раньше являлись росскими – это были те самые сбежавшие во время прихода императора восемь линкоров и сорок четыре крейсера разных классов. Они наиболее опасны, хотя экипажи на них скорее всего не росские – вряд ли «сознательные» оставили их на кораблях. А это дает неплохой шанс – неопытные экипажи не сумеют использовать возможности своих кораблей в полной мере, для хорошей слетанности нужны годы и годы.
– Перешлите окраинскому флоту полученное сегодня сообщение с Ларата, – резко бросил Шемич офицеру связи.
– Есть! – козырнул тот и поспешил выполнить приказ.
Через некоторое время он отчаянно покраснел и повернулся обратно к адмиралу.
– Ну что там?
– Они послали нас в… и на… Не верят.
– Жаль, – огорчился Шемич, как ни крути, жить все-таки хотелось. – Флоту построение по схеме № 8!
Окраинцы двигались навстречу, как на параде, даже не перестраиваясь в боевые порядки. Адмирал удивленно смотрел на экран. Их командующий что, вообще не имеет понятия о тактике эскадренных сражений? Или просто не принимает остатки росского флота всерьез? Зря это он, пожалеет.
– До рубежа огневого контакта осталось шесть световых минут, – доложил тактический офицер.
Шемич привычно загнал вглубь предбоевой мандраж и принялся отдавать команду за командой. Единственный росский авианосец выпустил истребители, тут же веером разошедшиеся в стороны, охватывая эскадру с флангов. Адмирал с тоской проводил взглядом отчаянных парней, идущих умирать – каждый из истребителей одновременно являлся брандером. Другого выхода не было, иначе поражение будет быстрым и неминуемым. А брандерная атака истребителей, которой окрайны никак не ждут, может заставить их повернуть обратно. Цена вот только слишком высока – на брандерах шла элита флота, лучшие пилоты, воспитать таких непросто.
– Господин адмирал! – внезапно вскинулся офицер связи, в его глазах горело радостное безумие. – На связи имперский крейсер «Петер Кораблестроитель» с личным вассалом Его величества на борту!
– Слава тебе, Господи! – просиял Шемич. – Давай!
Офицер что-то лихорадочно переключил на пульте, и на стенном экране возникло изображение смутно знакомого молодого офицера в белоснежном мундире личного вассала императора.
– Господин адмирал? – спросил он.
– Да! – четко ответил Шемич.
– Я командир «Петера Кораблестроителя», личный вассал Его величества Алесия II, капитан первого ранга Ландрис. Прибыл по приказу императора для усиления вашей эскадры. После модернизации орудия моего крейсера способны поражать цели на расстоянии до четверти светового часа, оставаясь вне досягаемости орудий противника.
– Сильно! – удовлетворенно хмыкнул адмирал. – Какие будут приказания?
– От меня? – в голосе Ландриса появилась некоторая растерянность.
– Вы – личный вассал императора, – незаметно усмехнулся Шемич. – Согласно табеля о рангах во время отсутствия Его величества вы являетесь верховной властью на любой имперской планете. То же самое и с флотом.
– У меня недостаточно опыта для командования, – справился с собой капитан серого крейсера. – Поэтому возлагаю его на вас. Единственно, для начала я передам окрайнам ультиматум императора, а чтобы они восприняли его всерьез, уничтожу парочку кораблей похуже.
– Почему похуже? – удивился адмирал.
– Нам эти корабли еще пригодятся, – улыбнулся Ландрис. – К тому же в систему Гонхас на форсаже идет ларатский флот, которому приказано любой ценой остановить атаку на Росс, вплоть до кварковой бомбардировки Окрайны. К сожалению, их правительство еще не знает этой приятной новости. Но, думаю, вскоре узнает.
Шемич откинул голову назад и от души расхохотался. Да уж, Алесий шутить не любит, такой жесткости он от императора не ждал. Представив себе реакцию окраинского правительства на прибытие «отмороженных» ларатцев, он довольно потер руки. Вот уж порадуются! А по заслугам сволочам, по заслугам! Нечего было, как падальщикам, накидываться на ослабевшую метрополию.
Ландрис отсалютовал и отключился. «Петер Кораблестроитель» гигантской тенью проскользнул мимо росского флота и вышел на боевую позицию. Адмирал с интересом ждал продолжения «спектакля», испытывая злорадное удовлетворение.
– Капитан имперского крейсера «Петер Кораблестроитель» вызывает командующего окраинским флотом! – раздался из динамиков чей-то холодный голос. – Если вы продолжите движение, буду вынужден атаковать вас.
– Да пошел ты, росская собака! – на окраинском суржике выплюнул вице-атаман Налывайко.
– Что ж, вы сами выбрали.
Яркая вспышка – и один из идущих за флагманским линкором старых рейдеров просто исчез. Вице-атаман только рот открыл от изумления – орудий, способных поражать цель на таком расстоянии, просто не существовало! Новая вспышка и гибель еще одного корабля заставили его поверить. Налывайко чуть не взвыл. Не успел он прийти в себя, как раздался тревожный зуммер срочной связи с родиной.
– Пан вице-атаман! – отрапортовал оператор связи. – Пан премьер вызывает! Срочно!
– Давайте!
На экране возникло осунувшееся лицо Бажана Хмары, вице-атаман никогда не видел премьер-министра в таком состоянии. Впечатление, что тот серьезно заболел или запил.
– Приказываю сдать флот Россу… – едва слышно сказал Хмара.
– Что?!! – ошалело вытаращился на него Налывайко. – Да…
– Только что ларатцы взорвали третью луну нашей планеты и выставили ультиматум. Если мы не сдадим флот Россу, то территорию Окрайны подвергнут кварковой бомбардировке. А вы знаете этих бешеных…
– Но почему?! – едва не взвыл вице-атаман. – Какое им до нас дело?!!
– Император на Белом Крейсере вернулся, – хмуро пояснил премьер. – Ларатцы признали его и вошли в состав Империи. Он приказал им остановить нашу атаку любой ценой…
Налывайко зло сплюнул на пол и принялся материться, да так виртуозно, что остальные в рубке заслушались. Всем уже было ясно, что флот придется сдавать.
– Связь с росским адмиралом! – с ненавистью выплюнул вице-атаман.
– Есть!
– Господин адмирал! – обернулся офицер связи. – Срочный вызов с окраинского флагмана.
– Давай, – вальяжно сказал Шемич.
На экране появилось грубое, багровое лицо пожилого человека, явно находящегося вне себя от гнева.
– Вице-атаман Налывайко, – представился он.
– Адмирал флота Шемич.
– Мы сдаемся… – с трудом выговорил окрайн, судорожно сжимая кулаки.
– Очень хорошо, – лениво бросил адмирал. – Приказываю командам разоружиться, собраться в кают-компаниях, открыть шлюзы и ждать призовые партии. Советую не оказывать сопротивления, а то мои офицеры несколько возбуждены.
– Хорошо, будьте вы прокляты! – злобно рявкнул Налывайко и отключился.
В рубке раздался дружный хохот росских офицеров. Их буквально корчило от смеха, адмирал не отставал от остальных.
– Сегодня будет праздничный ужин с коньяком! – объявил Шемич, немного успокоившись.
– Виват Империи! – грохнули в ответ офицеры. – Виват императору! Виват адмиралу!
Шемич благодарно улыбнулся и облегченно откинулся на спинку кресла. Слава Всевышнему, все обошлось. У Империи снова есть надежда.
* * *
Люк белоснежного альфа-корвета, опустившегося на посадочную площадку императорской резиденции, заранее окруженную синтарцами, открылся, и личный вассал в столь же белоснежной форме быстрым шагом сбежал по трапу.
– Виват императору! – дружно грянули синтарцы.
В возвращение его величества они после объявления, сделанного генералом Тарковичем, поначалу не поверили. Однако теперь живое подтверждение находилось перед их глазами. Тем более, что всех
