Опустив замок пониже, фор Кортсед десантировался не так уж далеко от кровопролитной схватки. Однако в суматохе на него никто не обратил внимания. С собой же в этот раз Радремон взял всех способных ступить на землю Шалова, оставив охранять крепость воинов и магов, так и не сумевших к этому моменту достичь пятого ранга.
Закончив с приготовлениями, маркиз отослал Небесную цитадель ввысь и выдвинулся вперед во главе своего небольшого отряда.
— Мастер, на правом фланге мощный некромант. Несем потери.
— Нужно подкрепление в третьем секторе. Давят!
— Подкреплений нет. Держитесь!
— Продвижение центра замедлилось. Просят подмоги.
— Стянуть силы к центру! Пробить коридор к воротам!
— Аусмирт запрашивает подкреп…
— Нет подкреплений, суть твою! Высру я их что ли? Откуда здесь вообще столько кровососов⁈
К ставке командования один за другим подбегали посыльные с просьбами о помощи, но вынуждены были возвратиться несолоно хлебавши. Свободных сил у Совета действительно не осталось. И даже сами лидеры вынуждены были отбиваться от порой добиравшихся до них тварей. О чем явно говорили живописно разбросанные вокруг трупы.
— Я говорила, что это бесполезная затея. — произнесла седовласая женщина с диадемой, Водным хлыстом сбив подлетевшего слишком близко Крылана.
— У нас не было выбора, Китрира. — спокойно ответил ей Посконлоталь. — Мы уже не раз все обсудили. Или решающая атака или…
— Все из-за того ублюдка! — злобно прорычал Грамзам, стиснув кулаки.
— О каком ублюдке речь? — обворожительно улыбнувшись, поинтересовался Радремон.
Семь голов мгновенно повернулось в сторону маркиза и семь пар глаз пронзили его удивленными взглядами. Вернее шесть с половиной. Голову Грамзама наискосок пересекала черная повязка, закрыв одну глазницу.
Если бы при фор Корстеде имелся художник с навыком быстрого рисования, то запечатленная им картина крайнего изумления определенно нашла бы свое место в замковой галерее.
— ТЫ-Ы-Ы!!! — взревел орк и рванул вперед с бердышом в руках, но его остановили возникшие из воздуха Латные перчатки. Причем наколдовал их отнюдь не Радремон, а блеклый иллит из Совета.
— Половина моего рода сгорела заживо! Половина! И моя жена!.. Я убью тебя! — Грамзам раз за разом использовал какой-то навык и сумел частично освободиться из колдовских оков.
— Уймись, Грамзам! — крикнула ему Китрира. — Мы не в том положении, чтобы…
Дыхание черного дракона.
С острия шпаги маркиза сорвался безудержный поток черного пламени, ударивший в ярившегося орка. Тот использовал защитный навык, но ни его собственное умение, ни амулеты, ни наложенный пожилым иллитом Щит света не смогли спасти Грамзама от смерти. Магия фор Корстеда, словно лавина, снесла все преграды, превратив пышущего злобой зеленокожего громилу в зловонный обугленный труп.
Радремон понимал эмоции Грамзама и на его месте скорей всего поступил бы похожим образом, но… но маркиз, к счастью, был на своем месте и плевать хотел на жизни тех, кто посмел встать у него на пути. Не этот первый, не он же и последний. Клятый Миткалас ответит за все смертями своих непокорных детей. Или даже своей собственной…
— Такая мощь! — пораженно выдохнул иллит.
— Неудивительно, что он победил Минальфинга. — сокрушенно поджал губы Посконлоталь.
— Нет, вы… вы не понимаете! — пискнула рыжебородая дварфиха. Причем смотрела она отнюдь не на фор Корстеда. — Хитин Прожороножек, кости матерых Хиндатских Львов, панцирь Короля Моря, а это шкура какой-то древней твари. Я даже понять не могу какой! — она переводила взгляд с одного спутника Радремона на другого. — А там! Вы видите тот отряд в чешуе?
— Отряд пятиранговых? — через губу бросил Бульдог.
— Это драконья чешуя! — чуть ли не крикнула дварфиха, заставив остальных по-новому оценить прибывшие силы. — И все элементы артефактные!
Произнесенная ею фраза имела такой же эффект, как если бы обычные палочки для игры в триксли, с которыми возились в пыли дети, вдруг оказались сделанными из прозрачного, как слеза, алмаза. А то и вовсе выпилены из ремы.
— Наконец кто-то по достоинству оценил мои творения. — гордым грачом нахохлился Банарв.
— Их сделал ты⁈ — воскликнула дварфиха, выпучив глаза. Затем что-то быстро прикинула в голове и добавила. — Будь моим мужем!
Банарв открыл уже рот, чтобы что-то ответить, но его опередила Бешеная:
— Прости, дорогая, но наш плешивый пень предпочитает дам покрупнее. — светлая эльфийка развела руки, демонстрируя нечто необъятное. — Примерно такое. И непременно с красной кожей.
— О. Понимаю… — смутилась дварфиха.
— Кстати, эту прелесть я тоже сама сделала. — Бешеная большим пальцем подцепила ожерелье из вампирских клыков на своей шее. — Как тебе? На свадьбу не претендую, но можем провести вместе ночку-другую. Давненько не кувыркалась с бородатыми женщ…
Закончить она не сумела, потому что отошедший от крайней степени возмущения Банарв выхватил молот и с нечленораздельным криком попытался прикончить эльфийку. Так что той пришлось срочно ретироваться.
На секунду закатив глаза и пару раз качнув головой, Радремон обратился к членам Совета:
— Что-то я не вижу здесь своего друга. Вы передали ему мою просьбу?
— Передали бы если б смогли. — сквозь зубы процедил Бульдог. — Уж не сомневайся. Всех на уши поставили. Я бы лично его… — он бросил взгляд на еще дымившийся труп Грамзама и осекся.
Маркиз же отметил, что его план увенчался успехом.
Но где тогда Пел? Неужто приболел в пути? Или заблудился? Бедняжка. Так жалко его. Но, в любом случае, ничто не мешало заняться пока что Королевой.
Фор Корстед, не отвлекаясь, сбил Тройной стрелой праха пикировавшего на него Матерого Крылана Унаго и спросил:
— А сами-то вы что тут забыли?
Глава 44
В этот раз ответить ему взялся Посконлоталь. Хоть тому и стоило немалых трудов оторвать взгляд от игравших в «пятнашки» дварфа с эльфийкой. И это на фоне ужасной кровавой бойни. Фантасмагория!
— После твоей выходки, должен сказать ужасной и бесчеловечной, мы поняли, что в прежнюю силу нам уже не вернуться.
В этот момент Китрира фыркнула и демонстративно отвернулась, но перебивать не стала.
— Было решено атаковать Королеву всем, что есть. — продолжил эльф. — Иначе мы рискуем вообще никогда не избавиться от вампиров!
Последнюю фразу он сказал больше для Китриры, чем для Радремона, напомнив женщине решение Совета.
— А еще, после пожара во дворце Збиграва, короля свергли, а регентом при его сыне стал Глиттеншос. — добавила дварфиха, буквально пожирая глазами изделия Банарва. — Он тоже собрал все силы столицы для совместного похода.
— Поход-то явно буксует. — с усмешкой бросил Висчорн, через головы обозревая развернувшееся сражение.
— Скажи «спасибо» своему господину. — сочащимся ядом голосом произнес Бульдог. — Хорошо, наверное, быть заодно с упырями?
Крушитель хотел что-то ответить, но тут прибежало сразу несколько посыльных с донесениями, и всем резко стало не до него. Опять посыпались просьбы о подкреплении, отчеты о потерях, свежие сводки и последовавшие за ними попытки исправить ситуацию переброской с фланга на фланг отдельных бойцов. Чуть ли не поименно.
Успехом операции здесь определенно не пахло.
— Что будем делать, глава? — пробасил Травмарук, кивнув в ответ на короткую трель Хапилектры.
Не считая до сих пор не угомонившихся Банарва и Бешеной, остальные силы фор Корстеда даже не шелохнулись в ожидании приказов Мастера. Они свято верили как в силу своего лидера, так и в его право распоряжаться ею по своему усмотрению. А потому не рвались в бой и мнение свое держали при себе. Каким бы оно не было. В этом немалая доля успеха принадлежала Ут-Динго, старательно выдрессировавшего доверенный ему отряд.
Радремон не сказал ни слова.
Он спокойно вышел вперед, вынул из ножен шпагу, размял шею и…
