Это не планы на будущее. Это уже свершившийся факт.
Меган и сама удивилась тому, что произнесла эти слова мягко и просто, не почувствовав никакого смущения. На лице Лаклана было написано такое изумление, что Меган на мгновение даже забыла обо всех мучениях, которые доставила ей недавняя безумная скачка на лошади. Но удовольствие, которое девушка получила, наблюдая реакцию Макдуэлла на ее сообщение, оказалось недолгим: Лаклан внезапно громко расхохотался, и Меган поняла, что он ей просто не поверил.
— Что теперь?
— Черт меня возьми, если я знаю.
— Мне казалось, ты говорила убедительно.
— Почему же он мне не поверил?
— Может быть, потому, что он этого не хочет ?
— Но ведь я же сказала чистую правду! А он не поверил и в мою ложь тоже.
— Какую ложь?
— Не смешно. Ты прекрасно понимаешь какую.
Меган разозлилась на себя и нахмурилась. Лаклан это заметил и подумал, что она сердится на него. Ему и в голову не могло прийти, что Меган огорчила ее очередная беседа со своим внутренним голосом.
— Извините, дорогая, но вы, должно быть, сами понимаете, насколько маловероятно, что такая прекрасная юная леди, как вы, оказалась в интересном положении еще до свадьбы. Особенно если это дитя от мужчины, который вам даже не нравится. — Лаклан помрачнел, в глазах его мелькнуло подозрение. — Если только он не…
Меган мгновенно поняла ход мыслей Макдуэлла и прервала его, прежде чем он успел договорить:
— Девлин ничего подобного не делал! Как вы могли такое подумать! Как вы посмели!
— Не стоит так волноваться, дорогая. Я не имел в виду… Да вы просто вне себя!.. — с некоторым смущением пробормотал Лаклан.
— Вне себя? Я была вне себя еще утром, тупица! Вы не имели никакого права похищать меня у моего жениха. Сегодня я должна была выйти замуж!..
Лаклан несколько поник, опасаясь, что Меган вот-вот расплачется, а женских слез он не выносил.
— Вы сейчас можете это сделать. Уверен, мы найдем где-нибудь поблизости церковь.
— Я не выйду за вас замуж! Я требую, чтобы вы меня немедленно отвезли обратно!
— Что, Лаклан, твое ухаживание оказалось не очень-то удачным? — сочувственно спросил Джиллелнан, с трудом сдерживая смех.
— Я же тебя предупреждал, что кража чужих, невест приносит одни неприятности, — добавил Рональд.
Лаклан набросился на подельников с руганью, а Меган одарила их таким красноречивым взглядом, что оба приятеля притихли и снова повернулись к костру. Шотландец попытался было улыбнуться Меган, но терпению девушки пришел конец.
— Обаяние — это прекрасно, но не в данном случае, — резко сказала она. — Я не сомневаюсь, что для грабителя вы слишком хороший и добрый человек. И если вы когда-нибудь бросите это недостойное занятие, то сможете стать кому-нибудь прекрасным супругом. Но только не мне.
— Это вы напрасно. Может, попробуем проверить? — нагло предложил Лаклан, словно ее слова не стоило принимать всерьез.
— А может, вместо этого вы отвезете меня обратно?
— Помилуйте, солнышко! Лошади не выдержат, даже если бы я и позволил вам уехать отсюда так быстро.
— Что значит «так быстро»? Сколько вам еще понадобится времени, чтобы наконец понять, что я вас не обманываю?
Лаклан усмехнулся.
— После того как вы признали, что независимо от того, разбойник я или нет, из меня получится хороший супруг… Одним словом, я полагаю…
— Вы неисправимы! — в отчаянии воскликнула Меган.
— Абсолютно безнадежны! А я-то считала, что такая тупая и упрямая башка может быть только у Девлина! — добавила она шепотом.
— Что вы сказали?
— Ничего. И больше не приставайте ко мне!
