Дмитрий омывал верхнюю часть глыбы, зачерпывая пригоршни воды из озера, в надежде, что, может быть, проявятся и станут более заметными трещинки на ее боках. Вдруг среди них проступят хоть какие- то знаки, оставленные древними волхвами? Стоя по колено в воде, он мог дотянуться рукой до верхней точки каменной туши. Снаружи она была неприметного серого цвета, с вкраплениями белых и красноватых примесей, и имела обтекаемые формы.
— С виду обычный гранит, — продиагностировал Андрей и добавил для пущей убедительности: — Я по совместительству еще и геолог, просто наш главный забыл вам об этом сказать.
Приятное тепло стало резко нарастать, делаясь обжигающим. И вдруг огненная змейка вырвалась откуда- то из глубины валуна и скользнула под руками Дмитрия. Раздался легкий щелчок. В следующий момент глыба треснула сразу в нескольких местах. Ее поверхность взломалась, превращаясь в пластины, похожие на «чешуйки» такыра в пустыне. Эти пластины, крошась, начали отскакивать и обваливаться, падая с глыбы в воду. А вскоре упала и она сама, продолжая отторгать от себя ненужные слои. И вот уже в озерной мути высветилось пятно.
Дмитрий разгреб руками образовавшийся завал, и проявилась бело- голубая плита, похожая на льдину. Та самая! Из его снов! Ее края были неровные, и форма приближалась к прямоугольной. Если бы поставить плиту на основание, то она, пожалуй, была бы с человеческий рост.
«Как змея сбросила шкуру», — подумал снайпер Женя, увидев таинственное превращение через прицел.
— Вечный образ птицы Феникс, возрождающейся из пламени и пепла, — произнес с расстановкой Ростислав. — Как видите, никакой не миф и не блеф. А реальность, свершившаяся на наших глазах.
— Это та «льдина», о которой я говорил! На ней должны быть письмена! — от волнения Дмитрий перешел на шепот.
— Ничего себе штучки! — Андрей, явно не ожидавший увидеть ничего подобного, не мог прийти в себя от удивления.
Стас, ближе всех из «Идущих в потоке» находившийся к плите, с любопытством посмотрел в их сторону, не выпуская из вида контролируемую им территорию.
— Это что же? Выходит, она каким- то образом была запрограммирована на твое биополе или гены? — Ростислав в легком шоке смотрел на Дмитрия. — И стоило ей окончательно убедиться, что это именно ты, а никто другой, как она тут же раскрылась перед тобой, как цветок под лучами солнца?
Потрясенный Дмитрий только пожал плечами. Он пробежал пальцами по плите, отмечая выступы и неровности на ней, которые при внимательном рассмотрении складывались в «веточные» узоры древних рун. Священная плита была теплой, как женская грудь. Он попробовал приподнять дар волхвов, но это оказалось сделать не так- то просто. Ростислав и Андрей спустились в воду, и втроем они вырвали плиту из остатков каменного покрова, освободив ее из плена.
Туман над озером поднялся выше, и в небе заиграла удивительно красивая радуга, являя миру чистые, сочные цвета. Ветер сдвинул в небе облачную накипь, и лучи солнца, упав на «льдину», заставили ее засверкать.
— Ух, какая холодная! Аж мороз пошел по коже, — сказал Андрей, поднимаясь первым из воды по склону.
— У меня тоже пальцы сводит, — признался Ростислав. — Ну, прямо настоящий лед!
Для Дмитрия же священная плита по- прежнему оставалась теплой. Они подтащили ее ближе к утесу, уложили в ложбину. Сосредоточившись на поиске неведомого камня, Дмитрий отключился от всего остального и не знал, что за ними уже давно наблюдают несколько пар враждебных глаз, смотрящих сквозь линзы специальной противотуманной аппаратуры.
— Берегись! — вдруг крикнул Ростислав, и Дмитрий почувствовал загривком приближение «своей» пули: затылок заныл тревожной болью.
Глава 20. Встреча с Тевтонцем
Тело сработало молниеносно — откатилось резко в сторону, в руках тут же оказался автомат, сорванный с плеча. Особо неприятно было то, что атака шла в полной тишине: оружие нападавших было снабжено глушителями. Это существенно затрудняло определение секторов огня. И все- таки спустя секунду автоматы бойцов «Идущих в потоке» огрызнулись огнем — спецназ Братства явно умел чувствовать противника экстрасенсорно.
Дмитрий и Стас, а вслед за ними и Ростислав открыли огонь по засеченному противнику. Противнику очень непростому, поскольку они не сумели ощутить его раньше, что означало: враги могут ставить ментальную и энергетическую защиту. Это были мастера боя, причем выученные в тайном обществе!
И понеслось!
— Первый, я Третий! Объект обнаружен! Атакованы количеством до отделения. Просим поддержки! — Стас сжато, глотая лишние слова, сообщил на базу о ситуации и сразу же замолчал.
— Вижу цель в секторе Е- 7, — передал по рации Женя, и тут же оттуда, с южной границы озера, прилетели две четкие очереди, взметнув фонтанчики пыли возле Дмитрия: враг старался прежде всего поразить тех, кто находился возле священной плиты.
Но если обзор в секторе тропы был частично закрыт для Жени утесом, то здесь ситуация складывалась явно в пользу снайпера. И, хотя выстрелы его винтовки с интегрированным глушителем были также не слышны, на юге, судя по снизившейся плотности огня, стало на ствол меньше.
— Один готов, — подтвердил догадку Дмитрия снайпер по рации. — Наблюдаю еще цель. — И почти сразу из динамика вырвалось: — Я обнаружен! Меняю позицию!
— Давай! — крикнул Дмитрий в усик микрофона. — Прикрою!
Какими силами наступал враг, было точно не известно, но две атакующие группы, восточная и южная, уже успевшие себя проявить, явно рассчитывали завладеть священной плитой. Чувствовалось, что бой ведут очень умелые и подготовленные ребята.
Почему- то не отзывался Андрей. Улучив минуту, Дмитрий взглянул в его сторону и похолодел. Наметанный глаз выделил застывшее в неудобной позе тело. Инструктор был мертв! Каких- то пять минут назад он еще разговаривал с ними, не подозревая о том, что это были последние мгновения его жизни!
Женя пока не открывал огонь, и оставалось только надеяться, что с ним все в порядке. Из сектора Е- 7 били так упорно, что Дмитрию порой сложно было вести прицельный огонь в ответ. Приходилось то и дело нырять в спасительное пространство за выступающим, как клык гигантского зверя, валуном.
Стас вошел в активную перестрелку с врагами на своем участке, и там, со стороны тропы, похоже, обстановка накалялась. Пули взвизгивали. А попадая в обломки камней или в утес, выбивали куски щебня и вызывали мелкую осыпь.
Пока Женя молчал, перебираясь в сопровождении Игоря в более удобное место, атакующие с обоих флангов ударили с новой силой. Прячась от лавины пуль в укрытии, Дмитрий удерживал натиск с юга. Ростислав пытался подавить третью огневую точку, яростно огрызающуюся длинными очередями с юго- востока. Стас контролировал тропу, отбиваясь сразу от двух стрелков. Кто- то из двоих противников, с тропы, выстрелил из подствольника. Одновременно с этим была короткая очередь от Стаса, потонувшая в разрыве гранаты.
— Стас! — позвал Игорь. — Куница, прием.
Ответом была тишина. Стас больше не откликался на свой позывной.
Снова заработал Женя, наконец, переместившись, куда следовало.
Теперь его мишенью были люди, идущие к утесу с востока.
— Работаем! — зловещим шепотом произнес он, поймав в перекрестие нитей прицела напряженное лицо врага.
Легкий хлопок — и в центре лба лазутчика пробился кровавый родничок. На некоторое время возле тропы повисла подозрительная тишина.
Ростислав перенес стрельбу на южное направление, прижав ураганным огнем к земле неприятеля, который снова пытался «нащупать» снайпера.
Одинов оценил ситуацию. Фланг, где работал Стас, открыт. Утес не дает Жене полного обзора, поэтому враг, фактически беспрепятственно, может сразу выйти со стороны тропы к священной плите и уложить Ростислава! На данный момент это самое уязвимое место в обороне. Надо срочно спасать положение!
— Меняю Стаса! — произнес Дмитрий в микрофон и, перекатившись, по- пластунски двинулся к тропе.
