Шэн Линъюань терпеть не мог, когда за ним шпионили.
Каждый раз, когда они «подключались» к ментальной связи, это случалось либо потому, что кто-то из них получал травму и истекал кровью, либо потому, что ссорился с начальством и был не в лучшем расположении духа.
Впервые Шэн Линъюань почувствовал обычное настроение Сюань Цзи.
Темнота нисколько не мешала обзору, Шэн Линъюань повернул голову и уставился на лежавшего рядом молодого человека.
Сюань Цзи спал. Его разум опустел, но в сердце разливалась всеобъемлющая теплота. И этой теплоте явно было тесно, она пролилась через край и захлестнула лицо, заставив Сюань Цзи беспричинно улыбаться во сне.
Сейчас он больше всего напоминал юного феникса, что после стольких лет скитаний, наконец, нашел свой утун1.
1 梧桐 (wútóng) — миф. дерево утун (на котором живет феникс).
Его спокойствие и отстраненность удивляли Шэн Линъюаня, с детства привыкшего скрывать свои эмоции.
Возможно, все дело было в их связи, но Сюань Цзи почувствовал его взгляд. Стоило Шэн Линъюаню посмотреть на него, как Сюань Цзи склонил голову и уткнулся лбом в его плечо, показав Его Величеству растрепанную макушку. Весь его вид словно говорил: «Хватит смотреть на меня, иди спать».
Шэн Линъюань невольно улыбнулся, поддавшись витавшим между ними чувствам, и закрыв глаза погрузился в созерцание.
Но совсем скоро он обнаружил, что это было не лучшее решение.
Обычно, погружаясь в медитацию, Шэн Линъюань знал, что за границей его моря знаний существовали только его собственные мысли. Его сердце оставалось спокойным. Всего за несколько вдохов он мог очистить разум и погрузиться в созерцание, игнорируя все окружающие звуки.
Но этой ночью в его мыслях царило небывалое оживление. Из-за их с Сюань Цзи связи в море знаний Его Величества появился незваный гость.
Шэн Линъюань умел контролировать свой разум, но был бессилен против чужого. Он только и мог, что запереться в глубинах моря знаний и заткнуть уши.
Но этого оказалось недостаточно.
Незваный гость не заметил «защитного барьера». Стоило Шэн Линъюаню «закрыться» как кто-то принялся стучаться к нему с другой стороны.
Гость что-то насвистывал себе под нос, не переставая тарабанить в «дверь», словно птица, клювом стучавшая в окно, а после и вовсе принялся скрестись… То одно, то другое, ни минуты покоя!
Шэн Линъюань вздохнул.
Что за надоедливый мальчишка.
В конце концов, Его Величество сдался и убрал барьер. Когда-то в его море знаний царила тишина, но из-за вторжения этого крылатого оно превратилось в гору Хуаго2.
2 花果山 (huāguǒshān) — гора Хуаго или Гора цветов и фруктов, располагается в провинции Цзянсу и является знаменитой туристической достопримечательностью класса 5А. Снискала славу из-за одноименной горы, описанной в классическом китайском романе «Путешествие на Запад».
На самом деле у Чжу-Цюэ не было причин так себя вести, ведь дело было не в уничтожении камня нирваны или чего-то в этом роде. В большинстве его снов не было никакой логики, лишь набор беспорядочных фрагментов, о которых он забывал едва проснувшись.
Сняв барьер, Шэн Линъюань увидел семь или восемь Сюань Цзи, беспорядочно снующих туда-сюда и занимавшихся своими делами.
Кто-то летел спиной вперед, сопровождая компанию стариков, прогуливавшихся по маленькому парку. Кто-то набезобразничал, подпалив крылья бифану, пока два вертолета кружили в небе, посыпая их тмином. А кто-то дирижировал птичьим оркестром. Дирижер Сюань выглядел особенно увлеченным, а его манера дирижирования отличалась небывалой страстью. Сидящие перед ним птицы играли на различных инструментах, и у каждой из них была своя собственная роль: одни исполняли народную музыку, другие — траурную, третьи — западную, а все остальные — известные поп-хиты.
Шэн Линъюань больше не мог этого выносить и сотворил зонтик, силясь спасти от этого балагана свои воспаленные глаза.
Оглядевшись по сторонам, Его Величество, наконец, обнаружил спокойного Сюань Цзи. Этот Сюань Цзи сидел в самом дальнем углу и копался в земле.
Шэн Линъюань присел рядом с ним и принялся наблюдать, как молодой человек на полном серьезе обрабатывал землю и выщипывал собственные перья, намереваясь соорудить из них теплицу… Неизвестно почему, но во сне его перья были нежно-зеленого цвета.
Вскоре Сюань Цзи засуетился, бросившись поливать импровизированный огород. Присмотревшись, Его Величество заметил, что тот орошал землю молочным чаем. Чтобы не ходить туда-сюда несколько раз, эта глупая птица притащила с собой две огромные чашки.
Цвет перьев, которыми была устлана теплица, постепенно менялся с нежно-зеленого на темно-зеленый, пока, наконец, не сделался желтым. Шэн Линъюань догадался, что эти изменения символизировали смену времен года.
Когда теплица стала золотистой, наступила осень. Будучи связанным с Сюань Цзи, Шэн Линъюань почувствовал легкую усталость и зевнул. Теперь он наблюдал за тем, как опытный земледелец Сюань Цзи притащил на плече лопату и принялся самозабвенно что-то копать.
Шэн Линъюань протер глаза, силясь рассмотреть, что он там посадил, но, когда Сюань Цзи почти полностью погрузился под землю, Его Величество едва не подавился зевком — этот недоагроном выкопал человека… и этим человеком оказался сам Шэн Линъюань.
Вслед за одним последовало целое поле. Закончив, Сюань Цзи встал у кучи выкопанных «Линъюаней» и захихикал, закинув лопату на плечо.
Шэн Линъюань лишился дара речи.
Что ж, теперь он знал, что именно «посадил» этот маленький ублюдок!
Пока Шэн Линъюань недоумевал, небо заслонила какая-то тень. Его Величество поднял голову и увидел проплывавшие мимо фрагменты шаманских проклятий.
Недавно на глаза Шэн Линъюаня попалась одна теория. В ней говорилось, что людям часто снятся отрывки из воспоминаний, потому, чтобы легче запомнить прочитанный материал, следует учиться перед сном.
Но некоторым вещам во снах не было места.
Шэн Линъюань беспомощно наблюдал за собирающимися воедино фрагментами «заклинания ужаса».
Три тысячи лет назад, когда в мире и знать не знали о научных теориях, люди серьезно относились к запретам. Например, после использования темных практик, связанных со снами, человеку часто снились кошмары. Потому, самым лучшим решением было временно отказаться от сна или, хотя бы, не засыпать слишком крепко.
Шэн Линъюань видел, как агроном Сюань Цзи радовался собранному урожаю, и слышал, как заливался где-то в стороне нестройный птичий хор. Его Величество не мог допустить, чтобы что-то потревожило покой этого сладостного царства грез. Он взмахнул рукавом и рассеял появившееся в небе заклинание.
Но кто бы мог подумать, что сердце учащегося Сюань Цзи горело «жаждой знаний». Когда небо раскололось, Его Величество опустил глаза и обнаружил, что фрагменты заклинания проявились и на земле.
Шэн Линъюань вздохнул. Он не мог запретить Сюань Цзи думать, ведь разум спящего человека хаотичен и лишен всякой логики. Что бы кто ни говорил, неважно, помогало
