Энн повернула голову ровно настолько, чтобы поцеловать его подбородок. Может быть, Белла Мак-Дональд была прорицательницей, в довершение ко всему прочему. С такой уверенностью она в своих письмах связывала их судьбы, когда они еще даже не были знакомы. Энн предположила, что это могло быть просто чудесным совпадением, но на самом деле странностей было слишком много.
– Знаешь, Энни, – лениво сказал Рори, – это место никогда не казалось мне таким прекрасным, как сейчас. В чем тут дело, как ты полагаешь?
Она повернулась в кольце его рук.
– Может быть, ты смотришь новым взглядом?
– Да, – сказал он. – Глазами, которые открыла мне самая возмутительная американка, которую я встретил, к своей радости.
Его глаза сияли чистым зеленым огнем. И только Энн собралась поцеловать его, как на вершину выбралась группа пожилых туристов в сопровождении экскурсовода. Огоньки в его глазах погасли, и Рори вздохнул:
– Пойдем. Я знаю место, где мы сможем побыть вдвоем.
Дорога вывела их вдоль берега на юго-западную оконечность острова. Там Рори остановил машину, и они пошли пешком по песчаному пляжу.
– Я возьму припасы и одеяло, – сказал Рори. – И мы пойдем к пещерам.
– Пещеры?
– Это всего в миле отсюда. Ты как думаешь – дойдешь?
Энн гордо вскинула голову.
– В тумане я прошла больше, если помнишь. Кроме того, я приобрела шотландскую привычку ходить везде пешком. И должна признать, это куда приятней и безопасней, чем ездить на машине.
– Это потому, что ты не умеешь водить машину, – сказал Рори, приноровляя свой шаг к ее. – Научить тебя? Если ты останешься здесь надолго, тебе придется ездить самой.
Энн поняла, что он намекает на ее будущее, и, конечно, у него было на это полное право. К несчастью, она сама не знала, что собирается делать дальше. Ближайшее будущее было куда яснее – она хотела остаться здесь, продолжая восхитительные отношения с этим человеком, которого когда-то посчитала своим врагом. Странно, как немного времени и несколько страстных поцелуев смогли все изменить.
– Мне нужно попробовать, – наконец сказала она, глядя на океан. – И если ты не возражаешь, я хочу пригласить моих родителей провести здесь некоторое время. Как только врачи разрешат папе, конечно, но это будет уже скоро.
– Почему я должен возражать? – пожал плечами Рори. – Я буду рад встретиться с твоими отцом и матерью.
– Если ты не хочешь, чтобы они останавливались в замке, они могут пожить в деревне. Элспет говорит, что в трактире сдается несколько комнат.
– Да почему я должен быть против того, чтобы они остановились в замке? – Он изогнул черную бровь. – Или ты боишься, что я узнаю слишком много секретов о твоей личной жизни?
Энн рассмеялась.
– Поверь, у меня было не так много этой личной жизни последние два-три года. Я была слишком занята своими планами…
Удивленное выражение исчезло с лица Рори.
– Ах да, помню, – сказал он. – Ты стремишься открыть свое дело?
Прежде чем она решила, что же ему ответить, Рори сменил тему, показав ей на скалы, до которых им предстояло добраться.
Наконец они достигли нужного места.
– Это Королевская пещера, – объяснил Рори. – По легенде, именно здесь Роберт Брюс скрывался от врагов и смотрел, как паук снова и снова плетет свои сети.
– Помнится, я слышала эту историю в школе, – заявила Энн. – Паук научил его стойкости и терпению, правильно?
– Правильно. Как оказалось, ценный урок.
– Это превосходно, – воскликнула Энн, когда они подошли ко входу в главную пещеру. – Но зачем здесь ворота?
Рори отворил железную поржавевшую решетку.
– Чтобы потерявшаяся овца не забрела в пещеру и не погибла там.
Глаза у Энн округлились:
– Только в Шотландии…
Внутри пещера походила на собор, стены были необычного желтого, серого, зеленоватого цвета. Там было тихо – мир, который казался созданным специально для них двоих. Рори прошел в глубину пещеры и расстелил одеяло на песке за скальной стенкой, скрывавшей их от случайного взгляда.
Они скинули нейлоновые ветровки и уселись на одеяло. Энн раскрыла небольшую корзинку, изучая ее содержимое.
– Фиви дала нам сандвичи с ростбифом, термос с чаем и… – Она покраснела.
– Что там? – полюбопытствовал Рори.
Энн держала в руке сверток в вощеной бумаге.
– Кекс, который мы не съели прошлой ночью.
Рори усмехнулся.
– Вот старая греховодница. Это она так выразила нам одобрение.
– Можем считать, что это знаменитая шотландская бережливость. Но сегодня придется подобрать все до крошки. Нельзя дать ей больше пищи для размышлений.
– Или для разговоров с Элспет и Брайди.
– Точно. – Энн протянула Рори сандвич.
Он взял его, но сразу отложил, придвигаясь к ней поближе. Взял ее за руку и поцеловал запястье.
– А что ты скажешь, если у меня на уме кое-что, кроме сандвича с ростбифом?
– Спрошу, что это, разумеется. – Но сердце уже застучало, и его взгляд сказал ей очень красноречиво, о чем он думает.
Рори бережно опустил ее на одеяло рядом с собой.
– Я считаю, что мы можем гораздо лучше использовать эту пещеру, чем бедный старый Роберт Брюс.
Он поцеловал ее подбородок, потом уголки губ, потом щеки. Когда их губы встретились, Энн была полностью с ним согласна.
Она не стала возражать, когда он начал расстегивать ее блузку, открывая персиковый бюстгальтер, довольно смелый.
– Боже, а ты щеголиха, – пробормотал Рори с этим своим шотландским выговором.
Энн обрадовалась, потому что обнаружила, что этот акцент прорывается в его речи, когда он в гневе… и когда возбужден.
Он склонился над ней, и его пальцы скользнули за вырез бюстгальтера. Другая рука нащупала застежку, и бюстгальтер упал, открыв ее груди. Рори стал ласкать бархатистую кожу. Он провел кончиками пальцев вокруг сосков, которые потемнели и напряглись от его прикосновения.
– Мне нравится, когда ты так отвечаешь мне, – шепотом сказал он, посмотрев ей в лицо.
– И мне тоже, – призналась она.
Не в силах больше лежать пассивно, Энн приподнялась и стала стягивать с Рори его футболку. Он со смехом помог ей и отбросил одежду в сторону. Затем ослабил узкий кожаный ремень и расстегнул вельветовые брюки, под которыми оказались синие плавки. Он сбросил все это и лег на спину.
Осмелев, Энн позволила себе хорошенько разглядеть его. Рори явно провел много времени, работая под открытым небом голым по пояс, потому что загар был ровным. Завитки черных волос покрывали его грудь и низ живота. Энн погладила его грудь – широкую и мускулистую от постоянной физической работы. Рори вздрогнул, его дыхание стало неровным. На лице его было написано откровенное желание, линия губ смягчилась. Энн склонилась к его лицу и поцеловала, позволив своим губам и языку разжечь пламя, готовое вырваться наружу.
