но всё её никак не переполнит. Нужна битва. Нужны смерти и мясо! И это не единственная причина отбивать нападение погани лично. Сестра шаманки придёт обязательно, а Селесте я пообещал, что сделаю всё возможное, чтобы оставить её в живых. Вряд ли кто даже из хайлевелов сможет взять её в плен. Точно, конечно, не знаю, но нужно перестраховаться.
В путанных мыслях и опасениях, в перебежках от одного холма к другому, прошёл день. По моим прикидкам, от Алесуна я удалился километров на сто пятьдесят-двести. По лесным массивам цурул передвигался заметно медленнее. Лес постарел: на смену молодым деревцам пришёл толстоствольный, густой ельник, погружающий во тьму всё, что находилось внизу.И он был будто мёртв: если моего слуха в начале пути ещё касалось пение птиц, то сейчас это была будто мёртвая зона. Тишина стояла такая тягучая, словно её можно разрезать ножом.
Ворон очень выручал.Благодаря Меднокрылу я исключил вероятность случайного сбоя с курса. Вечерело. В очередной раз выбравшись из низины, где уже вступила во владения тьма, огляделся. Ворон вороном, но я решил лично забраться на верхушку дерева, чтобы оглядеть местность.
Здесь, на вершине леса тонкий край заходящего солнца ещё озарял небо алым закатом, когда я оглядывал местность. Во все стороны от меня раскинулись одинаковые, покрытые плотной шапкой густого леса холмы. Но одна деталь, которая ускользнула от внимания Меднокрыла, не давала мне покоя. Ровно по курсу воздух имел немного другой оттенок. Это не бросалось в глаза, но я вгляделся немного пристальнее: через три холма от меня, в зареве, свет преломлялся по-другому. Уже рассеянный дым, превратившийся в марево.
Неужели всё? Сердце в груди бешено колотилось. Нашёл! Нашёл?
Направил туда Меднокрыла, который на данный момент парил, нарезая надо мной круги. Сам вскочил на цурула и неспешно двинулся следом. Не такое существенное расстояние. За день я проскакал на порядок больше! Минут десять-пятнадцать, и буду на месте.
Пока ластоногий питомец гнал к логову, я сосредоточился на картинке, которую давал ворон. Зелёная черепица строений сливалась с общим фоном.Частокол во многих местах был скрыт от обзора сверху тем же ельником, который укрывал львиную долю четырёхметровых кольев. На огороженной территории тоже никто деревья не вырубал, выделялись только крыши построек, и те только после пристального рассмотрения. По центру стояла огромная беседка с дырой в крыше: именно оттуда шёл дымок. По периметру круга частокола обосновалась дюжина небольших срубов, тоже частично укрытых естественным ландшафтом. Насторожили две башни по краям. Они не были пусты.
«Шрам, воин-ящер, уровень 26
Здоровье 1600/1600»
«Храм, воин-ящер, уровень 31
Здоровье 2000/2000»
Ворон сделал пару кругов и уселся на вершину стёсанного бревна, поодаль от часовых, дежуривших на башнях. Всё мое внимание было приковано к беседке: именно там происходило основное движение. В центре горел костёр. Варево в котле парило, рядом сидел, сосредоточенно разделывая полутушу оленя, очередной ящер-воин, по сравнению с остальными – низкоуровневый, шестнадцатый.
Огромная беседка делилась на две зоны. В одной из них были расставлены хитроумные приспособы: лавки дикого вида, столбы и табуреты. Пятеро девушек в деревянных колодках, похожих на рабские. И среди них моя Селеста. Лицо и тело шаманки перемазаны подсохшей и свежей кровью, я узнал её только по волосам.
Быстроногий цурул, казалось, бежал очень медленно: нас разделял ещё один холм. В это время в моей голове проносились тысячи мыслей. Сколько их? Не слишком ли я самонадеянно бросился в одиночку спасать шаманку? На крайний случай, вызову Трента или подорву цурула. А там, через шесть часов, мы с Селестой уже переродимся под сенью Древа.
… У костра углом составлены два стола. Глядя на огонь, на лавках сидели ещё трое ящеров, от тридцатого до сорокового. Разглядывая сквозь огонь связанных девушек, они переговаривались между собой, что-то размеренно обсуждали и прихлёбывали из больших кружек.
Каждый из ящеров хорошо экипирован в лёгкий, пластичный доспех, держащийся на ремнях. У часовых луки. Те, кто расхаживал по земле, владели огромными ножами, похожими на мачете без каких-либо намёков на ножны.
Меж пленниц расхаживал ещё один персонаж, который мне очень не понравился. С кнутом в руках, модельной походкой, прохаживалась надменная сука.
«Лара, убийца Цевитата, 31 уровень
Здоровье 1250/1250»
Судя по показателю ХП, львиная доля очков у неё в ловкости или других характеристиках: на Силу ушло не более двадцати единиц. А то и меньше, потому что с десяткой Интеллекта я получил бонус в +100 маны, возможно, у всех похожая ситуация с бонусами. Для себя решил, что эту девицу надо выпилить в первых рядах. Кто-то из них балуется магией. Если все остальные как однояйцевые близнецы похожи друг на друга, тупые и с ножичками, то эта стерва явно выбивается из общей массы. Скорее всего, именно она незаметно проникла в таверну и украла Селесту.
Лара, будто неся на голове корону победительницы, гордо вышагивала, обходя каждую из пленниц, и те покорно склоняли головы. Все, кроме одной. Селеста, чумазая, стоящая на коленях, не отводила ненавистного взгляда от истязательницы.
Наконец Лара обратила внимание на шаманку. Что-то спросила. Селеста разразилась тирадой, но явно не успела договорить: госпожа наотмашь дала моей соратнице такого леща, что та, потеряв устойчивую связь с землёй, перевернулась в воздухе, измазав в крови дощатый пол. Уши резанул звук свистнувшего кнута, разогнавшегося в воздухе, чтобы усмирить непокорную.
Потерпи, Селеста, я уже бегу. Осталось совсем немного: спуститься с вершины и ещё раз забраться на три десятка метров.
Один из ящеров,наблюдающий за действом, поднял руку. Лара тут же прекратила издевательства. И вряд ли из душевной доброты.
Поднявшись с лавки, зеленокожий рывком за волосы заставил шаманку принять положение задницей кверху. Внутри меня всё сжалось. Пора навести кипишь.
Глава 18
Глава 18
Слез с цурула, приказав птице обойти лагерь с другой стороны. И как можно более бесшумно. Конь медленно, каждый раз выбирая место, чтобы ступить когтистой ластой, ушёл в сторону.
Я, пустив тело друида шагать напрямик, вселился сознанием в ворона. У входа в беседку висел металлический блин. Для каких целей служил – неясно, но вот для моего плана подходил идеально. Меднокрыл поднялся с частокола и спикировал вниз. Гася скорость, птица приземлилась на гонг. Три быстрых, несильных удара о металл клювом привлекли всеобщее внимание. Ворон оттолкнулся от гонга и, лениво раскачиваясь в воздухе из стороны в сторону, влетел в лес, ветви которого начинались ещё внутри частокола.
Заставив всех обитателей лагеря всполошиться в поисках врага, птиц занял удобную наблюдательную
