Афин и твердо сказал: «Хотя порт Пирей еще не имеет стен, мы, афиняне, смело встретим опасность и вместе с тобой, Фивы, будем противостоять жестоким спартанцам!».
Фивы были тронуты тем, что два города-государства, враждовавшие десятилетиями, быстро заключили союз, объявив, что Фивы и Афины заключили постоянный союз.
В этот момент войска под командованием Лисандра и Павсания подошли к области Беотия с юга и севера, договорившись встретиться у города Галиарта, к югу от Фив.
Однако после прибытия Лисандра армия Павсания все еще не пришла. Тогда Лисандр попытался убедить галиартцев предать Фивы.
И галиартийцы сделали вид, что согласны, но на самом деле они тайно оттягивают время. И когда прибыло Фиванское подкрепление, они внезапно вышли из города, напав на войска Лисандра вместе с Фиванской армией.
Лисандр, заложивший основу спартанской гегемонии, скоропостижно скончался в этой битве. Однако в последовавшем сражении Фиванцам не удалось полностью разгромить остатки армии, которая лишилась своего предводителя и вместо этого понесла большие потери.
На следующий день прибыл Павсаний со своей армией.
Когда Фивинцы увидели, что перед ними многочисленные, сильные и упорядоченные спартанские войска, их боевой дух упал.
Однако Павсаний не стал сразу же вести свою армию в атаку, а расположился лагерем неподалеку.
На третий день прибыло афинское подкрепление.
Это заставило Фиванцев почувствовать себя увереннее, они объединились с афинянами и приготовились к битве со спартанцами.
Однако Павсаний не стал сразу же вести свои войска навстречу коалиционным силам и не принял вызов врага. Вместо этого он собрал подчиненных ему офицеров и обсудил, следует ли им немедленно начать войну или заключить перемирие, чтобы они могли вернуть тела Лисандра и других погибших солдат.
В итоге спартанцы решили заключить перемирие.
После того как стороны договорились, спартанские войска покинули Беотию с телами своих товарищей.
Увидев тело Лисандра, спартанские граждане опечалились и вспомнили о большом вкладе Лисандра в развитие Спарты. Затем они обратили свою печаль в гнев и обвинили спартанского царя Павсания в том, что он намеренно затянул время встречи, из-за чего погиб Лисандр, и ушел, даже не вступив в бой.
Эфоры не стали полностью защищать спартанского царя, потому что смерть Лисандра и уход Спарты вызвали значительные последствия, которые непосредственно привели к созданию антиспартанского союза между четырьмя могущественными греческими городами-государствами: Фивами, Афинами, Коринфом и Аргосом.
В результате Павсаний — спартанский царь, был осужден и сослан.
После этого спартанцы поняли, что Антиспартанский союз нанесет большой вред гегемонии Спарты, и поэтому быстро призвали армию, чтобы попытаться уничтожить их.
И Антиспартанский союз также быстро собрал свои войска на Коринфском перешейке, надеясь противостоять атаке спартанцев, а затем напасть на спартанскую территорию и полностью сжечь «осиное гнездо».
Так обе стороны начали затяжную битву в Коринфском перешейке.
***
В том же году произошла война в Сицилии.
Войска Сиракуз и Карфагена сражались на северном побережье Сицилии более полугода.
Когда наступил 394 год до н.э., важные средиземноморские страны и города-государства находились в трясине войны, в то время как Магна-Греции наслаждалась более чем трехлетним миром.
***
Ликасис пришел рано утром и начал убирать и приводить в порядок клинику. Как ученик врача, его задачей было подготовить все к приходу лекаря. Но он твердо верит, что упорным трудом можно завоевать доверие своего учителя и научиться настоящим медицинским навыкам. Сегодня у него очень хорошее настроение, ведь ему предстоит сопровождать своего учителя в долгом путешествии.
Когда Никостратос пришел в клинику, Ликасис уже закончил собирать вещи, и Никостратос, который никогда не беспокоился по пустякам, спросил: «Ты все купил?».
Получив подтверждение от Ликасиса, он кивнул и сказал: «Пойдем».
***
Глава 337
Ликасис закрыл дверь и повесил деревянную табличку: «Ушел из города».
«Эй, Никостратос, ты уходишь?». — Крикнул владелец мясной лавки через дорогу, размахивая своим тесаком.
Никостратос хмыкнул, не обращая внимания на мясника. Он всегда думал, что именно из-за этого мясника, который каждый день кричал и торговал через дорогу, богатые люди не хотят посещать его клинику. Поэтому у него несколько раз возникала мысль о переезде, но жилье в городе недешевое, а расположение домов, которые он мог себе позволить, не такое хорошее, как здесь. Поэтому он не очень-то жалует грубого соседа.
«Как долго тебя не будет?». — Хозяин мясной лавки уже привык к отношению лекаря. Видя, что тот не отвечает, он продолжал спрашивать.
Умный Ликасис увидел, что его учитель становится все более мрачным, поэтому он ответил от его имени: «Мы будем отсутствовать около двадцати дней, Кус».
«Слишком долго!». — Воскликнул хозяин мясной лавки: «А вдруг мы заболеем, а тебя не будет?!».
Никостратос несколько раз дернулся. Наконец, не в силах больше сдерживаться, он повернулся и закричал: «Тогда вы не должны болеть, пока я не вернусь!».
«Не мне решать, заболею я или нет. Все зависит от проделок богов!». — Жаловался хозяин мясной лавки.
Никостратос больше не хотел с ним разговаривать.
«Лекарь Никостратос, куда ты идешь?». — Спросил другой человек.
На этот раз Никостратос остановился, потому что тот, кто спросил, был пекарем. Он был его важным клиентом, который редко приходил, но платил много денег каждый раз, когда приходил к нему.
«В Турий». — Серьезно ответил он.
«В Турий? Тебя пригласили?». — Когда торговец увидел Ликасиса с медицинским ящиком, он с гордостью сказал: «Мы, Кротонцы, славимся по всей Магна-Греции своими медицинскими навыками! Хотя Теония имеет гораздо большую территорию и хороша в боях, они все же значительно уступают Кротону, имеющему долгую историю, в других аспектах!».
Мясник поддержал его: «Ты прав! Все те люди на севере — беженцы. У них нет ни культуры, ни традиций!»
Влияние Теонии в Магна-Греции росло год от года, заставляя простых людей в некогда могущественном Кротоне разочаровываться. Из чувства горечи они всегда любили сравнивать некоторые преимущества своего города-государства с Теонией, высмеивая их, чтобы получить психологическое удовлетворение.
Никостратос дал несколько отточенных ответов и быстро вышел на улицу.
«Дурак». — Именно в этот момент из его уст вырвалось слово.
Возникновение медицины в Кротоне началось с Демокеда сто лет назад. В юности этот молодой кротонец твердо решил стать лучшим врачом Средиземноморья. Поэтому он путешествовал по всем местам, чтобы научиться искусству врачевания, а после завершения обучения практиковал в Афинах, зарабатывая своими навыками большие деньги. Позже он отправился в Самос, чтобы лечить тирана. Однако Самос был захвачен персами, когда они напали на Малую Азию, в результате
